«Сплоченные тройной связью обычаев и преданий, самоуправления и нравственной солидарности»: феномен адвокатских корпораций в России - umotnas.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Внешняя политика России во второй половине 19 века 1 210.45kb.
Во второй половине XIX начале ХХ вв 1 77.81kb.
Организация воспитательной работы в средних духовных учебных заведениях... 1 373.78kb.
Индия во второй половине XIX – начале XX века 1 30.48kb.
Общественно-политическое движение во второй половине XIX – начале... 1 34.81kb.
Общественно-политическое движение во второй половине xix-начале XX... 1 26.75kb.
Изучение северного кавказа в россии во второй половине XVIII начале... 2 862.76kb.
Миграция христиан сирии и ливана и общественно-политические сдвиги... 1 313.9kb.
М. Ю. Данилюк (Махачкала) Становление церковной организации в Дагестанской... 1 120.81kb.
Курсовая работа по дисциплине «История государственного и муниципального... 1 324.96kb.
Своеобразие западноевропейского историко-литературного процесса XIX... 1 27.49kb.
Федеральное государственное бюджетное 11 1640.26kb.
Викторина для любознательных: «Занимательная биология» 1 9.92kb.

«Сплоченные тройной связью обычаев и преданий, самоуправления и нравственной солидарности» - страница №1/1

«Сплоченные тройной связью обычаев и преданий, самоуправления и нравственной солидарности»: феномен адвокатских корпораций в России во второй половине XIX – начале XX в.

Характерной чертой современных исследований в области социологии, антропологии и истории профессий является обращение к проблеме социального конструирования статуса профессионала, а также анализ способов достижения и удержания данного статуса определенными группами занятости. Особое внимание привлекает роль формальной корпоративной организации в ходе установления группового контроля над механизмами приписывания профессионального статуса и связанными с эти статусом материальными и символическими ресурсами. Феномен корпоративности, выражающийся не только в формальной организации профессий, но и в культурных ориентациях профессионалов, представляется значимым фактором процесса профессионализации.

Проблема корпоративности в контексте изучения профессиональной адвокатуры в России второй половины XIX – начала XX в. до настоящего момента остается слабо изученной. Ряд авторов (Levin-Stankevich, Балзер, Виртшафтер) указывает на то, что корпоративная форма организации в значительной степени отличала российскую дореволюционную адвокатуру от других прото- и полу-профессиональных слоев. Однако, исследования, непосредственно посвященные феномену адвокатских корпораций в Российской империи, немногочисленны (Burbank).

Представленная работа посвящена исследованию роли корпоративной организации в процессе формирования адвокатской профессии в России во второй половине XIX – начала XX века. Работа основана на комплексном анализе законодательных актов эпохи Великих реформ, делопроизводственной документации органов корпоративного самоуправления адвокатуры, публицистических текстов. Рассматриваемые исторические источники анализируется с точки зрения становления и развития профессионального дискурса адвокатуры, ориентированного на возведение институциональных и символических границ между «своими» и «чужими», а также формирование нормативного образа профессионала, служащего основой коллективной идентичности и легитимации положения профессионала-эксперта в обществе.

Становление института адвокатуры в России и оформление корпоративной организации адвокатов тесно связано с разработкой и введением в действие судебной реформы. Согласно основным положениям судебных уставов 1864 г. институт адвокатуры, или присяжных поверенных, представлял собой независимую от государства профессиональную корпорацию, включенную в систему судопроизводства на основании права и обязанности ведения уголовных и гражданских дел во всех судебных инстанциях империи. Доступ к званию присяжного адвоката был открыт лицам, обладавшим высшим профильным образованием и состоявшим в течение пяти лет на государственной службе в качестве чиновника судебного ведомства или в звании помощника присяжного поверенного, то есть стажера внутри профессиональной корпорации.

Корпоративное самоуправление адвокатуры состояло из периодических общих собраний локальных корпораций и избранных ими постоянно действующих советов. Советы обладали функциями административной (прием в корпорацию) и дисциплинарной власти и были призваны, по мысли составителей судебных уставов, осуществлять «надзор, который… служил бы средством к водворению и поддержанию между поверенными чувства нравственной ответственности перед правительством и обществом» (Судебные уставы, Ч. 3, Ст. 354, прим.). Средства «водворения и поддержания» этого чувства включали в себя 1) право советов отказать лицу в приеме в профессиональную корпорацию на основании сведений о его морально-нравственных качествах; 2) возможность подвергать дисциплинарным взысканиям членов корпорации вплоть до постоянного или временного лишения адвокатской практики (Судебные уставы, Ч. 3, Ст. 367-368).

Таким образом, введение в действие положений судебных уставов привело к возникновению новой социальной категории – дипломированного специалиста в области судебного представительства и правозаступничества, – а также образованию формальной организации, на основании которых и начала складываться профессиональная группа присяжных поверенных. Корпоративная форма организации позволяла возникающей профессиональной группе самостоятельно контролировать доступ в свои ряды, классифицировать индивидов, занимающихся адвокатской практикой, оказывать на них дисциплинарное воздействие. Несмотря на достаточно широкий спектр полномочий, корпорация была лишена возможности регулировать предложение на рынке правовых услуг. Вопрос профессиональной монополии так и не был решен в пореформенный период, в судебных инстанциях (мировых и окружных судах) продолжали действовать независимые частные ходатаи по делам.

Реакцией локальных корпораций присяжных поверенных на отсутствие профессиональной монополии стало активное производство классифицирующего дискурса, отразившегося в решениях советов относительно приема в корпорацию, дисциплинарных взысканиях и публицистических работах членов присяжной адвокатуры. В рамках создаваемого советами профессионального дискурса группа присяжных поверенных последовательно противопоставлялась дореформенным ходатаям (вторая половина 1860х гг. – первая половина 1870х гг.), частным поверенным, представлявшим собой легальную альтернативу присяжной адвокатуре (вторая половина 1870х гг. – рубеж 1880-1890х гг.), помощникам присяжных поверенных (с конца 1880х гг.).



Утверждение превосходства присяжных поверенных над другими категориями судебных представителей и правозаступников и обоснование эксклюзивного права на доступ к привилегированным позициям в этой области юридической деятельности основывались на заложенных в судебных уставах и развиваемых профессиональными корпорациями критериях профессионализма. Данные критерии – высшее профильное образование, право самоуправления, этичность деятельности, – составляли «ядро» профессионального дискурса. Образование и корпоративное самоуправление представлялись гарантами квалификации присяжных поверенных, а также залогом высокого морально-нравственного уровня членов корпорации. Право на самоорганизацию в рамках самоуправляющихся корпоративных структур выступало основным идентификатором профессиональной группы, отличая ее от «механических» совокупностей частных лиц. Коллективная (корпоративная) ответственность за действия каждого присяжного поверенного являлась предметом социального обмена, позволяя членам корпорации претендовать на высокое материальное и символическое вознаграждение. Таким образом, корпоративная форма организации представляла собой значимый институциональный ресурс групповой борьбы присяжных поверенных за профессиональный статус адвоката.