Учебное пособие для студентов высших учебных заведений - umotnas.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Учебное пособие для студентов филологических факультетов высших учебных... 2 459.38kb.
Учебное пособие для студентов филологических факультетов высших учебных... 1 540.71kb.
Учебное пособие для студентов высших учебных заведений, обучающихся... 15 7679.95kb.
А., Ванчикова Е. В. Качественный анализ водных систем на присутствие... 1 17.25kb.
Учебное пособие для студентов высших педагогических учебных заведений. 1 34.54kb.
Учебно-методическим объединением по направлениям педагогического... 1 73.69kb.
Социология: история и современность 24 9185.57kb.
Учебное пособие предназначено для студентов (бакалавров и специалистов) 1 69.04kb.
Учебное пособие для студентов педагогических учебных заведений. 1 89.35kb.
Гоу впо «сибирская государственная геодезическая академия» 16 2915.75kb.
Деловой этикет: Учебное пособие / И. Н. Кузнецов. М.: Ниц инфра-м... 1 32.37kb.
Ю. А. Горшков политика экономического порядка интеграции библиотек... 1 110.71kb.
Викторина для любознательных: «Занимательная биология» 1 9.92kb.

Учебное пособие для студентов высших учебных заведений - страница №1/4



Международная Академия Бизнеса и Управления

Подгорная Л.Д.

Теория коммуникации:

основные направления и концепции.

Москва

2010

Подгорная Л.Д. Теория коммуникации: основные направления и концепции.

Учебное пособие для студентов высших учебных заведений.
В пособии последовательно анализируются основные направления, исследовательские подходы, научные школы, концепции, раскрывающие сущность, природу, основные принципы функционирования и развития коммуникации. Социологические, социально-психологические, структурно-лингвистические и социально-философские теории и направления составляют центральное звено знаний данного курса. Коммуникация предстает как социальный феномен современного общества.

Данное учебное пособие адресовано студентам, но может быть также интересно преподавателям ряда социальных и гуманитарных дисциплин.



СОДЕРЖАНИЕ

Предисловие …………………………………………………………………5
Глава 1. Структурно-функциональная интерпретация коммуникативных процессов ……………………………………………. 6
1.1. Структурно-функциональная социология Т. Парсонса и

Р. Мертона и её значение для становления теории коммуникации…..6

Социологическая теория действия Толкотта Парсонса и теория

коммуникации. Создание теоретических основ структурного видения

общества и разработка аналитического инструментария. Функциональный

императив Роберта Мертона и его значение для развития теории

коммуникации. Структурно-функциональное видение массовой

коммуникации как средства поддержания функционирования социума.

1.2.Обобщенные схемы-модели коммуникативных процессов природы

и общества……………………………………………………………………12

Линейные коммуникативные модели созданные в рамках структурно-

функциональной традиции. Классическая «линейная модель»

коммуникации Г. Лассуэлла и её основные элементы.

Усовершенствованная (шумовая) модель коммуникативного акта

К. Шеннон и В. Уивера. П. Лазарсфельд и его концепция двухуровневой

природы социальной коммуникации. Динамическая модель

коммуникации: теория Н.Винера и модель с обратной связью Б.Вестли

и М.Мак Линона.

Глава 2. Теория конфликта и её вклад в развитие теории

коммуникации………………………………………………………………. 23
2.1. Теория конфликта и её интерпретация коммуникативных

процессов современного общества………………………………………… 23

Конфликт как коммуникативный процесс. Теория конфликта

Р. Дарендорфа. Структурное видение конфликта и его динамически

взаимосвязанная системная интерпретация. Функциональное осмысление

конфликта. Функциональная теория конфликта Л. Козера.

2.2. Конфликтологическая модель коммуникативных процессов

Р.Фишера и У. Юри…………………………………………………………..29

Конфликт как естественный социально-коммуникативный феномен.

Коммуникативная интерпретация разрешения конфликтной ситуации.

Эффективная система разрешения конфликта и её основные принципы.



Глава 3. Символический интеракционизм как теория межличностной

коммуникации……………………………………………………………….. 35
3.1. Социально-психологическая интерпретация феномена социального

взаимодействия…………………………………………………………..35

Классическая теория межиндивидуального взаимодействия Дж. Г. Мида.

Концепция «зеркального «Я» Ч. Х. Кули и её значение для развития теории

коммуникации. Коммуникативные процессы в драматургической концепции

личности Ирвинга Гофмана.


    1. Коммуникация как способ деятельности для достижения согласия 49 Интеракционистская идея коммуникативной деятельности. Проблема достижения согласия в коммуникативном процессе и его интерпретация в контексте символического интеракционизма. Согласие как эффективный результат коммуникационного акта и его характеристика. Т. Ньюкомб и его социально-психологическая модель коммуникации. Анализ субъектов коммуникативного процесса и его эффективности. Концепция коммуникации Т.Шибутани.



Глава 4. Структурно-лингвистические концепции коммуникации….59
4.1. Классический структурализм как теоретическое осмысление

проблем коммуникации……………………………………………….60

Структурно-лингвистическая концепция Ф. Де Соссюра и его анализ

системы языка. Значение творчества русских ученых в становлении

структурно-лингвистического направления изучения коммуникативных

проблем социума. Модель речевой коммуникации Р. Якобсона: её

основные элементы и их функции. Фонология как новая отрасль

лингвистического знания и её роль в развитии современного

структуралистского направления.



4.2. Современные социально-структуралистские концепции…………64

Антропологический структурализм К. Леви-Стросса. Р.Барт и его

метод структурного анализа социальной жизни. Когнитивная модель

обработки дискурсов Т.ван Дейка. Семиотическая модель коммуникации

Ю. Лотмана. Структуралистскя концепция А.Пятигорского и проблемы

создания текста в коммуникативной ситуации.



4.3. Постструктурные модели анализа коммуникативных процессов..76

Рассмотрение социальных явлений и проблем через призму структурно-

лингвистического анализа. Ж. Деррида и его идеи о системе языка.

Проблемы создания и преобразования дискурсов в творчестве М. Фуко.

Его концепция о взаимосвязи знания и социальных явлений.


Глава 5. Критическая традиция анализа массовой коммуникации..84
5.1. Критические концепции Франкфуртской школы: проблематика

культуры и массовой коммуникации………………………………..84

Концепция индустрии культуры М. Хоркхаймера и Т. Адорно и её

значение для становления современной теории коммуникации.

Критическая оценка роли СМК в теории Г.Маркузе. Теория

коммуникативного действия Ю. Хабермаса как широкомасштабное

видение современного социума. «Формально-прагматический дискурс»

как социально обусловленная единица коммуникации и его роль в

контексте теории Ю. Хабермаса.



5.2. Постмодернистское видение коммуникативных процессов

современного обществ………………………………………………90

Умеренная постмодернистская социальная теория Ф. Джеймса и его

качественные характеристики общества постмодерна. Радикальная

постмодернистская концепция Ж. Бодрийярда и культура смерти

современного социума.
Глава 6. Психоаналитические концепции формирования и развития массового сознания. Психология массовой коммуникации………..107
6.1. Психолого-теоретические концепции формирования массового

сознания: западноевропейская и русская традиция. История

вопроса…………………………………………………………………108

Становление и развитие макросоциального уровня исследования

исторической деятельности масс. Психология народов Х.Штейнталя и

М.Лоцаруса. Учение В. Вундта о влиянии культуры и её продуктов на

становление и развитие психической жизни различных народов.

Психологическое обоснование исторической деятельности масс в

концепциях французских ученых Г. Ле Бона и Г. Тарда. Метод

психоанализа и психология толпы З. Фрейда. Психолого-теоретические

концепции формирования массового сознания русских ученых

Н. Михайловского и Н. Кареева. Коллективная рефлексология

В. Бехтерева и её значение для анализа психики масс.
6.2. Социально-психологический механизм действия массового

сознания………………………………………………………………120

Психоаналитическая теория массового сознания: основные

теоретические положения. Механизм действия массового сознания

и его психологическая интерпретация. Психологическая интерпретация

действия процессов подражания и внушения в психоаналитической

теории и её значение для изучения массового сознания. Соотношение

двух психических явлений: массы и вождя.

Предисловие
Учебное пособие «Теория коммуникации: основные направления и концепции» подготовлено в соответствии с государственным образовательным стандартом высшего профессионального образования третьего поколения по специальности 350400 – «Связи с общественностью» (цикл ОПД.Ф.11). Оно предполагает изучение основ теории коммуникации и содержит необходимый объем знаний, касающихся анализа различных подходов, научных школ, направлений, концепций, раскрывающих сущность, природу, основные принципы функционирования и развития коммуникации как социального феномена современного общества и создающих почву для разработки теории коммуникации.

Анализ различных направлений и концепций, имеющих, прежде всего социологическую, социально-психологическую, лингвистическую и социально-философскую природу, составляет центральное звено знаний базового курса «Основы теории коммуникации», который занимает одно из ключевых положений в подготовке специалистов по связям с общественностью и является составным элементом гуманитарного образования.

При подготовке данного учебного пособия широко использовались материалы прошлых и современных источников, созданных целым рядом известных зарубежных и отечественных авторов, и представляющих собой монографии, научные статьи, хрестоматийные материалы и другие материалы, раскрывающие целый спектр социологических, структурно-лингвистических, социально-психологических, социально-философских подходов к раскрытию природы и сущности социального феномена коммуникации.

Данное учебное пособие, адресованное студентам, может быть также интересно преподавателям целого ряда гуманитарных дисциплин.



Глава 1. Структурно-функциональная интерпретация коммуникативных процессов.
1.1. Структурно-функциональная социология Т. Парсонса и Р. Мертона

и её значение для становления теории коммуникации.

1.2. Обобщенные схемы-модели коммуникативных процессов природы

и общества.
1.1. Структурно-функциональная социология Т. Парсонса и

Р. Мертона и её значение для становления теории коммуникации.
Одним из важнейших теоретических направлений развития социологии, в рамках которого находит свои методологические основы теория коммуникации, является структурный функционализм. Данное направление сосредотачивает свои усилия на исследовании системного видения как общества в целом, так и его отдельных элементов. Структурно-функциональная теория восходит к социологической теории действия американского социолога Толкотта Парсонса (T.Parsons) - 1902-1979гг.), создателя системно-функциональной школы в социологии. Данная теория также в значительной степени опирается на положения другого американского социолога Роберта Мертона (R.Merton) - 1910-2002гг.), по мнению которого, все дей­ствия в обществе обусловлены потребностями человека. Именно они заложили теоретические основы структурного видения общества и разработали его специфический категориально-понятийный аппарат, который впоследствии достаточно широко использовался учеными, занимавшимися исследованием коммуникативных проблем. В рамках структурно-функциональной теории Толкотт Парсонс разрабатывает аналитический инструментарий или как сам автор его определяет «концептуальную схему для теории и эмпирических исследований в социальных науках»1, состоящую из ряда теоретико-методологических допущений, которые он называет «системой координат теории действия»2:

1. весь окружающий как природный, так и социальный порядок необходимо рассматривать в качестве сложноорганизованной и развивающейся системы;

2. такие системы обладают свойством упорядоченности и независимости, статичности и динамической изменчивости составных частей;

3. системы имеют тенденцию к самоподдерживающемуся порядку или равновесию, который определяется такими параметрами как сохранение границ и взаимоотношений частей с целым, что обеспечивает контроль над внутренними модификациями системы и изменениями внешней среды. Для заданного состояния равновесия системы необходимы такие два фундаментальных процесса как распределение и интеграция;

4. поддержание границ со своей внешней средой является одной из функций системы.3

Анализируя социальную систему, американский социолог дает ей не только структурную, но и функциональную характеристику. Вслед за определением свойств и качеств, которыми могут обладать системы, Т. Парсонс фиксирует ряд функциональных параметров социальной системы. К числу функциональных характеристик системы он относит, во-первых, положение о структурировании социальных систем таким образом, чтобы они могли функционировать совместно с другими системами. Во-вторых, для выживания социальной системе необходима поддержка со стороны других систем. В-третьих, одной из важных функциональных характеристик системы автор считает необходимость удовлетворения со стороны системы значительной части потребностей акторов (системных членов). Следующей, четвертой функциональной характеристикой можно считать обеспечение достаточного участия со стороны внутренних членов системы в системных процессах функционирования и развития в целом. К числу функциональных характеристик системы относится также обеспечение контроля над потенциально деструктивным поведением её внутренних членов. И, наконец, функциональной характеристикой системы Т. Парсонс считает создание, функционирование и развитие языковой системы. На данной методологической основе американский ученый создает свою знаменитую схему AGIL (Adaptation, Goal Attainment, Integration, Latency), определяющую четыре основных функциональных императива. По мнению автора, данные императивы характерные для всех систем «действия»:



1. функция адаптации (А), согласно мнению американского ученого «существуют механизмы, посредством которых система как целое адаптируется к той среде, в которой она действует»4, т.е. другими словами система должна научиться приспосабливаться, адаптироваться к любым изменениям внешней среды, справляться с её любыми воздействиями;

2. функция интеграции (I): по мнению Т. Парсонса, «существуют виды внутренней интеграции системы, т.е. взаимоотношения элементарных единиц актор – объект»5, которые отвечают за координирование взаимоотношений между внутренними элементами системы и «устанавливает первичные условия внутренней стабильности или порядка в системе действия»6;

3. функция целедостижения (G): её действие направлено на определение и достижение системой своих собственных стратегических и тактических целей;

4. латентная функция (L): функция поддержания ценностного образца, т.е. она предполагает формирование и распространение норм и ценностей в обществе, которые будут способствовать мотивации индивидуального действия.7

Важные дополнения в разработку функционального императива, созданного для объяснения социальной действительности, вносит ученик Т. Парсонса Роберт Мертон. Он разрабатывает теорию функций и основной её категориальный аппарат. Так, функции, по Мертону, определяются как «наблюдаемые последствия, которые способствуют адаптации или приспособлению данной системы».8 Но функции могут иметь, как считал американский ученый, не только позитивные последствия, т.е. способствовать приспособлению и адаптации системы в новых условиях, но негативные результаты. И тогда те функции, которые несут в себе негативное содержание, т.е. уменьшают приспособление и адаптацию системы, снижают регулировку системы, называются дисфункциями.9 Р. Мертон разрабатывает также понятие нефункциональных последствий10, которое он определял как следствия, которые не оказывают какого-либо заметного влияния на функционирование и развитие определенной системы. Такие функции просто несущественны, безразличны для неё. Кроме того, он вводит в научный социологический оборот понятия явных и латентных функций. Явные функции представляют собой «те объективные результаты, способствующие регулировке и адаптации системы» 11, а также имеют намеренную природу и осознаются участниками системы, последствия которых можно обнаружить и предсказать. Латентные функции, по мнению ученого, носят непреднамеренный, скрытый, не проявленный характер, поэтому последствия данной функции не осознаются и не подвергаются (и более того, их трудно подвергнуть) определенным предварительным измерениям с помощью социологического анализа12.

Структурно-функциональный анализ, системное видение используется учеными данного направления и для изучения реалий массовой коммуникации. В таком контексте социальный феномен средств массовой коммуни­кации трактуется как самоорганизующаяся и самоконтролируемая подсистема. Данный социальный организм функционирует и развивается в конкретных политических и институцио­нальных условиях общества. Социальный институт массовой коммуникации в контексте структурно-функционального анализа определяется с точки зрения трех основных плоскостей его изучения:

- во-первых, массовую ком­муникацию изучают прежде всего как одно из средств поддержания функционирования общества в целом, а не как источник, способству­ющий социальным изменениям;

- во-вторых, сами средства массовой коммуникации рассматриваются как конкретный вид деятельности;

- в третьих, определяется полезность, ценность, которую имеет их деятельность с точки зрения пользователей, потребителей.

В рамках структурно-функционального направления большое значение также придавалось функциональному анализу средств массовой коммуникации. Обычно выделяют следующие основные его функциональные особенности:

- информационно-функциональная особенность или информационная функция, обеспечивающая информирование широкой общественности о событиях и условиях жизни в обществе и мире. Данная функция также направлена на информационное обеспечение инновационных процессов в современном обществе.

- функция социальной связи, отвечающая за интерпретацию и комментирование происходящего. Она осуществляет поддержку существующих в конкретном обществе норм и властных отношений, определяет процессы социализации и координации

разнонаправленной социальной активности, которые способствуют формированию общественного согласия.



- функция преемственности, определяющая новые направления культурного развития, а также процессы передачи культурного наследия и новых культурных направлений последующим поколениям. Она также направлена на обеспечение «узнавания» локальных субкультур в обществе и поддержание общности его социальных ценностей.

- функция развлечения, обеспечивающая эмоциональную разрядку населения и организующая заполнение его свободного времени, получение им эстетического наслаждения. Чрезмерное увлечение данной функцией может привести к ситуации, когда осуществляется отстранение или уход от проблем, требующих разрешения.

Говоря о функциях, выполняемых массовой коммуникацией, структурные-функционалисты имели в ви­ду и возможное действие их негативных последствий. Дисфункциональность деятельности средств мас­совой коммуникации может проявляться, например, в том, что ин­формационная функция при определенных условиях может приобретать форму дезинформации, а функция развлечения перерождаться в функцию «контроля сознания»; функция социальной связи в конкретных обстоятельствах может способствовать на­силию и проявлению агрессии и

т. п.
1.2. Обобщенные схемы-модели коммуникативных процессов природы и общества.
Тенденции развития структурно-функционального направления социальной науки поставили перед его учеными задачу интегрирования имеющихся теоретических положений и экспе­риментальных данных в область социальной коммуникации. В на­стоящее время при решении данного вопроса существенную помощь могут ока­зать модели, используемые собственно социологией коммуникации и смеж­ными науками, изучающими проблемы коммуникации. В рамках структурно-функциональной традиции анализа массовой коммуникации работали такие извест­ные специалисты, как, например, Г. Лассуэлл, К. Шеннон, В. Уивер, Б. Уэстли и М. Мак-Лиэн, П. Лазарсфельд и др. Они и разработали наиболее известные, ставшие в последствии классическими, конкретные коммуникативные модели, открывающие природу и механизм их действия коммуникативных процессов.

Линейные (классические) модели.

В 1948 г. известный американский политолог Гарольд Лассуэлл (H.Lasswell) – 1902-1978гг.) предложил простую и наглядную модель коммуникативного процесса, включающую пять элементов. Для того чтобы определить эти основные коммуникативные элементы автор модели предложил ответить на следующий вопрос: «Who says what to whom in which channel with what effect?»13

Каждый из элементов указанной схемы может стать объектом отдельного исследования. Если, например, исследователь акцентирует внимание на составляющей «Кто», то анализируется коммуникатор как инициатор процесса коммуникации, выделяются его специфические характеристики, анализируются основные факторы, направляющие акт коммуникации и способствующие повышению эффективности его воздействия. Если исследователя интересует ответ на вопрос «что говориться», то изучаются содержание коммуникативного акта. В таком случае основным методом исследования становиться метод контент-анализа. Анализ специфики действия отдельных средств массовой информации, будь то пресса, радио, телевидение и других каналов коммуникации предполагает ответ на еще один из перечисленных вопросов, а именно «по какому каналу» осуществляется процесс коммуникации. В тех случаях, когда основное внимание исследователей сосредотачивается на вопросе «кому», то предполагается изучение индивидов, на которых распространяется воздействие средств массовой информации и называемых массовой аудиторией. Одним из наиболее серьезных вопросов является вопрос об эффективности и неэффективности процесса коммуникации, который непосредственно связан с изучением предыдущей составляющей, т.е. массовой аудитории. Проблема анализа эффектов коммуникации, определение и характеристика основных факторов, влияющих на эффективность коммуникации, проблемы и барьеры процесса коммуникации и некоторые другие вопросы могут также составлять предмет анализа. Таким образом, последовательно отвечая на поставленные автором вопросы, можно построить следующую наглядную схему коммуникативного процесса: Кто? (коммуникатор) – Что говорит? (сообщение) – Кому? (аудитория) - По какому каналу? (канал) – С каким эффектом? (результат, эффект). Данная схема позволяет также наметить основные сферы изучения коммуникативного процесса, среди которых необходимо назвать такие как исследование проблем управления, изучение содержательной стороны коммуникации, исследование коммуникативной среды, исследование аудитории, а также проблем коммуникативного воздействия.

Г. Лассуэлл в разработанной им функциональной теории коммуникации обращает внимание и на проблемы определения основных функций, выполняемых массовой коммуникацией. Он выделяет три ключевых, к которым относит следующие положения:

- «наблюдение или надзор за окружающей обстановкой» как определял сам автор, т.е. обозрение окружающего мира, что можно интерпретировать как информационную функцию;

- «обеспечение взаимосвязи частей общества в соответствии с изменениями среды» или другими словами, корреляция с социальными структурами общества, которую можно понять как функцию познания общества и воздействия на него через обратную связь; и

- передача социального и культурного наследия или опыта от одного поколения к другому, что можно понимать как функцию преемственности культур, т.е. как познавательно-культурологическую функцию.14 Таким образом, Г. Лассуэлл проводит анализ коммуникативного акта с точки зрения его функционального аспекта.

Модель, предложенная инже­нером Клодом Э. Шенноном (C. E. Shannon) - 1916-2001гг.) американским математиком, инженером, который является основателем теории информации, нашедшей применение в современных высокотехнологических системах связи, была создана для описания коммуникации средствами телефонной связи. Она была распространена В. Уивером15на все виды коммуникации и включала в себя шесть основных компонентов: источник, кодирующее устройство, сообщение, канал, декодирующее устройство и приемник. Все эти компоненты были расположены также как и в коммуникативной модели Г. Лассуэлла в линейной последовательности. Помимо данных элементов, К. Шеннон вносит в классическую схему коммуникативного процесса существенный качественно новый элемент. Таким элементом коммуникативной цепи становится шум или любые другие помехи, затрудняющие коммуникацию. Характеризуя данный элемент, К.Шеннон, обратил внимание и на то обстоятельство, что он может иметь различную природу, в том числе и семантическую, означающую возможность интерпретации смысла сообщения получателем в сравнении с тем содержанием, которое было заложено в него изначально.

Модели Гарольда Лассуэла и Клода Шеннона представляют собой наиболее яркие примеры использования структурно-функционального подхода при анализе коммуникативных процессов. В рамках данного подхода коммуникация рассматривается как структура, состоящая из определенных элементов, выполняющих необходимые функции и имеющих определенные связи. Такая коммуникация представляет собой линейный однонаправленный процесс. Конечно, такая модель была далеко не адекватна реальным коммуникационным процессам.

Динамические модели коммуникации с обратной связью.

Для того чтобы модель коммуникации в большей степени соответствовала потребностям современной действительности создавались другие её варианты, носившие более выраженный динамический характер. Авторы этих более поздних моделей пошли по пути их усложнения, стремясь максимально отра­зить компоненты и факторы процесса коммуникации, его многообразные проявления и варианты. Так была разработана новая модель коммуникации, которая особое внимание обратила на существование обратной связи (feedback) между участниками коммуникационного процесса. На появление данной идеи (наличие обратной связи в коммуникации) огромное влияние оказали научные разработки, сделанные известным американским ученым Норбертом Винером (N.Wiener) - 1894-1964гг.), который по праву является основателем науки кибернетики. Изучение глубоких аналогий между процессами, протекающими в электрических и электронных системах, в живых организмах и в обществе, привели Н. Винера к созданию новой науки. В данном контексте важно заметить, что первое полное название главной книги Н. Винера выглядело следующим образом: «Кибернетика или управление и связь в животном и машине», а последующая программная работа вышла под названием «Человеческое использование человеческих существ или кибернетика и общество». Таким образом, можно прийти к выводу, что кибернетика для её основателя Н.Винера являлась в большей степени наукой о живых организмах, человеке и обществе, чем о машинах (поскольку машина в общей кибернетике становится скорее инструментом и моделью изучения, а не предметом изучения, хотя в последнее время акценты несколько сместились)16.

Понятия и законы термодинамики были использованы Н.Винером для изучения и объяснения основных принципов функционирования и развития как социальной системы в целом, так и её специфических составляющих, в частности коммуникативной подсистемы. Так, например, в теории коммуникации стали широко использоваться такие понятия термодинамики как энтропия, негэнтропия, избыточности и её степени. Понятие энтропии (от греческого «en – в» и «trope – превращение») в философской энциклопедии определяется как функция состояния термодинамической системы. Такая функция характеризует направление протекания самопроизвольных процессов в этой системе и является мерой их необратимости.17

В теории информации энтропия рассматривается как мера недостатка информации в системе. В кибернетике при помощи понятий энтропии и негэнтропии (отрицательной энтропии) выражают меру организованности системы. В теории коммуникации с помощью данных понятий определяют меру дезорганизованности информации, содержащейся в некотором послании. Понятие негэнтропии связано с теми случаями, когда неполное или искаженное сообщение все же получено приемником благодаря его способности распознавать сообщение, несмотря на искажения и недостающую информацию. Другими словами оно призвано означать действие тех внешних факторов, которые искажают сообщение, нарушают его целостность, а также препятствуют возможности восприятия информации приемником.

Изучая и сравнивая процессы функционирования и развития живых и машинных (искусственно созданных) систем Н. Винер приходит к выводу, что вопрос о двустороннем потоке связи (или другими словами вопрос об обратной связи) становится одной из центральных проблем их развития. Для него эффективное поведение как ключевой элемент данных систем становится процедурой получения «информации посредством какого-нибудь процесса обратной связи, сообщающего о достижении цели», поэтому в простейших обратных связях фиксируются в схематичной форме результат выполнения задачи, её успех или неудача. Таким образом, в контекст теории американского ученого обратная связь предстает в качестве метода «управления системой путем включения в нее результатов предшествующего выполнения ею своих задач»18.

Такой подход к анализу коммуникативной действительности позволил создать модели, которые более адекватно отражают реальность человеческого взаимодействия в коммуникации и на его основе была разработана новая модель коммуникации, которая особое внимание обратила на существование обратной связи между участниками коммуникационного процесса. Данная модель была создана американскими исследователями Брюсом Вестли (B.Westly) и Малкольмом Мак-Лейном (M.MсLean).19 Она представляла собой динамическую модель и выглядела как цепь взаимосвязанных элементов, к которым относились объекты или события социальной действительности, источники информации, каналы/ коммуникаторы и аудитории. В более детальной прорисовке нуждаются, прежде всего, два элемента данной коммуникативной модели – это источники информации и каналы/коммуникаторы. По мнению авторов-разработчиков данной модели к источникам информации могут принадлежать как частные лица, так и представители правительственных (официальных) структур или агентств общественных связей, а также неформальные группы и т.п., заинтересованные в том, чтобы их информация об объектах и событиях социального и природного мира достигла аудитории. Второй элемент такой коммуникативной модели, нуждающийся в уточнении, представляет собой некие объединения специалистов или индивидуалов (т.е. коммуникаторов), работающих на различных медиа каналах. От них зависит отбор и объем информации из той, которую предлагает источник информации, но они и сами самостоятельно могут выбрать необходимую информацию. Предполагается, что их выбор должен носить нейтральный характер. Существенным в данной модели является наличие непосредственной связи каналов с окружающей действительностью и двоякой обратной связи аудитории с источником информации, которая осуществляется либо через каналы-коммуникаторы, либо минуя их.

Ряд исследователей большее внимание обращали на такой элемент коммуникативной модели как канал передачи сообщения. Например, известнейший канадский теоретик коммуникации, Герберт М. Маклюэн (H. M. McLuhan) – 1911-1980гг.), канадский философ, филолог, литературный критик, автор работ в области массовой коммуникации, утверждал, что современная массовая коммуникация является коммуникацией по преимуществу визуальной и канал передачи информации во многом предопределяет и само сообщение. По мнению канадского ученого средства массовой информации должны стать объектами исследования сами по себе, вне зависимости от их содержания, поскольку отдельное средство массовой информации влияет на общество, прежде всего, не своим содержанием, а самим фактом своего существования и теми характеристиками, которые отличают его от других СМИ. Однако эти эффекты оказываются незамеченными из-за того, что исследователи в первую очередь интересуются смыслом передаваемых сообщений. Г.М.Маклюэн сформулировал необходимость изучения скрытых медиаэффектов средств массовой информации в виде знаменитого высказывания «Средство передачи сообщения само является сообщением» («The Medium is the Message»). Эти его слова стали девизом современной цивилизации, в которой визуальный канал коммуникации считается ведущим.

Г.М.Маклюэн получил широкую известность благодаря исследованию массовой культуры и массовой коммуникации, а также влияния электронных средств массовой коммуникации на современное общество. Канадский ученый отказался от использования качественного, ценностного подхода при изучении культуры, то есть анализа её интеллектуального и морального содержания, как это происходило в условиях классической традиционной культуры, и предложил изучать массовую культуру в её собственных терминах и формах подачи материала, где основной формой является коллаж или, в терминах Маклюэна, мозаика.

Канадский ученый предлагал рассматривать три основных этапа в развитии мировой цивилизации. К первому этапу он относил первобытную дописьменную культуру с устными формами связи и передачи информации, основанную на принципах коллективного образа жизни, восприятия и понимания окружающего мира. Второй этап в развитии цивилизации по Маклюэну представлял собой письменно-печатную культуру («галактику Гутенберга»), которую ученый характеризовал, используя такие термины как дидактизм, национализм и индивидуализм. Третий современный этап в развитии цивилизации канадский теоретик называл эпохой «глобальной деревни». На данном этапе шло возрождение естественного аудиовизуального, многомерного восприятия мира и коллективности, но на новой электронной основе. Сущность данного процесса можно объяснить, как считает канадский ученый, процессом замещения письменно-печатных языков общения коммуникацией, осуществляемой с помощью радио, телевизионными и другими различными сетевыми средствами.

Идеи Г.М. Маклюэна во многом опередили свое время, и сейчас, в эпоху глобального телевидения и компьютерных сетей, находят самый широкий отклик. Позднее ученые использовали объемное видение коммуникационных процессов, обеспечивающее более адекватный анализ информационных процессов современного общества.


Основные выводы.

Обобщая ход мыслей, характеризующий структурно-функциональное направление и его вклад в развитие теории коммуникации можно прийти к следующим основным выводам:



1. Разрабатывается аналитический инструментарий для изучения объективного мира, непреложным элементом которого является коммуникативное поле. Главным теоретико-методологическим принципом данного анализа становиться системный взгляд на природную и социальную реальность, которая рассматривается в качестве сложноорганизованной и развивающейся системы, наделенной свойствами упорядоченности и независимости, статичности и динамической изменчивости её составных частей.

2. Американские социологи дают ей не только структурную, но и функциональную характеристику, определяя ряд функциональных параметров социальной системы, куда они относят функцию адаптации, функцию целедостижения, функцию интеграции и латентную функцию. К тому же в рамках структурно-функционального анализа разрабатывается теорию функций в целом и основной её категориальный аппарат, созданный специально для анализа социальной реальности, где определяются такие основополагающие понятия данной теории как функция, дисфункция, явная и латентная функции, нефункциональные последствия.

3. В рамках структурно-функционального анализа массовой коммуникации разрабатывались конкретные коммуникативные модели, открывающие природу и механизм действия коммуникативных процессов. Первые коммуникативные модели носили линейный характер (модель Г.Лассуэлла, шумовая модель К.Шеннона и В. Уивера), другие имели динамический характер с обратной связью (модель Н. Винера, модель с обратной связью Б.Вестли и М. Мак-Лейна). Несколько позднее канадский теоретик коммуникации Герберт М. Маклюэн утверждал, что современная массовая коммуникация является по преимуществу визуальной коммуникацией и канал передачи информации во многом предопределяет и само сообщение, в связи с этим необходимо сделать средства массовой информации отдельными объектами исследования, вне зависимости от их содержания. Он предложил также изучать массовую культуру в её собственных терминах и формах подачи материала, а основной формой считать коллаж или, в терминах Г. Маклюэна, мозаику. Анализируя развитии мировой цивилизационной культуры, он пришел к выводу, что в своем развитии она проходит три основных этапа: 1) первобытную дописьменную культуру с устными формами связи и передачи информации; 2) письменно-печатную культуру («галактику Гутенберга»), которую охарактеризовал, используя такие термины как дидактизм, национализм и индивидуализм; 3) эпоха «глобальной деревни», где на новой электронной основе шло возрождение естественного аудиовизуального, многомерного восприятия мира и коллективности.

Вопросы

  1. Кто заложил фундаментальные теоретические основы структурного видения общества?

  2. Какие основные теоретические допущения определяют основы структурного видения социума?

  3. Кто разрабатывает теорию функций и основной её категориальный аппарат?

  4. Как Р. Мертон определяет понятия функции и дисфункции?

  5. Что представляют собой, по мнению Р. Мертона, понятия явной и латентной функции?

  6. Что означает в контексте теории функций Р. Мертона понятие нонфункции?

  7. Какие прикладные модели, объясняющие коммуникативные процессы, были разработаны в рамках структурно-функционального направления социологии?

  8. Какие линейные коммуникативные модели были созданы в контексте структурного функционализма, кто является их авторами и как они характеризуются?

  9. Что представляет собой коммуникативная модель с обратной связью, кто является её авторами и каков механизм её действия?

  10. Какие основные функции, по мнению структурных функционалистов, выполняет массовая коммуникация в современном обществе?

  11. Какие основные понятия термодинамики были использованы Н.Винером для объяснения основных принципов функционирования и развития как социальной системы в целом, так и её специфических составляющих, в частности коммуникативной подсистемы?


Литература


  1. Винер Н. Кибернетика и общество. – М., изд-во Иностранной литературы, 1958.

  2. Мертон Р. Социальная теория и социальная структура. – М., АСТ: АСТ МОСКВА: ХРАНИТЕЛЬ, 2006.

  3. Назаров М.М. Массовая коммуникация в современном мире: методология анализа и практика исследований. М., УРСС, 1999.

  4. Парсонс Т. О структуре социального действия, Изд.2-е. – М., Академический проект, 2002.

  5. Парсонс Т. Система координат действия и общая иеория действия: культура, личность и место социальных систем. /В кн.: Американская социологическая мысль: Тексты / Под ред. В.И. Добренькова. - М., Изд-во МГУ, 1994.

  6. Westly B. & MakLean M. Conceptual Model for Mass Communication Research. //Jornalism Quarterly. 1957. № 34.



Глава 2. Теория конфликта и её вклад в развитие теории коммуникации.
2.1. Теория конфликта и её интерпретация коммуникативных процессов

современного общества. ( Концепции Р. Дарендорфа, Л. Козера).

2.2. Конфликтологическая модель коммуникативных процессов

Р.Фишера и У. Юри.

2.1. Теория конфликта и её интерпретация коммуникативных процессов

современного общества. ( Концепции Р. Дарендорфа, Л. Козера).
В рамках структурно-функционального контекста изучения общества к середине XX столетия появляется новое направление - конфликтологическое видение социальной проблематики. Процессы функционирования, развития, взаимодействия, отношений в обществе предстают в форме конфликта. Коммуникативные процессы также приобретают характеристику конфликта. Конфликтная, кризисная коммуникация рассматривается как процесс, который протекает в условиях противоборства, противостояния сторон, участвующих в коммуникативном процессе, в условиях резкого изменения его течения, вызывающего нарушения и затруднения в обычном обмене информацией между элементами коммуникативной системы.20

Как признают многие известные ученые прошлого и настоящего, конфликты являются неотъемлемой частью общественной жизни. Они порождаются объективными противоречиями, которые пронизывают социально-экономическую, политическую, духовную сферы жизнедеятельности общества. В истории социальной мысли анализ конфликтов, причин их появления и развития, роли в социальной жизни, форм и разнообразия проявления, возможности разрешения связан с идеями известных классических европейских ученых Г.Ф.В.Гегеля, К.Маркса, Г. Спенсера, М. Вебера, Г. Зиммеля и некоторых других. Более современные авторы, известные американские социологи Т.Парсонс, Дж.Ландберг, К.Левин также в своем творчестве отдали дань данной проблематике. В целом, этих авторов и их последователей объединяет общая позиция в отношении анализа социального феномена конфликта. Он рассматривается как явление, несущее в основном разрушительные, негативные и дисфункциональные последствия для функционирования и развития любой социальной системы. Только в 50-ые годы XX столетия в рамках структурно-функционального анализа начинает вырисовываться несколько иной подход к исследованию социального феномена конфликта. Наиболее ярко данная позиция прослеживается в творчестве немецкого социолога Р.Дарендорфа и его американских коллег Л. Козера, Р. Фишера и У. Юри. Именно эти ученые закладывают научные основы теории конфликта и разрабатывают её понятийный аппарат.



Ральф Густав Дарендорф (R. G. Dahrendorf) – 1929-2009гг.) один из ярких современных представителей диалектической теории социального конфликта, где противоречиво-конфликтная и консенсусно-равновесная модели общества взаимодополняют друг друга. Основное положение его теории конфликта состоит в том, что вся социальная жизнь строится на таких связях и отношениях как стабильность и изменение, интеграция и конфликт, консенсус и принуждение, господство и подчинение, наличие которых и порождает многочисленные и разнообразные социальные конфликты. В теории немецкого социолога вся социальная жизнь современного индустриального общества пронизана конфликтами, который представляется как неизбежный результат всякой системы управления. Он выделяет пятнадцать типов различных конфликтов. Это могут быть конфликты между ожиданиями применительно к одной социальной роли (которые ученый подразделяет на ожидания строго должествования, нестрогого должествования и возможности поведения), между ролями внутри социальных групп, между группами, конфликты на уровне всего общества. Это могут быть также конфликты между странами. Он также считает, что понятия латентных и явных интересов, квазигрупп, групп интересов и конфликтных групп являются базовыми для объяснения социальных конфликтов. Исходя из своих научных исследований социальной реальности, немецкий ученый делает методологически важный вывод о важности изучения «механизмов беспорядка» и конфликтного противоборства для изучения социальных систем.

Другой ученый Льюис Альфред Козер (L. A. Сoser) – 1913-2003гг.), американский социолог, продолжая мысли своего немецкого коллеги, в своей знаменитой работе «Функции социального конфликта» пишет, что современные авторы, занимавшиеся изучением социальной проблематики «…далеки от идеи того, что конфликт, возможно, - это необходимый и позитивный элемент всех социальных отношений; они склонны видеть в нем лишь разрушительное явление».21 Преобладающая тенденция у всех предшествовавших мыслителей, по мнению данного автора, состояла в поиске «путей согласия» и взаимного приспособления путем ослабления напряжения, упрощения ситуации, т.е. редукции конфликта.22

Новый подход к анализу социального конфликта исходит из тезиса определяющего данный феномен как необходимую форму социализации. Это означает, что ни одно социальное образование не имеет полностью гармоничную природу. Если бы это было так, то данные образования были бы лишены всякого движения и целостной взаимосвязанной структуры. Социальным образованиям, считает Л.Козер, «необходима как гармония, так и дисгармония, как ассоциация, так и диссоциация; и конфликты внутри групп ни в коем случае не являются исключительно разрушительными факторами. Образование группы – это результат процессов обоего вида. Убеждение в том, что один процесс разрушает то, что создает другой, а то, что, в конце концов, остается, представляет собой результат вычитания одного из другого, основано на заблуждении. Напротив, и «позитивный», и «негативный» факторы создают групповые связи. Конфликт, так же как и сотрудничество, обладает социальными функциями. Определенный уровень конфликта отнюдь не обязательно дисфункционален, но является существенной составляющей, как процесса становления группы, так и её устойчивого существования».23

Важное значение в конфликтологической теории имеет вопрос, раскрывающий его системную природу. Конфликт как социальное явление имеет свою сложную взаимосвязанную структуру. К его основным структурным элементам, прежде всего, относятся:

- носители конфликтной ситуации (участники конфликта и их характеристика: личность, малая или большая социальная группа, их позиция в социальной структуре общества, типологические и личностно-психологические составляющие);

- ядро и предмет конфликта, (где необходимо определить источник или причину его возникновения, объективность или субъективность параметров, индивидуально-групповые или общественные характеристики);

- средства, применяемые конфликтующими сторонами для достижения своих целей (где особую роль играет ответ на вопрос углубляют ли эти средства конфликт или же они оставляют возможность мирного исхода конфликтной ситуации).24

- условия возникновения и протекания конфликта. При характеристике содержательной природы конфликта немаловажное значение имеют также физические и социальные параметры, а так же последствия разрешения конфликта.

Наличие взаимодействия, т.е. характеристики всевозможных форм поведения и действий участников конфликта, направленных на достижение своих целей необходимо также рассматривать в качестве существенного параметра определения конфликта как социального явления. Вышеперечисленные структурные элементы конфликта представляют собой динамически взаимосвязанную и целостную систему, без наличия которой он не может протекать. Каждый из параметров объективно необходим, взаимодействует и взаимообуславливает другой его параметр, а также определяет динамическое развитие и само разрешение конфликта.

В своей теории Р. Дарендорф много внимания уделяет вопросам регулирования конфликтов. Для их успешного урегулирования, по его мнению, важны три обстоятельства. Во-первых, наличие ценностных предпосылок, т.е. признания наличия конфликтной ситуации, различий и противостояния конфликтующих сторон. Во-вторых, чрезвычайно важным моментом является уровень организации конфликтующих сторон. И, в-третьих, достижение согласия относительно определенных правил взаимодействия конфликтующих сторон, которые обеспечивают некоторый возможный баланс в их взаимоотношениях.25

По мнению ученого, конфликты становятся тем острее, чем более затруднен процесс продвижения к иным статусным позициям в обществе. Из данных положений немецкий социолог делает вывод о необходимости появления и развития высокомобильного общества, в котором признается наличие множества социальных конфликтов и возможность регулирования их протекания.

Другая проблема, возникающая при характеристике конфликта как социального феномена, касается анализа основных функций, выполняемых им в обществе. Изучением данной проблематики занимался Л. Козер. В своей работе «Функции социальных конфликтов» он вычленяет целый ряд его разнообразных функций, таких, например, как: образование социальных групп, установление и поддержание их нормативных и физических границ; определение относительно стабильной структуры внутригрупповых и межгрупповых отношений. 26 Такие процессы как получение необходимой информации о социальных проблемах и недостатках в жизни общества, способствование созданию новых социальных институтов он также относит к функциональной характеристике социального конфликта.27 К ключевым функциям, выполняемым социальным конфликтом в обществе, американский ученый относил и способствование процессам социализации и адаптации, как отдельных индивидов, так и целых групп, стимулирование нормотворчества и социального контроля, создание и укрепление сплоченности социальных сил в обществе.28 Выполнение таких функций как образование социальных групп и определение их относительно стабильных отношений, содействие процессам социализации и адаптации, стимулирование нормотворчества и социального контроля, а также укрепление сплоченности социальных сил в обществе способствуют развитию множества разнообразных социально-коммуникативных процессов. Л. Козер наделяет социальный конфликт и коммуникативной функцией. Он говорит о том, что необходимо различать конфликт и враждебное или антагонистическое отношение. «Социальный конфликт – это всегда социальное взаимодействие, тогда как отношение или чувство представляют собой только предрасположенность к действию. Предрасположенность необязательно вызывает конфликт; важнейшими промежуточными переменными, влияющими на возникновение конфликта, являются степень и способ легитимизации власти и системы статусов».29 Её действие американский социолог объясняет таким образом, что до конфликта группы могут быть не уверены в позиции противника, но вследствие конфликта позиции и границы между группами проясняются. В результате индивиды и группы могут выстраивать более эффективную линию поведения по отношению к противнику. Конфликт, по мнению автор данной концепции, также позволяет сторонам получить лучшее представление о своих относительных силах, а это может привести к возобновлениям коммуникативных процессов между конфликтующими сторонами, мирного согласования их позиций или в последствии даже дружеских отношений.
2.2. Конфликтологическая модель коммуникативных процессов Р.Фишера и У. Юри.

В контексте конфликтологического видения социальной реальности и её структурно-функциональной трактовки создается собственно конфликтологическая модель коммуникативных процессов. Американские ученые, занимавшиеся изучением феномена социального конфликта, Роджер Фишер (R.Fisher (род. 1922) и Уильям Юри (W.Ury). рассматривали конфликт как элемент нормы, а не как её нарушение, поскольку, как они считали, только «мертвые структуры» не имеют конфликтов. Как признают данные специалисты, негативные последствия несет не сам конфликт, а неправильное его разрешение. В контексте данной концепции процесс разрешения конфликта предстает как чисто коммуникативная проблема. В данной модели авторы предлагают три уровня разрешения конфликта: уровень интересов, уровень права и уровень силы. Примером разрешения конфликта на уровне силы могут служить банальная драка, либо забастовка или война. В такой ситуации разрешение конфликта осуществляется в контексте определения, кто из конфликтующих сторон сильнее. На уровне правового разрешения конфликта его участники обращаются в суд и выясняют, кто же прав с точки зрения закона. Разрешение конфликта на уровне интересов предполагает выяснение потребностей, желаний, страхов, которые заботят и волнуют конкретных людей - участников конфликтной коммуникации. Они предопределяют человеческие позиции, мотивируют человеческое поведение, поэтому, зная реальные интересы конфликтующих сторон, можно искать выхода из сложной конфликтной ситуации.

Р.Фишер и У. Юри в рамках исследовательского проекта по переговорам, который был создан и проводился в Гарвардском университете, занимались изучением еще одной важной проблемы - эффективности разрешения конфликта. Они создали целостную концепцию эффективной системы разрешения конфликтов. По мнению авторов проекта, данная система должна базироваться на переговорном процессе, представляющим собой именно коммуникативный процесс, и рассмотрении конфликта на более ранних ступенях его проявления. Если процесс разрешения конфликта рассматривать с точки зрения его уровней, то в целом его разрешение на уровне интересов признается более эффективным способом. Уровень силы считается дорогим способом разрешения конфликтной ситуации, поскольку требует большого объема ресурсов, включенных в данный процесс. Он также не является долговременным способом, поскольку силу все равно надо будет время от времени проявлять и в дальнейшем, чтобы сохранять позиции «статус кво». Уровень права также признается дорогим способом, поскольку он включает в себя дорогостоящие юридические процедуры, которые к тому же требуют времени для своей организации и реализации. Самая эффективная система разрешения конфликтов, по мнению авторов концепции, может базироваться на использовании специализированного метода ведения переговорного процесса, который получил название принципиальных переговоров или переговоров по существу. Данный метод представляет собой метод выстраивания коммуникативных взаимодействий конфликтующих сторон, и строиться на действии следующих основных принципов. К ним, в первую очередь, относиться принцип проведения разграничения между участниками переговоров и его предмета, т.е. основной проблемы, по поводу которой участники переговорного процесса вступают во взаимодействие. Следующим методологическим принципом необходимо считать принцип преимущественной фокусировки на интересах участников конфликтной ситуации, а не на тех позициях, которые они стараются занимать в данной конкретной ситуации ведения переговоров. Создание взаимовыгодных вариантов разрешения конфликта необходимо считать ещё одним базовым принципом эффективной системы разрешения конфликта. Действие данного принципа основано на разработке многоплановых вариантов выбора разрешения ситуации и их обсуждение в переговорном процессе. К принципам эффективной системы разрешения конфликтов необходимо отнести также использование объективных критериев при обсуждении базовой проблемы, вызвавшей конфликт.30 Немаловажной особенностью разработки целостной и эффективной системы разрешения конфликтов, по мнению Р. Фишера и У. Юри, является определение её организационной структуры, где закрепляется расположение процедур организации ведения переговорного процесса в последовательности от дешевых к более дорогим, организация консультационных встреч конфликтующих сторон, возможность возврата к переговорному состоянию и некоторые другие.

Таким образом, в рамках структурно-функционального контекста появилось конфликтологическое видение коммуникативных процессов и взаимодействий, где конфликтная, кризисная коммуникация рассматривается как процесс, который протекает в условиях противостояния сторон, участвующих в коммуникативном процессе. В такой ситуации возникают условия, вызывающие нарушения и затруднения в обычном обмене информацией между участниками конфликта, наблюдается открытое противостояние сторон, отмечаются резкие изменения протекания самого конфликта. Такие негативные характеристики возможных коммуникативных отношений, складывающихся в обществе, рассматриваются в качестве определенной социальной нормы и требуют выработки конкретных рекомендаций, которые позволяли бы более эффективно и плодотворно искать выходы из конфликтов, кризисов и коммуникативных затруднений.


Основные выводы:

1. Научные основы теории конфликта прослеживается в творчестве немецкого социолога Р. Дарендорфа и его американских коллег Л. Козера, У. Юрии и Р.Фишера, которые трактуют понятие конфликт как осознанное столкновение, борьба двух или более разнонаправленных сил с целью реализации их интересов. В контексте данной теории считается, что вся социальная жизнь современного индустриального общества пронизана конфликтами, который представляется как неизбежный результат всякой системы управления. Таким образом, конфликт рассматривается как элемент нормы существования и развития социальной системы, а не как её нарушение, поскольку только «мертвые структуры» не имеют конфликтов. Негативные последствия, возникающие в функционировании социальной системы несет не сам конфликт, а неправильное его разрешение.

2. Конфликт как социальное явление имеет свою сложную взаимосвязанную структуру. К его основным структурным элементам, прежде всего, относят носителей конфликтной ситуации, когда требуется определить характеристику участников конфликта и предмет конфликта или его ядро, где необходимо установить источник или причину его возникновения, объективность или субъективность параметров, индивидуально-групповые или общественные характеристики. Физические и социальные параметры (т.е. условия возникновения и протекания конфликта), а также наличие взаимодействия или другими словами характеристика всевозможных форм поведения и действий участников конфликта, также необходимо отнести к структурным элементам конфликта. Еще одним немаловажным структурным элементом можно считать последствия разрешения конфликта, т.е. определение результата разрешения конфликта и его воздействия на всю последующую ситуацию в комплексе. Вышеперечисленные структурные элементы конфликта представляют собой динамически взаимосвязанную и целостную систему, без наличия которой он не может протекать.

3. Еще одной немаловажной характеристикой такого социального явления как конфликт является его функциональная направленность. В теории конфликта принято вычленять целый ряд его разнообразных функций, таких например как: образование социальных групп, помогающие установить и поддержать их нормативных и физических границ; определение относительно стабильной структуры внутригрупповых и межгрупповых отношений; способствование процессам социализации и адаптации, как отдельных индивидов, так и целых групп; стимулирование нормотворчества и социального контроля; создание и укрепление сплоченности социальных сил в обществе; получение необходимой информации о социальных проблемах и недостатках в жизни общества; способствование созданию новых социальных институтов. Одной из важнейших функций, которую конфликт выполняет в социуме, является коммуникативную функцию. В контексте конфликтологической теории конфликт рассматривается как одно из возможных типов коммуникативных взаимодействий между членами общества, которое помогает прояснить индивидуальные или групповые позиции и границы. В результате таких действий индивиды и группы могут выстраивать более эффективную линию поведения по отношению к оппоненту.
Вопросы


  1. В рамках какого научного направления берет свое начало теория конфликтов и кто является её создателями?

  2. Как в контексте теории конфликтов трактуется основополагающее понятие «конфликта»?

  3. Какие основные структурные элементы составляют сложную взаимосвязанную структуру конфликта?

  4. Какие основные функции призван выполнять конфликт в социальной действительности?

  5. Почему изучение феномена беспорядка и конфликтного противоборства так важно в контексте анализа социальных систем?

  6. Всегда ли конфликт имеет дисфункциональную природу и, если нет, то почему?

  7. Какая конфликтологическая модель коммуникативных процессов была разработана в рамках структурно-функционального подхода и, какими авторами?

  8. Какие три уровня разрешения конфликтной ситуации предлагаются в контексте конфликтологической модели коммуникативных процессов?

  9. Что представляет собой концепция эффективной системы разрешения конфликта?

  10. Какие основные принципы лежат в основе специализированного

метода ведения переговорного процесса?
Литература

  1. Дарендорф Р. Современный социальный конфликт. Очерк политики свободы. – М., изд-во РОССПЭН, 2002.

  2. Здравомыслов А.Г.Социология конфликта. - М., Аспект-Пресс, 1996.

  3. Козер Л. Функции социальных конфликтов. - М., Идея Пресс, 2000.

  4. Фишер Р., Юри У. Путь к согласию или переговоры без поражения. - М., Наука, 1992.

  5. Шарков Ф.И. «Современные маркетинговые коммуникации». Словарь-справочник. - М., Альфа-Пресс, 2006.



Глава 3. Символический интеракционизм как теория

межличностной коммуникации.

3.1. Социально-психологическая интерпретация феномена социального

взаимодействия. (Концепции Дж. Г. Мида, Ч. Х. Кули, И. Гофмана).

3.2. Роль согласия в коммуникативном процессе. Концепции Т.Шибутани,

Т.Ньюкомба и Л. Фестингера.

3.1. Социально-психологическая интерпретация феномена социального

взаимодействия. (Концепции Дж. Г. Мида, Ч. Х. Кули, И. Гофмана).
Символический интеракционизм еще одно теоретико-методологическое направление в современной западной социологии и социальной психологии, которое направлено на изучение социального взаимодействия. Само фундаментальное явление взаимодействия, на котором строится вся общественная жизнь, становится базовым понятием современной социологии, поэтому его интерпретация в контексте одного из важнейших её научных направлений представляет особый интерес и для теории коммуникации. Основными историческими и теоретическими источниками данного направления считаются философия прагматизма и психологический бихевиоризм, которые заложили научно-практические основы изучения социально-психологических процессов. В его рамках разрабатывался целый спектр важных и интересных идей, которые помогают пролить свет и объяснить природу коммуникационных процессов. С данным направлением связаны имена ряда крупных американских мыслителей, в том числе таких как Дж.Г. Мид, Ч. Х. Кули, И. Гофман, Т. Шибутани, Т. Ньюкомб и другие.

Классический вариант символического интеракционизма. Взгляды Дж. Г. Мида на коммуникативную проблематику.

Главным идеологом символического интеракционизма является Джордж Герберт Мид (G.H.Mead) - 1863-1931 гг.), американский философ, социолог и социальный психолог. Он считается одним из наиболее видных и интересных американских ученых начала XX столетия, который посвятил свое творчество изучению проблем межиндивидуального взаимодействия. Американский мыслитель считает, что социальная жизнь реализуется на уровне межличностного взаимодействия и основным механизмом социального процесса в целом и конкретного социального действия в целом является жест. В одной из своих работ он писал: «жесты есть движения первого организма, действующие в качестве особых стимулов, вызывающих социально принятые реакции второго организма».31 Жест, который несет в себе определенное значение и требует со стороны индивида («актора») размышления, пред тем как на него отреагировать, предстает в теории Дж. Г. Мида значащим символом. Таким образом, жесты становятся значащими символами в том случае, когда они вызывают у производящего их индивида реакцию такого же типа, какую предполагали получить у тех, кому данные жесты предназначались.

Если представить себе схему социального взаимодействия, или её механизм, как это делает Дж.Г.Мид, то необходимо отметить, что в социуме практически все взаимодействия между людьми предполагают обмен символами. В отличие от животных, люди живут в наполненном символами мире. К множеству разнообразных символов необходимо отнести символы, передаваемые людьми друг другу с помощью разнообразных жестов, мимики, пантомимики, а также одного из главных для человека каналов передачи символьной информации - голоса и его богатейших пара- и экстралингвистических возможностей. В контексте теории Дж. Г. Мида такой символ получил название «голосового символа» или «голосового жеста». Символ, по мнению американского ученого, есть нечто, означающее что-то еще. Если в качестве примера использовать слово «дерево», то оно станет символом, при помощи которого мы представляем определенный предмет - дерево. Овладев этим понятием, говорит Дж. Г. Мид, человек может думать о дереве, даже если он никакого дерева не видит. Таким образом человек научился мыслить о данном предмете символически.32 Отличительной особенностью такого голосового жеста, по мнению Дж. Г. Мида, необходимо считать то обстоятельство, что голосовой жест обладает одинаковой степенью влияния, как на говорящего, так и на слушающего. Данное обстоятельство определяется возможностью слышать себя со стороны, т. е. возможностью слышать себя, так как слышать тебя другие люди. Другой отличительной особенностью голосового жеста можно считать возможность лучшего контроля над голосовыми жестами, чем над физическими, поскольку голосовые жесты имеют осознанную природу, тогда как физические – неосознанную.33

Символическое мышление, осуществляемое при помощи и на основе «голосовых жестов» освобождает человека от тех ограничений, которые накладывает на его сознание непосредственный опыт, т.е. ограничений в виде того, что он может только непосредственно видеть, слышать и ощущать. Такая спо­собность человека создавать символы, взаимодействовать с ними не дается ему от рождения. Она развивается, как считает американский мыслитель, самостоятельно в процессе социальной жизни людей.



Механизм функционирования и развития в человеческом обществе голосового жеста, по мнению Дж.Г.Мида, помогает раскрыть процесс зарождения, функционирования и развития такого чрезвычайно важного социального явления как язык. Именно непосредственные потребности человека, его конкретные действия и элементарное поведение в целом определяют отличительные особенности и сам процесс зарождения языка. Как считает американский ученый, произнесенное слово постепенно было отделено от конкретного дей­ствия и приобрело определенное символическое значение. Сами по себе слова не содержат никакого смысла, считает американский ученый. Отдельный инди­вид тоже не может придать им никакого значения. Значение созда­ется только тогда, когда два или более индивидов в непосредственном взаимодействии договариваются о том, что определенное конкретное действие получит определенное символьное значение, которое будет понятно данным индивидам и они согласятся использовать данный символ в своей социальной практике. Таким образом, эти индивиды вступают в рече­вое общение. Именно развитие голосовых жестов, особенно в форме языка, оказало огромное влияние на развитие мыслительной деятельности индивида и общества в целом. 34

Деятельность сознания, разума, мыслительные процессы в трактовке Дж. Г. Мида, определяемые как социально обусловленные процессы, приобретают статус одного из важнейших факторов коммуникативного процесса. Мыслить, по мнению американского ученого, означает с кем-либо разговаривать, вести внутренний разговор с себе подобным или со своим собственным «Я». Другим важным фактором коммуникации в трактовке теории символического интеракционизма становится личность или «самость», как интерпретирует данное понятие Дж. Г. Мид. Самость возникает с развитием и посредством социальной деятельности и социальных отношений. Животные также как и человеческий младенец при рождении самостью не обладают. Самость зарождается в процессе накопления социального опыта и обретения самосознания. Общий механизм её развития Дж.Г.Мид рассматривает в плоскости рефлексивности, т.е. способности человека ставить себя на место других и действовать как они. Каждый из нас обладает самосознанием, поскольку мы учимся смотреть на себя со стороны, видеть себя так, как нас видят другие. Когда ребенок начинает пользоваться словом «я» для обозначения такого объекта как себя самого, собственно себя и, который другие называют «ты», то у него появляются основы самосознания. В результате люди обретают способность осознавать, как рассматривали бы их другие и на этом основании воспринимать себя как объект исследования и объективно анализировать себя. Процесс развития самости, по мнению ученого, состоит из двух этапов. Первый этап – стадия ролевых игр, когда дети учатся выполнять отдельные социальные роли, примеривая их как бы на себя (животные тоже играют, но только люди могут играть, «изображая другого»). Например, ребенок может играть в «дочки-матери», исполняя роль матери или отца, или играть какую-либо профессиональную роль летчика, врача, учителя и т.д. Как считает Дж. Г. Мид, на этом этапе детям пока не хватает социального опыта для более целостного и организованного понимания себя. Для решения данной задачи необходимо вступить в следующий этап развития самости – стадию коллективных игр. На данной стадии ребенок старается принимать участие в комплексной многоролевой игре, где различные роли определенным образом соотносятся друг с другом. Дети учатся исполнять роль каждого, участвующего в игре, приобретают способность действовать в организованной группе и определяют свои действия в пределах конкретной группы. И именно на этапе коллективных игр зарождается самость. Конечным результатом данного процесса является формирование целостного феномена личности-самости, который существенно зависит от способности принимать роль обобщенного другого. Идея обобщенного другого интерпретируется в концепции Дж. Г. Мида как принятие конкретным индивидом установок организованной социальной группы, к которой он принадлежит, и цели деятельности, которой он разделяет. Другими словами, чтобы стать самостью, человек должен стать членом социальной группы и руководствоваться общими для данной группы установками. Но в обществе существует множество обобщенных других, поскольку общество состоит из множества различных социальных групп. Поэтому люди могут обладать различными обобщенными другими, составляющими его самость.

Таким образом, общая структура самости в концепции Мида получила следующую интерпретацию:

- существование непосредственного, непредсказуемого и креативного аспекта самости, который в концепции ученого получило название «I», по аналогии с личным местоимением английского языка первого лица единственного числа, которое обозначает индивидуальную ипостась личности; и

- принятие обобщенного другого, определяемого социально одобряемыми установками и нормами. Данный аспект самости получил название «me», также по аналогии с личным местоимение английского языка, имеющим косвенный падеж, и обозначающим «Я» как объект. Принятие роли обобщенного другого, а не отдельных других, играет в целостной концепции Дж. Г. Мида важную роль, поскольку обеспечивает возможность появления в культуре цивилизации таких феноменов как абстрактное мышление и объективность. Суммируя вышесказанное, можно прийти к выводу, что возникает личность, которая, по мнению американского мыслителя, предполагает такой важнейший социальный процесс как коммуникация между людьми. 35

Таким образом, американский ученый высказывает мысль об определяющем влиянии значащих символов на коммуникативные процессы в целом, именного голосовой жест, имеющий природу значащего символа, смог обеспечить социальную организацию человеческого общества. Значащие символы становятся одним из важных факторов коммуникационного процесса. Коммуникация в полном смысле слова, считает Дж.Г.Мид, невозможна среди муравьев или пчел и т.д. Она возникает лишь в тех условиях, когда один субъект передает с помощью языка и значащих символов определенную информацию (значения) с тем, чтобы вызвать у других субъектов осмысленные реакции.

Интересно, что произошло практически полное совпадения взглядов на роль языка в когнитивном развитии человека у американского ученого Дж. Г. Мида и российского психолога Л.С. Выготского. Особенно интересно также, что оба этих ученых работали в параллельном направлении и практически одновременно, не зная о существовании друг друга. Российский ученый разработал культурно-историческую концепцию развития высших психических функций

Они как представители различных научных школ параллельно разрабатывают и объясняют действие механизма формирования языка, а на его основе и речи. И российский, и американский коллеги считают, что происходит ситуация, когда один субъект передает с помощью языка и значащих символов определенную информацию (значения) с тем, чтобы вызвать у других субъектов осмысленные реакции. И именно на данной фундаментальной основе (на основе речи) осуществляется деятельность сознания, разума, мыслительных процессов, идет процесс формирования личности, «самости» и, в конечном итоге, процесс зарождения, функционирования и развития социума в целом. Таковы взгляды Дж. Г. Мида на проблемы формирования и развития коммуникативных процессов социума и их место и роль в формировании и развитии личности и всего общества в целом.

Социально-психологические взгляды Ч.Х. Кули и их значение в развитии коммуникативной проблематики.

Другим известным представителем символического интеракционазма считается Чарльз Хортон Кули (Ch. H. Cooley) - 1864 – 1929гг.) - американский социолог, социальный психолог, автор «зеркаль­ного Я» теории, один из основополож­ников теории малых групп. В основе его социологической теории лежат такие понятия как соци­альный организм и признание осно­вополагающей роли сознания в форми­ровании социальных процессов. Американский ученый рассматривал общество, социальные группы и индивида как единый живой организм, в процессе становления и развития которого огромную роль играют коммуникационные процессы, осуществляемые на межличностном уровне. Для того чтобы объяснить механизм формирования и развития живого организма, прежде всего, индивида, Ч. Х. Кули создает свою знаменитую теорию «зеркального «Я», которая основана на трех основных положениях.

Первое положение предполагает раскрытие уровня инстинктивных «само­ощущений» («selffeeling») индивида. На данном уровне «Я» предстает как раскрытие собственных «эмоциональных» и чувственных возбуждений, передающих страх, гнев, печаль и т.д. переживаемых индивидом в конкретной ситуации. Сам Ч.Х.Кули пишет, что «Я» дано нам в опыте, прежде всего как чувство, чувственная составляющая наших представлений» о самом себе. Я чувствую так-то, я желаю или намереваюсь сделать то-то и то-то, я хочу того- то.36 Основную функцию данного уровня формирования личности индивида, его «Я» состоит в том, чтобы осуществить побуждение к действию и/или свести воедино отдельные действия индивида для достижения поставленной конкретной цели. По-видимому, как считает автор зеркального «Я» - теории, чувство собственного «Я» данного уровня развития связано с идеей применения власти, когда ребенок впервые пытается управлять видимыми объектами - своими руками и ногами, игрушками и т.п. Затем ребенок переносит полученный опыт на управление окружающими и, таким образом, область, на которую распространяется его власть и ощущение собственного «я», непрерывно расширяются.37

Ещё одним элементом теории зеркального «Я» Ч.Х.Кули можно считать социальное «Я», означающее в интерпретации автора, представления или систему представлений о своем «Я», почерпнутую из общения с другими людьми. Индивидуальное сознание воспринимает такую систему представлений или их отдельные проявления как свои собственные. Идея «Я», связанная с мыслью о других людях, представляет собой осознание человеком своей собственной индивидуальности и своеобразия своей жизни, как считает Ч.Х.Кули. «Я», «мое» или «я сам» не отделено от общей жизни и представляет собой одновременно и всеобщее, и индивидуальное. Подобное единство хорошо прослеживается на примере таких социальных феноменов как язык и общение, а в коммуникативном процессе оба этих явления также приобретают чрезвычайно важное значение и реализуются в когнитивных представлениях, моделях поведения и социальном опыте индивида...38

Третий элемент данной теории автор определил как отраженное или зеркальное «я», которое представляет собой воображение того, что другие думают о нас, о нашей внешности, манерах, намерениях, делах, характере, друзьях и т.д. Данный пласт сознания, по мнению американского мыслителя, оказывает на нас самое разнообразное влияние и включает в себя три основных элемента:

- представление о том, как мы выглядим в глазах другого;

- представление о том, как он судит об этом нашем образе,

- и некое наше собственное чувство стыда или гордости.

Как считает сам американский мыслитель, сравнение с зеркалом не позволяет выявить третий элемент этой теории - воображаемое суждение, - который весьма существенен. В нас рождает гордость или стыд не просто наше механическое отражение того, что о нас думают другие, а приписываемое кому-то мнение, воображаемое воздействие этого отражения на другое сознание. Как об этом говорит сам автор «зеркального «Я» теории, воображаемое суждение о том, как другой индивид судит о нашем образе «явствует из того факта, что для нашего чувства «я» большое значение имеют характер и авторитет того человека, в чьем сознании мы себя видим. Мы стыдимся показаться лживыми в глазах человека прямого и честного, трусливыми в глазах смелого, вульгарными в глазах утонченного»39 и т.д. Ч. Х. Кули называет данный элемент «представлениями представлений» («imaginations of imagina­tions»). Они признаются в качестве социального факта и являются основным предметом исследования социологии Ч.Кули. Таким образом, обе эти ипостаси - «социальное» и «индивидуальное» - предстают как две стороны ментальной целостности, т.е. личность и общество становятся частями единого целого. И в этом единстве - «соци­альное» имеет лишь кумулятивный аспект целостности, а - «индивидуальное» представляет собой ее дискретный вариант.

Социально-коммуникативный процесс в интерпретации американского социального психолога можно рассматривать как приобщение индивидуальных ментальных процессов к общему «большому сознанию» социума. Понятие «большого сознания» трактуется как процесс социализации индивиду­ального сознания, т.е. процесс приобщения индивидуального сознания к когнитивным знаниям, моделям поведения и социальному опыту, разработанным и накопленным социумом. Начинается данный процесс, по мнению Ч.Х.Кули в первичной группе (например, семье, соседской общине), где есть непосред­ственный психологический контакт, и осуществляется межличностная коммуникация. Результатом социа­лизации становятся «образы», или «пред­ставления» («imaginations»). В «пред­ставлениях» самоощущения инди­вида ассоциируются с общепринятыми символами и становятся в результате «со­циальными чувствами». 40 Таким образом, «социальные чувства», в трактовке Ч.Х. Кули предстают основой социаль­ной организации и социального конт­роля, поэтому делает вывод американский ученый разумная природа индивидуального «Я», приобретает социальное качество лишь в коммуникации, межличностном общении внутри первичной группы.



Драматургическая социология И.Гофмана и её значение в развитии теории коммуникации.

Среди современных социологов, которые, можно сказать, стали развивать научное наследие Дж. Г. Мида, Ирвинг Гофман (E. Goffman)

1922 – 1982 гг.) в другой транскрипции Эрвин Гофман, зани­мает особое положение. Он является известным современным американским социологом, работавшим также в области антропологии, лингвистики, психологии и социальной коммуникации. И. Гофман считается создателем драматургической социологии,41 во всяком случае, ее эмпирического варианта. В своей теории он сознательно уходит от изучения макроструктур общества и полагает, что подлинная социальность существует, прежде всего, в сфере межличностных связей и межиндивидуального обще­ния, т.е. в нашем повседневном общении. Поэтому все коммуникативные процессы современного социума, по мнению И. Гофмана, основаны также на межличностных связях и реализуются на межиндивидуальном уровне коммуникации. Характерной осо­бенностью данного уровня является присутствие людей в не­посредственной близости друг к другу, лицом к лицу («fa­ce-to-face» как говорит об этом сам автор), когда неизбежно взаимное влияние и воздейст­вие друг на друга.

Центральным понятием социально-драматургической теории И. Гофмана становится понятие «я сам» (the self). Самим автором оно трактуется как представленный образ роли или драматический эффект, ко­торый возникает в показываемой сцене, и все зависит от того, сочтут ли его достоверным или вызывающим недоверие, пишет об этом сам И. Гофман. Данное положение требует некоторого уточнения. Рассматривая понятие «я», американский ученый видит не индивидуальный характер, внутренний индивидуальный мотивационный профиль или другие внутренние личностные качества человека, участвующего в коммуникативном акте, а определяет как он будет воспринимать свои собственные действия и реакции «другого» на эти действия. В коммуникативном взаимодействии субъект предстает не как «Я», «Я сам», а как актер, который творит относительно непредсказуемый и окончательно еще неоформленный образ. По мнению И. Гофмана, актер в конкретной коммуникативной ситуации предстает как нечто аморфное, не имеющее отчетливого личностного профиля, он может при­нимать разнообразные более или менее четкие формы только лишь в процессе коммуникации.

Конкретную коммуникативную ситуацию американский социолог называет сценой. Актер вступает на сцену (коммуникативную ситуацию) и начинает разыгрывать коммуникативную роль, постепенно заполняя определенным смыслом и свою роль, и коммуникативную ситуацию. Конкретные условия и потребности определяют либо одного участника – актера такой коммуникативной драмы, либо несколько других участников – других актеров, которые похожи на первого. Сцена (коммуникативная ситуация) всегда имеет физическое суще­ствование, включая реквизит, обладающий более или менее предметной и/или нематериальной природой. Данным реквизитом и сценическими условиями располагает сам актер. Их И. Гофман называет постановкой, и именно она оказывает решающее влияние на окончательный результат драмы. Желая дос­тичь своих целей, связать воедино все произ­водимые им впечатления, актер стремится предстать перед окружающими в выгодном для себя свете. Таким образом, актер работает на свой «зрительный зал», на свою публику, что требует знания правил «игры» и владения вполне определенной актерской техникой.

Итак, в контексте социально-драматургической социологии И. Гофмана коммуникативный акт предстает в качестве драматургической постановки, которая разворачивает свое действие на сцене социальной жизни. Актер, пользуясь определенным реквизитом как частью постановки, выступает на сцене. Он ведет представление вместе с коллегами или без них. Социально-коммуникативное представление одного актера или целый единый спектакль, где могут быть занято несколько актеров, разворачивается перед пуб­ликой. Главное, что определяет успех актера, это одобрит или не одобрит публика успех театральной постановки. Поэтому публика у Гофмана играет центральную роль, что для обычной современной театральной публики весьма нехарактерно. Без публики социальный театр вообще не может существовать, и публика в очень большой степени определяет исход ролевой игры. В конечном счете, успех сценического представления и успех коммуникационного взаимодействия зависят от того образа роли, который создал актер. Таким образом, именно публика обладает значительной властью над коммуникативной ситуацией и наше ближайшее окружение влияет на эффективность коммуникационных взаимодействий. 42

Если актер неверно выстраивает свою социальную роль, если ему раз за разом отказывают в до­верии, то он понемногу воспримет точку зрения недоверяющих. Даже в тех случаях, когда то, против чего он возражает, в какой-то мере относится к нему самому. Другими словами, чем более сильное сопротивление оказывает индивид, тем больше основа­ний поразмышлять о том, не сопротивляется ли он скорее самому себе, чем публике. Примером такой ситуации может служить ситуация, когда только что бросивший курить человек страшно критикует всех, кто еще курит. В такой ситуации публика и коллеги могут уговорить актера проявлять определенные свойства, которыми он не хочет обладать.

В своей социально-драматургической теории И. Гофман вводит еще одно чрезвычайно важное понятие – понятие ролевой дистанции. Содержание данного понятия можно выразить тем, что индивид при своих социальных встречах должен с самого детства и далее развивать способность отличать себя самого и свои разнообразные роли, которые он выполняет или может выполнять в реальности. И. Гофман считает, что людей, не владеющих способностью находить различия между ролью и «я» можно считать социально запутавшимися, а в самом плохом случае - психически больными. Представим себе такой пример, пишет И.Гофман, что человеку нужно выступить на обсуждении проблемы социально пагубного и позорного воздействия алкоголя. Он демонстрирует действенность этого положения, выступая в состоянии сильного опьянения (в роли пьяного диссертанта). Данный пример показывает, считает американский ученый, какое функциональное значение имеет умение сохранять границу между «я» (которое может быть воображаемым или «фаль­шивым») и ролью, обличием этого «я», которая определяется ситуацией. Чем сильнее способность актера смотреть со стороны на себя и свое выступление (т.е. умение дистанцироваться от себя самого»), тем выше его социальная компетентность. Социальный субъект, участвующий в социально-драматургическом действии, считает И.Гофман, не ориентируется скорее всего на нормативный смысл, а манипулирует им. Умение управлять производимыми впечатлениями, осуществлять кон­троль над ними становятся у американского мыслителя центральным пунктом процесса социально-коммуникативного взаимодействия.43



Так рождается метафора театра, а социальный мир в трудах И. Гофмана превращается в театральные подмостки. Но эти превращения ни в коей мере, по мнению американского социолога, не свидетельствует о подмене реального мира миром иллюзий и фантазии. В данных условиях, считает автор, задача исследователя определяется как поиск не объективной реальности как таковой, а тех обстоятельств и причин, по которым мы признаем вещи и события объективно существующими. Образ­но говоря, задача исследователя иметь дело «с камерой, а не с тем, что эта камера фотографирует». Камера, или угол зрения на происходящее, получает название, в контексте социально-драматургической концепции И.Гофмана, рамки восприятия. Такие рамки схватывают действительность и отображают её лишь в той мере, в какой это необходимо деятелю, чтобы объяснить себе смысл происходящего. Таковы содержательные основы, если говорить кратко, ролевой драматургии повседневной жизни И. Гофмана.

3.2. Роль согласия в коммуникативном процессе. Концепции

Т. Шибутани, Т. Ньюкомба и Л. Фестингера.
Обобщая теоретические положения, высказанные целым рядом ученых социологов и социальных психологов, ставших уже к настоящему времени классиками, необходимо обратить внимание на еще один важный момент. В трактовке символического интеракционизма коммуникация предстает как специфический способ действия, который облегчает взаимное приспособление поведения людей в процессе их многообразной деятельности. Таким образом, все, о чем люди мыслят, говорят и, что они делают представляют собой отдельные части большой системы деятельности. Различные движения и звуки становятся коммуникативными, когда они используются в ситуациях взаимодействия. Тогда в контексте интеракционистской концепции большое значение приобретает проблема достижения согласия в коммуникативных действиях. Результатом коммуникации становится не просто изменение установок или поведения индивида под влиянием внешних стимулов, но достижение определенной степени согласия между участниками коммуникативного процесса. По мнению символических интеракционистов механизм установления согласия представляет собой процесс создания общей картины мира у тех, кто объединен в совместном действии. Это непрерывный процесс, который состоит из последовательного соединения ряда взаимодействий. Согласие редко бывает полным даже среди участников относительно простого предприятия. Оно сегментировано: почти неизбежно существуют участки неопределенности, хотя с каждым жестом неопределенность все более сокращается или устраняется. Такой процесс сокращения неопределенности дает возможность каждому участнику коммуникации делать свое дело и быть уверенным в реакциях окружающих. Поэтому, по мнению представителей символического интеракционизма, понятие коммуникации относится к такому взаимному обмену различными жестами (голосовыми и не только), благодаря которому согласие развивается, поддерживается или разрушается. Для более конкретного видения ситуации согласия один из последователей интеракционистского направления, а именно американский социальный психолог Тамотсу Шибутани (T. Shibutani) -
1920-2004гг.) в своем учебнике по социальной психологии, приводит пример налаживания совместной деятельности и достижения согласованного действия между различными членами одной команды. Было решено провести социальный эксперимент и на основе полученных данных выявить проблему значимости достижения согласия в процессе коммуникативного взаимодействия. Такой социальный эксперимент было решено провести в условиях деятельности одной спортивной команды, принимавшей участие в спортивных состязаниях по гребле. У членов данной спортивной команды, а именно у рулевого, тренера и членов экипажа, через определенные интервалы времени брались образцы крови как в период подготовки к гонкам, так и в решающий момент состязаний. При исследовании состава крови в условиях физической нагрузки обнаружилось, что участники совместного действия испытывают общие переживания. Хотя и были выявлены некоторые индивидуальные различия в проявлении данных переживаний, взятые образцы все же подтверждали гипотезу о том, что общие переживания характерны для гребцов, как в период подготовки, так и во время состязаний. Но во время напряженных гонок были обнаружены также одинаковые образцы, как у гребцов, так и у рулевого, и у тренера, хотя явная мускульная деятельность первых, ни в какой мере не сравнима с мускульными усилиями вторых.44 Данный пример достаточно красноречиво говорит о значении достижения согласия в процессе коммуникации. Оно означает, что при определенных условиях у разных людей может существовать одна и та же причем не только сознательная, но и бессознательная (физиологическая) реакция на конкретную ситуацию. Следовательно, суть коммуникативной деятельности, состоит не только в выражении предшествующих мыслей и чувств, но в установлении такого взаимодействия между участниками коммуникативного акта, когда поведение каждого изменяется и регулируется (конечно, в известной степени) самим фактом участия других индивидов.

Подтверждением данного вывода может служить другая интеракционистская концепция – концепция Теодора М. Ньюкомба (T. М. Newcomb) – 1903-1984гг). В начале 50-х гг. XX столетия им была разработана более подвижная модель коммуникации, отражавшая взаимодействие участников коммуникативного акта, в особенности в отношении их когнитивного и эмоционального аспекта. Он предложил изучать в коммуникативном процессе, прежде всего, субъектов коммуникации. По мнению американского автора, они занимают равноправное положение в коммуникативном акте и связаны взаимными ожиданиями и установками. Но субъекты коммуникации связаны также и общим интересом к предмету общения. Поэтому свою коммуникативную модель Т. Ньюкомб представляет в виде равнобедренного треугольника, вершины которого в рамках одной коммуникативной системы фиксируют двух коммуникаторов А и В и внешний объект Х. Соответственно, в данной системе могут возникнуть четыре вида взаимодействия: А по отношению к В, В – по отношению к А, А – к Х и В – к Х. Данная ситуация, как считает, Т.Ньюкомб возможна потому, что общей тенденцией в коммуникации является стремление к симметрии. Если два контактирующих субъекта сориентированы друг к другу поло­жительно, то они будут стремиться к совпадению своего отношения к тому объекту, о котором идет речь. При несовпадении отношения друг к другу бу­дет не совпадать и отношение к объекту общения. Такая ситуация участниками коммуникации будет восприни­маться как ненормальное явление и они будут стремиться к достижению согласия между субъектами коммуникации. Впоследствии Т. Ньюкомб дополнил свою модель, определив некоторые необходимые условия, при которых будет активизироваться коммуникационный процесс: а) между индивидами А и В должно существовать сильное «взаимное притяжение»; б) объект Х должен представлять важность хотя бы для одного из индивидов; в) объект Х должен быть, в общем, приемлемым для обоих индивидов. Таким образом, коммуникация возникает как ответная реакция на «нарушение симметрии», и, соответственно, в условиях неопределенной и неустойчивой ситуации, которая появляется вследствие нарушения симметрии, следует ожидать усиление деятельности, направленной на её устранение. Такая деятельность носит коммуникативный характер и может проявляться в различных формах: поиске необходимой информации, передаче её, обмене сообщениями.



Данная модель задает динамику коммуникативных взаимодействий и тех изменений, к которым будет стремиться коммуникация. Необходимыми условиями протекания нормального согласованного коммуникативного процесса будет служить сближение или расхождение позиций, точек зрения коммуникатора и реципиента на общий предмет общения. Такая постановка проблемы ставит в центр внимания достижение согласия между субъектами коммуникации, установления равновесия в системе общения, принятие одинаковых оценок протекающей коммуникации и создание, таким образом, симметричных отношений между участниками коммуникационного процесса, что принято называть «нормальным состоянием» системы взаимоотношений.

Во многом сходное решение проблемы инициирования коммуникационного процесса было предложено также известным американским исследователем Леоном Фестингером (L. Festinger) - 1919-1989 гг.) в его социопсихологической теории «когнитивного диссонанса». Само понятие «когнитивный диссонанс» было впервые введено американским ученым в 1956 году. Сущность теории можно свести к следующему теоретическому положению, которое гласит, что индивид создает когнитивные системы, представляющие собой взаимосвязанный комплекс отдельных знаний об объектах и людях. Такие когнитивные системы различаются по своей сложности, согласованности и взаимосвязанности и необходимы индивиду для осуществления коммуникации. Одной из важнейших характеристик когнитивной системы, по мнению Л.Фестингера, становятся согласованность существующая между её внутренними компонентами (в терминологии теории «когнитивного диссонанса» данная характеристика обозначается термином «консонанс»). Другой значимой характеристикой когнитивной системы является внутренняя дисгармония, противоречивость её внутренних компонентов или противоречие между двумя когнициями (т.е. «диссонанс»). Когда индивид получает извне некую новую информацию, противоречащую или не соответствующую каким-либо его собственным представлениям и воззрениям, он начинает испытывать чувство психологического дискомфорта. В этих условиях он старается избавиться от дискомфортного для него противоречия. Для этого человек может использовать такие «защитные механизмы» (термин автора) как изменение поведения, реконструкция своих знаний или социальных установок относительно соответствующих объектов и явлений, изменение когнитивных элементов, относящихся к среде, т.е. мнений, убеждения других людей. В качестве защитных механизмов индивид может также использовать новые элементы когнитивной структуры, например, «селективную экспозицию» или же вообще игнорировать ситуации противоречия. Данные модели поведения индивидов служат толчком к началу поиска информации, обладающей гомеостатической способностью подтвердить правильность сделанного ими выбора или принятого решения. Люди, прежде всего, стремятся обратиться к тем источникам информации, содержание которых соответствует их сформировавшейся позиции или подтверждает правильность избранной линии поведения. Но все же, не следует однозначно полагать, что стремление к достижению консенсуса является единственной причиной и следствием коммуникативных процессов. Существует, по крайней мере, еще два других способа решения проблемы «неопределенности» или «психологического дискомфорта», сопровождающих возникновение «когнитивного противоречия». Одним из таких способов может стать формирование взаимоотношений с новыми индивидами (поиск единомышленников по решению проблемы). Другим способом становится дополнительное подтверждение уже имеющихся существенных расхождений во взглядах (четкое определение противников)45. Таким образом, теория когнитивного диссонанса Л.Фестингера характеризует способы устранения или сглаживания противоречий, возникающих в процессе коммуникации, и описывает то, как это делает человек в типичных случаях.
Основные выводы

1. Характеризуя теоретическое направление символического интеракционазма, необходимо отметить факт изучения и детальной разработки механизма социального взаимодействия, в условиях которого происходит формирование и развитие личности, её языковой системы, послужившей фундаментальной базой появления мыслительной деятельности индивида и общества в целом. Деятельность сознания, разума, мыслительные процессы в трактовке основоположника данного теоретического направления Дж. Г. Мида, определяемые как социально обусловленные процессы, приобретают статус одного из важнейших факторов коммуникативного процесса. Другим его фактором является формирование и развитие личности. Именно личность, с её способностью познавать окружающий мир, накапливать, обрабатывать, хранить и передавать все возрастающий поток информации играет заглавную роль в глобальном коммуникативном процессе. Самым значимым и важным способом и основным путем соединения объективной действительности с самим человеком является человеческий язык. Это означает, что человек большей частью живет в символическом мире, где он может сохранять дистанцию относительно объектов, которые его окру­жают.

2. Важно увидеть, возрастающее значение социальности в контексте символического интеракционизма. Создавая свою знаменитую теорию зеркального «Я», Ч. Х. Кули приходит к выводу, что общество, социальные группы и индивида необходимо рассматривать как единый живой организм, в процессе становления и развития которого огромную роль играют коммуникационные процессы, осуществляемые на межличностном уровне. «Зеркального «Я» теория, объясняя механизм формирования и развития живого организма, прежде всего, индивида, базируется на трех основных положения: чувственного или инстинктивного Я, социального Я и «зеркального или отраженного» Я. Две последние составляющие личности (в терминологии американского мыслителя социальное и зеркальное Я) имеют социальную природу. И именно она является основой, как самой личности, так и общества в целом. Сама личность становится результатом этой социальности. Она обретает самосознание, созна­тельную базу действий, с которой она может соотносить свой опыт. Благодаря этому он может строить свою жизнь как связ­ную систему. В этом во многом коренится созидательная сила человека.

3. Необходимо понять, что рациональность подчинена социальным и матери­альным условиям, которые царят в мире человека. Отдельный человек никоим образом не свободен в абсолютном смысле, на­оборот, по сути, он связан условиями, которые выставляют дру­гие. Даже в мыслях он больше не может представить себе, что мир имеет какой-либо смысл без участия других. Подтверждение данного вывода мы находим в социально-драматургической теории И.Гофмана, где все коммуникативные процессы современного социума реализуются на межиндивидуальном уровне коммуникации. В контексте данной теории коммуникативный акт предстает в качестве драматургической постановки, которая разворачивает свое действие на сцене социальной жизни, а наиболее значительными и влиятельными её элементами являются актер или несколько актеров, одновременно занятых в такой социальной постановке, и публика, наблюдающая за разворачиванием драматического действия (т.е. участники коммуникативных процессов).

4. Необходимо обратить внимание на идею рассмотрения коммуникации как способа деятельности для достижения согласия. В трактовке символического интеракционизма коммуникация предстает как специфический способ действия, который облегчает взаимное приспособление поведения людей в процессе их многообразной деятельности. Концепции, созданные такими интересными американскими учеными-психологами как Т. Шибутани, Т. Ньюкомб и Л. Фестингер, раскрывают механизм формирования и развития коммуникационных процессов через достижение определенной степени согласия между участниками коммуникативного процесса. Они также определяют необходимые условия протекания нормального согласованного коммуникативного процесса, обращают внимание на когнитивные системы, различающиеся по своей сложности, согласованности и взаимосвязанности и играющие основополагающую роль в осуществлении коммуникации, устанавливают «защитные механизмы», а также помогают индивиду избавиться от дискомфортного для него противоречия и достичь согласия.
Вопросы

  1. Почему символический интеракционизм является одним из источников

теории коммуникации?

  1. Кто является главным идеологом такого теоретического направления

как символический интеракционизм и какие проблемы он изучал?

  1. Как Дж.Г. Мид в контексте своей теории объясняет механизм действия

процесса коммуникации?

  1. Какие основные понятия разрабатывает Дж. Г. Мид для объяснения

процесса коммуникации и как он их интерпретирует?

  1. Почему концепция «зеркального «Я» Ч.Х. Кули играет особую роль в

развитии символического интеракционизма?

  1. Какие основные составляющие образуют «Я» - концепцию» Ч.Х. Кули

и как они характеризуются автором?

7. Как Ч.Х. Кули интерпретирует три основных момента, определяющих «отраженное» или «зеркальное Я»?

8. Какую роль в общей теории коммуникации играет социально-драматургическая концепция И.Гофмана?

9. Как понимает социальное «Я» И.Гофман в контексте своей социально-драматургической концепции?

10. Какие понятия еще разрабатывает И.Гофман для анализа процессов

межличностной коммуникации в социуме и какую роль они играют в

данной теории?
Литература


  1. Гофман И. Представление себя другим в повседневной жизни. - М.,

КАНОН-пресс-Ц, Кучково поле, 2000.

  1. Кули Ч.Х. Человеческая природа и социальный порядок. - М., Идея

Пресс, 2000.

  1. Мид Дж.Г. От жеста к символу. В сб.: Американская социологическая

мысль: Тексты. / Под ред. В.И. Добренькова. - М., Изд-во МГУ, 1994.

  1. Мид Дж.Г. Интернализованные другие и самость. В сб.: Американская

социологическая мысль: Тексты. / Под ред. В.И. Добренькова. - М.,

Изд-во МГУ, 1994.



  1. Мид Дж.Г. Аз и Я. В сб.: Американская социологическая мысль:

Тексты. / Под ред. В.И. Добренькова. - М., Изд-во МГУ, 1994.

7. Фестингер Л. Теория когнитивного диссонанса. – СПБ., Ювента, 1999.



6. Шибутани Т. Социальная психология. - Ростов н/Д., изд-во «Феникс»,

1998.
следующая страница >>