С. Айвазова Гендерное равенство в контексте прав человека - umotnas.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Пункт 119(b) предварительной повестки дня Вопросы прав человека:... 1 392.72kb.
Викторина, посвященная Дню Защиты прав человека 10 Декабря 1 56.24kb.
Информация Уполномоченного Верховной Рады Украины по правам человека... 1 262.69kb.
Гражданское образование, образование в области прав человека и этико-правовое... 1 22.57kb.
Кодекс поведения мандатариев специальных процедур Совета по правам... 1 129.79kb.
Система Прав Человека Организации Объединенных Наций 1 157.52kb.
Совет по правам человека 1 81.95kb.
Прав и свобод человека и гражданина 1 299.1kb.
Конституционно-правовые основы обеспечения органами внутренних дел... 1 460.37kb.
Федеральное государственное учреждение науки Государственный научный... 2 424.6kb.
Льная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия... 1 40.25kb.
«Мужчины в их жизни». Некоторые размышления о роли мужчин в суфражистском... 2 399.28kb.
Викторина для любознательных: «Занимательная биология» 1 9.92kb.

С. Айвазова Гендерное равенство в контексте прав человека - страница №1/3

С. Айвазова




Гендерное равенство

в контексте прав человека

Пособие



Издание подготовлено

Консорциумом женских неправительственных объединений.
© С.Г.Айвазова

© Консорциум женских неправительственных объединений

При использовании материалов книги ссылка на издание обязательна.

Москва. Эслан. 2001г.

СОДЕРЖАНИЕ


Предисловие…………………………………………………



1.Что означает понятие «гендер»?…………………….
2. Пол и гендер………………………………………….
3. Что такое патриархат?……………………………….
4. Когда и как возникает вопрос о правах женщин?
5. Что такое феминизм?……………………………….
6. Женское движение как субъект коллективного

действия…………………………………………………….
7. Марксисты и «женский вопрос»………………………….
8. Неофеминизм, его версии и роль в утверждении идей

гендерного равенства……………………………………….
9. Освоение нормы гендерного равенства в конце ХХ века

10.Истоки и особенности движения за права

женщин в России………………………………………
11.Советский вариант «государственного феминизма»
12. Гендерная асимметрия российского общества….
13. Развитие идей гендерного равенства в

международных правовых документах……………………
Заключение…………………………………………………….

Предисловие


Это пособие написано для тех, кто занимается гендерным просвещением. Кому нужно за два-три часа лекционных или семинарских занятий объяснить нашим согражданам – активистам общественных объединений, членам той или иной партии, социальным работникам, депутатам любого уровня власти или просто любознательным, что такое гендерное равенство, почему оно вызывает пристальное внимание международной общественности, по какой причине только что наступивший ХХI век самые прозорливые обозреватели называют веком равноправия женщин, временем вызревания «новой не-репрессивной культуры». И ставят знак тождества между первым и вторым понятиями.

Вести такие занятия подчас гораздо сложнее, чем читать специальный курс в учебном заведении. Никогда не знаешь, кто же придет в аудиторию – каким будет уровень образования, багаж знаний, наконец, настроение твоих слушателей. И соответственно, к каким пластам их культуры, социального опыта, житейских представлений следует обращаться, чтобы заинтересовать проблематикой гендерного равенства. Ведь в нашем обществе она считается далеко не самой значимой. В массовом сознании до сих пор сохраняется традиционное отношение к женщине не как к полноценной личности, а как к «другу человека». А это – знак глубоко укоренившейся дискриминации по признаку пола, ущемления гражданских прав половины российского общества.

Задача таких лекций – сделать слушателей единомышленниками, союзниками. Это случается вовсе не каждый раз. Иногда наталкиваешься на упорное сопротивление непривычным идеям. И чтобы преодолеть его, нужно найти такие «аргументы и факты», которые сработают в именно в этом конкретном случае. Ну например, суметь убедить в том, что соблюдение принципа гендерного равенства - одно из важнейших условий нормального функционирования демократического общества. Ведь демократия означает прежде всего ответственность и заинтересованность всех граждан - как мужчин, так и женщин - в делах общества. И Россия сможет стать по-настоящему цивилизованной страной именно тогда, когда большая часть ее граждан и гражданок поймут это по-настоящему.

По-своему убедительными бывают и доводы о практической целесообразности норм гендерного равенства, по-своему страхующих людей от превратностей жизни в наше кризисное время. До сих пор, в соответствии с традициями, считается, например, что мужчина непременно должен быть сильным, рвущимся к власти, должен много зарабатывать. А женщина – социально пассивной, домашней, уютной, зависимой от мужа. Но жизнь опрокидывает эти стереотипы. И мужчинам, и женщинам пришлось в годы реформ в своем реальном поведении отказаться от них. Тысячи женщин оказались гораздо более приспособленными к новым временам в России, чем их мужья. Многие из них возглавили крупные предприятия, открыли свое дело, стали лидерами каких-то общественных объединений. Их мужьям пришлось взять на себя заботу о доме и детях. Есть и другие случаи, когда, скажем, женщина имеет хорошо оплачиваемую работу, а ее муж – безработный. В такой ситуации он тоже вынужден заниматься домашним трудом, она же превращается в основного кормильца семьи. Но сознание и тех, и других остается прежним. Они освоили новые роли, но не поменяли в соответствии с ними отношение к своей идентичности – к тому, что соответствует «мужественности» и «женственности». Отсюда – домашние ссоры, недовольство собой и жизнью, постоянные стрессы,.

Такие настроения негативно воздействуют прежде всего на мужчин - на «сильный» пол, который как бы сдает свои позиции. Не случайно, подскочили вверх данные о числе самоубийств в стране. Это - данные не в пользу мужчин. Согласно статистике, в 1996 г. число самоубийств среди мужчин трудоспособного возраста было почти в 8 раз выше, чем среди женщин; отравлений алкоголем – выше в 6 раз. Печальная статистика. Но если не обращать на нее внимания и не анализировать ее причины, то изменить ситуацию будет невозможно. Гендерное просвещение является одним из способов избежать таких катастроф. Оно ориентирует людей на новую реальность, с новыми ценностями и нормами социального поведения.

Это пособие можно рассматривать как специальный набор таких и других «аргументов и фактов» в пользу гендерного равенства. Специалисты, читающие спецкурсы в учебных заведениях, также могут использовать данный материал в качестве основы для того или иного лекционного цикла. При его подготовке автор стремился учесть результаты, полученные в эти годы в различных направлениях отечественных гендерных исследований. И одновременно - перевести тонкости научной мысли на язык, доступный массовой аудитории, впервые сталкивающей с гендерной проблематикой. В пособие включены материалы методического, исторического, социально-экономического, правового плана. Их можно компоновать и использовать в любом порядке – в зависимости от темы лекции, потребностей слушателей и вкуса лекторов. Какие-то сюжеты написаны для самих лекторов, для расширения их кругозора, эти сюжеты не обязательно использовать в лекциях. В тексте пособия даются определения самых распространенных в гендерных исследованиях понятий.

Издание подготовлено по инициативе Консорциума женских неправительственных объединений.

1.Что означает понятие «гендер»?

Один из самых авторитетных социологов современности англичанин Энтони Гидденс объясняет, что «гендер» - это «не физические различия между мужчиной и женщиной, а социально формируемые особенности мужественности и женственности». Гендер, по его словам, означает, прежде всего, «социальные ожидания относительно поведения, рассматривающегося как соответствующее для мужчин и женщин» 1.

Алла Кирилина – крупнейший отечественный специалист в области гендерной лингвистики, описывая историю возникновения понятия, напоминает, что «английский термин gender, означающий грамматическую категорию рода, был изъят из лингвистического контекста и перенесен в исследовательское поле других наук – социальной философии, социологии, истории, а также в политический дискурс. Перенос был сделан, чтобы «уйти» от термина «sexus» (биологический пол), так как это понятие связывает с природной детерминированностью не только телесные различия мужчин и женщин, но и поло-ролевое разделение труда, неодинаковые требования и отношение общества к мужчинам и женщинам, разную общественную «ценность» лиц в зависимости от их пола. Термин гендер был призван подчеркнуть не природную, а социокультурную причину межполовых различий»2.

Эта «лингвистическая операция» была проделана на рубеже 70-80-х годов ХХ века. В тот момент в поле общественных наук формировалась новая научная дисциплина – гендерные исследования. Ее предметом был выбран анализ общего и различного в восприятии действительности и социальном поведении мужчин и женщин. Из приведенных выше цитат очевидно, что это общее и различное отныне стали связываться не с физиологическими особенностями лиц мужского и женского пола, а со спецификой их воспитания, образования, с распространенными в каждой конкретной культуре представлениями о том, как следует вести себя мужчинам и женщинам.

Гендерные исследования возникают как многосоставная или междисциплинарная отрасль знания, занимающаяся проблемами истории, лингвистики, политологии, социологии, философии и т.д. Сюда включаются практически все вопросы взаимодействия мужчин и женщин как на уровне «большого» общества, так и в семье, в личной жизни.

Становление гендерных исследований по большому счету означает «введение женской проблематики» во все отрасли общественных наук. Оно происходило во многом под давлением мощного женского движения 70-х годов ХХ века, настойчиво добивавшегося общей переоценки роли женщин в развитии человечества, его культуры и истории. Среди активисток женского движения, в числе сочувствовавших или выражавших свою солидарность с ним, были и ученые, причем не только женщины. Они-то и бросили вызов традиционным взглядам на назначение женщин, господствовавшим в научном сообществе. Коротко говоря, суть этого вызова заключается в требовании учитывать при разработке любой общественной теории тот факт, что составляющие общество люди не бесполы, что они делятся на мужчин и женщин, которые имеют различное воспитание, различный социальный опыт, а потому по-разному реагируют на то, что происходит в социуме.

Признание гендерных исследований в западных научных центрах происходило стремительно. К началу 90-х годов практически все научно-образовательные учреждения с солидной репутацией считали своим долгом как развивать gender study’s, так и преподавать специальные гендерные курсы. Хороший западный специалист в области общественных наук отныне обязан прослушать такой курс.

В Россию первые сведения о развитии гендерных исследований проникают в конце 80-х годов. Очень медленно, но тем не менее верно гендерные исследования утверждаются и в российской науке. Одновременно начинается гендерное просвещение общества. На всем протяжении 90-х годов женские организации были едва ли не единственным его агентом. Можно даже сказать, что они выступали в роли главного социального заказчика по основным сюжетам гендерных исследований. Развитие гендерных исследований, в свою очередь, расширило возможности для гендерного просвещения, поставив его на прочный фундамент научного знания.

Важно подчеркнуть, что эти процессы развивались не с нуля. Ведь в нашей стране к тому времени уже существовала традиция изучения так называемого «женского вопроса». Она начала складываться еще в конце ХIХ века, тоже под влиянием женского движения. Разговор об особенностях данной традиции – вопрос специальный, он выходит за пределы этой работы. Следует просто помнить, что такая традиция существовала, но под воздействием гендерных исследований была вынуждена претерпеть определенное, достаточно серьезное, обновление. Что было очень кстати.

Дело в том, что в момент «перестройки» и так называемых либерально-демократических преобразований былая социалистическая идеология в определенном смысле изжила себя. Большая часть общества в нее уже не верила. «Женский вопрос» считался неотъемлемой составной частью этой идеологии и потому его общественная значимость тоже была поставлена под сомнение. Между тем демократизация общественной жизни способствовала возрождению в стране независимого женского движения. А с другой стороны, экономические и общественные перемены спровоцировали усиление гендерной асимметрии – неравенства в социальных позициях женщин и мужчин, ухудшение положения женщин во многих сферах общественной жизни. Все эти процессы требовали своего осмысления. И поскольку традиционный подход уже никого не устраивал, то концепция гендера пришлась что называется ко двору. Центры гендерных исследований стали возникать и в рамках официальных научных учреждений, и как общественные объединения.



2. Пол и гендер

Наряду с понятием «гендер» в работах на эту тему используются и производные от него – гендерные отношения, гендерные аспекты, гендерные факторы и т.д. Достаточно часто встречается упрощенный русский эквивалент этих понятий – «социальный пол», «социальные отношения пола».



Главная проблема заключается в том, чтобы точно разграничивать понятия пол и гендер.

При употреблении понятия гендер (и его производных) речь идет о социальных, культурных, психологических особенностях позиций женщин и мужчин. В отличие от других научных подходов сформированная на базе этого понятия концепция «гендера» рассматривает мужчину и женщину не в "природном", «естественном» качестве, не как биологическое существо, судьба которого предопределена его физиологическими особенностями, но как человека, то есть существо социальное, со своим особым статусом, особыми социальными интересами, запросами, потребностями, стратегией социального поведения.



Пол же обозначает, в первую очередь, физические, физиологические, биологические различия между мужчинами и женщинами. В этой связи Э.Гидденс справедливо отмечает, что «разграничение пола и гендера является фундаментальным, так как многие различия между женщиной и мужчиной обуславливаются причинами, не являющимися биологическими по своей природе»3.

Это внешне простое заключение осваивается с трудом. Ведь первая ассоциация, которая возникает в начале любого обсуждении вопроса о взаимодействии женщин и мужчин, как правило, неизбежно связана с биологией. Так привычнее. Издавна принято считать, что различия в социальных позициях, в обыденном поведении женщин и мужчин определяются их «генами» и «хромосомами», которые, кстати, действительно неодинаковы.

Весь генетический материал любого человека содержится в клетке. В ней обитает двадцать три пары хромосом, последняя из них – двадцать третья – содержит хромосомы пола. У женщин оба элемента этой пары тождественны. Их обозначают как ХХ-хромосомы. У мужчин – данную пару составляют разные элементы. Один из них определяют как Х-, другой как Y-хромосому. Современная наука считает, что эти различия проявляются по достижении половой зрелости женщин и мужчин и дают о себе знать прежде всего в репродуктивной сфере.

Однако многие исследователи по традиции оспаривают эту точку зрения. По их мнению, врожденные биологические различия обуславливают вообще все социальное поведение мужчин и женщин. Мужчины сильнее, энергичнее, агрессивнее женщин. Женщины – пассивные, терпеливые, кроткие. Поэтому мужчины ведут войны, покоряют природу, творят историю и культуру. Женщины же занимаются рутинным домашним трудом и воспитанием детей. Очевидная асимметрия «мужественности» и «женственности», с этой точки зрения, неизбежна, предопределена «природой», а с последней - не поспоришь. Значит недаром родоначальник психоанализа Зигмунд Фрейд в начале ХХ века пришел к сакраментальному заключению: «Анатомия – это судьба».

Такой биологически детерминированный подход к должному «мужскому» и должному «женскому» в течение многих тысячелетий казался единственно возможным. И только сегодня он стал считаться сомнительным. Сторонники гендерного равенства доказывают, что традиционное разведение ролей на «мужские» и «женские», которое принято считать «естественным», обусловленным природными задатками, является результатом определенного типа социализации, воспитания, обучения.

Оно начинается в самом раннем детстве, когда родители совершенно по-разному общаются с мальчиками и девочками, одевают их, предлагают им те или иные игрушки и книжки. На каждом этапе воспитания отрабатываются специфические атрибуты «мужественности» и «женственности». Технология воспитания - лишь один из элементов формирования строго означенной мужской и женской идентичностей. Одновременно стереотипы «мужского» и «женского» закрепляются специальными культурными приемами – через образование, общественное мнение, произведения литературы и искусства, рекламу, средства массовой информации, телевидение и т.д. Все эти «техники» транслируют идею мужского социального превосходства.



3. Что такое патриархат?

В основании традиционной системы воспитания, вообще - социализации пола лежит так называемое первичное разделение труда между мужчиной и женщиной. Это разделение труда определило совершенно разные условия существования для мужчин и женщин. Оно закрепило за мужчинами право на "внешнюю" деятельность, на освоение мира и господство над ним, а значит - на роль субъекта истории. А за женщинами - право на рождение и воспитание детей, на обустройство дома, быта. И здесь, в доме женщины тоже оказались подчиненными мужскому авторитету, стали объектом мужской власти.

Почему первичное разделение труда поставило женщин в неравное, зависимое положение от мужчин? Это - один из самых спорных, загадочных вопросов истории. Ведь именно женщины всегда обладали самым ценным качеством - способностью воспроизводить жизнь. Ответ по-видимому следует искать в том времени, когда происходил этот процесс.

У специалистов нет ни единого мнения, ни сколько-нибудь точных данных о характере гендерного взаимодействия в самом далеком прошлом. Одни из них считают, что времена палеолита и неолита – 50 – 20 тыс. лет тому назад – были гендерно нейтральными, то есть взаимоотношения между мужчинами и женщинами не имели в ту пору общественной значимости. Другие говорят, что на заре истории царил матриархат. Причем кто-то определяет этот уклад как господство женщин. А кто-то, включая известнейшую американскую феминистку-антрополога Риан Айслер4, утверждает, что матриархат предполагал в действительности партнерские отношения между мужчинами и женщинами. Это партнерство якобы было разрушено с появлением и развитием «технологий войны», утвердивших превосходство грубой силы.

Знаковое подтверждение изначально равных, партнерских отношений женщин с мужчинами исследователи находят при анализе материалов, полученных археологами в ходе раскопок самых ранних захоронений человека. Раскопки говорят о равном статусе погребенных вне зависимости от их пола. Но самое главное свидетельство высокой женской роли в архаичном обществе - распространенный в ту пору в ареале Древней Европы культ Великой Богини-Матери. По словам Риан Айслер, практически во всех доисторических мифах и сочинениях, «живет идея Вселенной как прещедрой Матери,...из чьего лона является любая жизнь и куда...все возвращается после смерти, чтобы снова родиться»5. На этот культ по-своему указывают и наскальные изображения в пещерах, и многочисленные находки женских фигурок в древних святилищах. Они, как правило, грубо стилизованы, широкобедры, часто безлики. Археологи окрестили их древними Венерами.

Отметим, что архаический культ Великой Богини-Матери долгие годы беспокоил такого великого психоаналитика как К.Г.Юнг. Юнг был убежден в том, что архаические мифы содержат в себе истину, ускользающую от современной культуры. И одновременно - в том, что мифы являются образцами проявления «коллективного бессознательного» - определенных архетипов восприятия действительности, на основе которых возникают привычные человеческие реакции и формируется поведение6.

О «социальном партнерстве» между мужчинами и женщинами в доисторические времена гласят легенды, пересказанные некоторыми античными авторами. «Золотой век» гендерной гармонии описан, например, в знаменитом сказании Гесиода «Труды и дни». Тот же мотив преобладает в пересказанной великим мыслителем Платоном легенде о гибели Атлантиды.

Платону же принадлежит пересказ и другой загадочной легенды - о « тайне пола», о первичной андрогинности - целостности древнего человека В нем будто бы в равной мере уживались оба начала - и «мужское», и «женское». И о грехопадении этого человека, повлекшем за собой его распад на две половины. С тех пор обе половины единой прежде души бродят в мировом пространстве, силясь отыскать друг друга и обрести утраченную полноту. В этом обретении заключен залог бессмертия и блаженства.

Очевидно, что в древних мифах не сказано ни слова ни о "природном" назначении мужского и женского пола, ни об иерархической соподчиненности «мужского» и «женского», они говорят только об их взаимосвязи-взаимозависимости. Но это - доисторические мифы.

Строгие исследователи, привыкшие опираться при построении теоретических конструкций на проверенные данные, не склонны им доверять. А потому доказывают, что не было ни матриархата, ни архаического гендерного партнерства - история человечества изначально складывалась как история мужского господства и женского подчинения. Или, иными словами, как история мужского доминирования, иерархически выстроенных мужского и женского статусов. Такое господство мужчин над женщинами и обозначается понятием «патриархат».

Данную точку зрения разделяет, например, Э.Гидденс. Он утверждает: «Хотя роли, которые играют в различных культурах мужчины и женщины, могут существенным образом различаться, до сих пор не обнаружено такое общество, в котором женщины обладали бы большей властью, чем мужчины». По мнению Гидденса, всеобщая распространенность патриархата обусловлена не господством мужской физической силы, а в первую очередь материнскими функциями женщин. Он отмечает, в частности, что «мужчины господствуют над женщинами не по причине превосходящей физической силы или более мощного интеллекта, но лишь потому, что до распространения надежных средств предупреждения беременности женщины находились всецело во власти биологических особенностей своего пола. Частые роды и почти не прекращавшиеся хлопоты по уходу за детьми делали их зависимыми от мужчин, в том числе и в материальном отношении»7.

Схожую точку зрения развивает канадская исследовательница О'Брайен. Она доказывает, что "идеология мужского превосходства находит свое оправдание и обоснование не в конкретных сексуальных отношениях, а в глобальном процессе человеческого воспроизводства"8. Это воспроизводство – в интересах рода. И первичное разделение труда, утверждающее патриархатный уклад, тоже совершается в интересах рода. Мужчины и женщины, в ту пору существа родовые, не имевшие представления о своей личной, индивидуальной судьбе, подчиняются его предписаниям.

Подчеркнем, что ни одна из вышеприведенных точек зрения на характер гендерных отношений в доисторическую эпоху не получила окончательного признания. Очевидно другое. С началом так называемого исторического времени – примерно 7-5 тыс. лет тому назад, в момент, когда возникает тот тип общественной организации, который социологи определяют как «традиционное» общество, патриархат является узаконенной системой отношений между мужчинами и женщинами. Отметим еще раз: разделение труда между ними выстроено по принципу взаимодополняемости, но взаимодополняемости совсем не равноценных ролей. Мужчине отдан на откуп внешний мир, культура, творчество, притязания на господство. Женщине – дом, но и в доме – она – существо подчиненное. Иерархия мужской и женской ролей фиксируется совершенно четко: он - субъект властных отношений. Она – объект его власти. Такие отношение определяются социологами как субъект-объектные, статусно неравные.

Как справедливо отмечает Риан Айслер, выстроенные таким образом гендерные отношения - самые фундаментальные из всех человеческих отношений, их матрица, «глубочайшим образом воздействуют на все наши институты,… на направление культурной эволюции»9. Авторитет мужской силы, право силы, утвердившееся в гендерных отношениях, превращается в основание всех известных человечеству авторитарных режимов – власти вождей рода, «отцов» народов, монархов, диктаторов. И пока гендерное неравенство сохраняется, существует и потенциальная возможность существования власти авторитарного типа.

Такая авторитарная власть опирается не только на аппарат физического принуждения и грубого насилия. Она использует и более тонкие методы воздействия на сознание индивидов, заведомо предотвращая их недовольство и заставляя их бессознательно следовать определенным предписаниям, принимать определенные роли в существующем порядке вещей. Это – методы культурного воздействия, формирования стереотипов должного социального поведения; методы социализации, воспитания; идеологической обработки сознания с помощью языка, культурных образцов. Такие методы надежным образом оберегают власть имущих – в данном случае мужчин - от бунта подчиненных - женщин.

Самый типичный, на поверхности лежащий пример – нормы языка. Скажем, практически во всех европейских языках понятие «мужчина» равнозначно понятиям «муж» и «человек». Понятие «женщина» тянет лишь на значение «жена» и не является синонимом понятия «человек». Это значит, что он – муж, полноценный представитель человеческого рода. Она же - его жена, и больше ничего, никаких дополнительных характеристик. То есть женщина - лицо социально не значимое, не включенное в человеческое общество. Она - простое дополнение, приложение к мужу, мужчине. Таким образом нормы языка фиксируют патриархатную установку на мужскую власть - вплоть до физического владения, обладания женщиной.

Историки пишут, что на начальных этапах традиционного общества – особенно в условиях рабовладения, жена была «рабой мужчины – главы семьи, который владел женщиной на правах частной собственности и мог поступать с нею так же, как он поступал с любой принадлежащей ему вещью»10. В некоторые периоды истории древнего Рима муж имел право на жизнь и смерть своей жены. Жену, презревшую супружескую верность, могли до смерти побить палками и камнями, бросить в цирке на растерзание зверям.

Культурные стереотипы традиционного общества со своей стороны закрепляют строгую иерархию в отношениях между полами. Идеальной формулой гендерного неравенства можно считать знаменитую сентенцию того времени: "Жена да убоится мужа своего". Убоится - значит подчинится, согласится с его властью.

В мифах исторического времени мужское и женское - два противоположных начала: первое - основное, положительное, активное; второе - производное, пассивное. Женщина в них - олицетворение хаоса, ночи: слышит и понимает голоса ветра, деревьев, трав. Сивилла, Пифия - прорицательница, медиум, гадалка.

Именитые философы подлили «своего масла» в этот огонь гендерной розни. Пифагор, например, уверенно заявлял: "Существует положительный принцип, который создал порядок, свет, мужчину, и отрицательный принцип, который создал хаос, сумерки и женщину". Аристотель, в свою очередь, разъяснял: "Женщина - это самка в силу определенного недостатка качеств... женский характер страдает от природной ущербности... женщина есть только материал, принцип движения обеспечен другим, мужским началом, лучшим, божественным".

Ветхий Завет предлагал мужчине возносить такую молитву: "Благословен Господь Бог, не сотворивший меня женщиной». Его жене предназначались другие слова: "Благословен Господь, сотворивший меня по своей воле". Мудрец Платон, воскресивший древнейшую легенду об андрогине и понимавший смысл мифа о тайне пола, благодарил Богов за то, что они даровали ему свободу, а не рабство, создали мужчиной, а не женщиной11.

Только христианство - великая религия искупления, религия личностная, попыталось снять с женщины часть языческих подозрений, облегчить давление патриархатных стереотипов. Новый Завет объявляет, что жизнь и смерть человека зависят не от прихоти природы, а лишь от воли Божией. И в принципе усложняет взгляд на человека, выделив в нем духовную и физическую субстанции, душу и тело. По Учению Христа, там, в горних высях, уравнены будут все души, "и эллина, и иудея", и мужчины, и женщины.

Самое поразительное свидетельство равного отношения Христа к своим ученикам – мужчинам и женщинам приводится в «Евангелие от Фомы» - документе, входящем в состав так называемых апокрифов - потаенных сочинений древней христианской литературы. Евангелие от Фомы в числе прочего рассказывает о соперничестве между двумя верными сподвижниками Христа Петром и Марией Магдалиной. Речь идет о собрании учеников, на котором «Симон Петр сказал им: Пусть Мария уйдет от нас, ибо женщины недостойны жизни.» Иисус же возразил в ответ на это: « Смотрите, я направлю ее, дабы сделать ее мужчиной, чтобы она также стала духом живым, подобным вам, мужчинам. Ибо всякая женщина, которая станет мужчиной, войдет в царствие небесное»12.

Но путь к этому обещанному личностному равенству во Христе долог и крут. А пока земная женщина вовсе не ровня мужчине. Она греховна, как греховна ее праматерь Ева, сообщница дьявола, орудие темных сил, обрекших человека на изгнание из рая. Все, что связано с плотью, для истинного христианина греховно, и вместилище греха - женщина.

Однако христианство развивает и другой подход к женщине - развивает, превознося образ Богоматери. В той мере, в какой Ева - символ любви-искушения, Дева Мария - символ любви-спасения. Лик Марии осиян чистотой, имя ее благословенно. Она возвеличена как Мать своего Сына, Дева непорочная, добровольно преклоняющая колена перед Ним. В этом акте женственность обретает, наконец, черты святости и вечности. Означала ли эта символика, что только отречение от плоти, от греховного соблазна - практически отрицание пола - есть путь к спасению от греха, к избавлению от давления рода, путь к тому, чтобы женщина могла стать «духом живым, подобным мужчинам», то есть путь к возможному личностному воплощению женщины в Боге?

Как бы там ни было, христианство противопоставило образу Евы - природно-родовой женственности, образ Девы Марии - женственности духовной, просветленной, личностной и вечной. Культ Девы Марии со временем развился в романских странах юга Европы в культ прекрасной Дамы. Этот культ предвещал возможность преображения отношения между мужчиной и женщиной; он снимал с их любви проклятие греха, опрокидывал иерархию в отношениях господства-подчинения: рыцарь поклонялся и подчинялся даме, она была его госпожой. Благодаря этому культу любовь индивидуализируется - другой человек, и связанное с ним чувство признаются ничуть не менее значимым основанием для индивидуального бытия, чем существование рода или Божественного начала.

По мнению французского социального психолога Ж. Менделя, к XVI веку в Западной Европе возникает совершенно новый тип человека - человека, отделившегося от рода, от своего сообщества, возникает индивид, с собственным самосознанием, с тоской, любовью и одиночеством13.

Это – знак кризиса традиционной структуры гендерных отношений, выстроенной, исходя из интересов родовых сил. Французский философ Симона де Бовуар отметит в этой связи: "Чем сильнее индивидуализируется особь мужского пола, чем выше потребность мужчины в такой индивидуализации, тем скорее он будет признавать и за своей подругой право на индивидуальность и свободу"14. Симона де Бовуар увязывает общий процесс индивидуализации человека, обретения им своей личной судьбы с его эмансипацией от груза патриархатных обычаев и традиций. Ведь что такое эмансипация? Это автономное действие субъекта, направленное на его собственное освобождение.

Эмансипация сопровождается, по определению выдающегося социолога Макса Вебера, «расколдовыванием», рационализацией картины мира. Обязательной частью такой рационализации является «очеловечивание» - содержательное изменение отношений между мужчиной и женщиной, которые постепенно превращаются из отношений господства/подчинения в отношения взаимной ответственности или «сознающей свою ответственность любви»15. И выстраиваются уже не по принципу взаимодополняемости, а по принципу взаимозаменяемости.

Эти процессы в конечном счете привели к вызреванию в западноевропейском обществе новых демократических ценностей, пронизанных идеей прав человека.



4. Когда и как возникает вопрос о правах женщин?

Около двухсот лет назад традиционный порядок вещей взрывается под сокрушительным натиском Великих буржуазных революций. Они провозглашают наступление новой эры - эры прав человека, отрицая тем самым незыблемость полного и якобы освященного небесами всевластия монарха - над подданными, мужчины - над женщиной. И в противовес - заявляют о свободе и равенстве всех (подчеркнем, - всех) людей перед законом.

Такой подход в глубине своей предполагает пересмотр самой совокупности отношений власти. Из отношений господства/подчинения, или субъект/объектных отношений, они должны превратиться в отношения равные, субъект/субъектные. Проще говоря, это значит, что любой властитель - монарх, начальник, хозяин или муж - «развенчивается»: он перестает быть и ( что тоже очень важно) ощущать себя властителем подчиненных, которые при традиционном укладе принадлежат ему душой и телом.

Этот всемогущий властелин должен превратиться в простого исполнителя определенных функций в совершенно иной системе разделения труда, предусматривающей не владение другим человеком, а управление конкретным процессом. Его взаимодействие с подчиненными превращается в согласованное распределение ролей, обязанностей между различными, но равными субъектами. В этом - в изменении характера власти и одновременно ее разделении, то есть перераспределении полномочий между различными ветвями власти, государством и гражданским обществом, между мужчинами и женщинами, по большому счету, состоит суть демократического переустройства общественных систем, суть их модернизации16.

С постановки вопроса о правах человека, о равенстве всех людей перед законом начинаются и перемены во взглядах на назначение женщин, в оценке их роли в обществе, наконец, в их статусе, который при традиционном порядке держится на их функции продолжательниц рода. Эти перемены происходят трудно, мучительно. И до сих пор о правах женщин говорят либо как о проблеме «секса», либо как о «женском вопросе», а вовсе не как о проблеме обретения права на полноценную жизнь для целой половины человечества.

В странах Запада признание проблематики прав женщин в качестве неотъемлемой составной части прав человека происходит в несколько этапов. Впервые о своих претензиях на роль полноценных гражданок женщины заявляют в ходе буржуазных революций, которые можно назвать еще и революциями «права», «правосознания». Затем, в ходе промышленных революций женщины в массовом порядке оказываются втянутыми в общественное производство, что вынуждает их добиваться равноправия уже в сфере социально-экономических отношений. Позднее наступает время культурных революций, изменяющих подход к репродуктивным функциям женщин, взгляды на любовь, рождение детей, семейную жизнь. Более двух столетий женщины отвоевывали для себя, условно говоря, три группы прав – политические (гражданские), социально-экономические, репродуктивные права, которые могли бы позволить им рассчитывать на социальный статус, сопоставимый по основным параметрам с мужским.



5. Что такое феминизм?

На протяжении Х1Х- ХХ веков складывается движение за права женщин, которое чаще всего принимает формы женского движения. Его концептуальным обоснованием занимается феминизм. Существует множество его форм и традиций. Если условно свести их к единому знаменателю, то феминизм можно назвать философией или идеологией даже не столько собственно женского равноправия, сколько освобождения личности от репрессивной власти рода, отделения, автономизации индивида от родового начала.

В числе первых мятежниц, бросивших вызов патриархатным обычаям и законам и объявивших, что женщина – «femme» (отсюда – феминизм), тоже полноценный человек, а потому и она должна получить возможность пользоваться теми гражданскими правами и свободами, которые в ходе буржуазных революций приобрели мужчины, следует в первую очередь, назвать имена француженки Олимпии де Гуж, англичанки Мэри Уолстонкрафт, американки Абигайль Адамс. Всех этих поборниц женского равноправия окрестили «феминистками», а систему их взглядов, центральной идеей которых была идея гражданского равноправия женщин и мужчин, назвали «феминизмом».

Определение «феминизм» возникло почти на сто лет позже, чем само явление. Его ввел в оборот Александр Дюма-сын, автор знаменитого романа Дама с камелиями». Он изобрел его в конце ХIХ века, когда феминизм окреп, стал общественно значимым фактом.

Первым манифестом феминизма бесспорно является «Декларация прав женщины и гражданки», написанная в 1791 году мало кому известной писательницей Олимпией де Гуж. В этом документе впервые в истории было открыто сформулировано требование установить равноправие женщин и мужчин перед законом. Статья первая Декларации гласила: «Женщина рождается и остается свободной и равноправной с мужчиной перед лицом закона». Статья шестая развивала эту мысль дальше. В ней объявлялось: «Все гражданки и граждане должны иметь равный доступ ко всем общественным почестям и должностям, ко всем службам, для коих не должно быть иных преград, кроме личных способностей и талантов». В заключении Олимпия де Гуж пророчески изрекала: «Если женщина имеет право взойти на эшафот, то она должна иметь право подняться и на трибуну».

Такое неосторожное заявление стоило писательнице жизни. Ее отправили на гильотину как лицо, презревшее общественные порядки. Но это же заявление принесло ей бессмертие. Олимпия де Гуж вошла в историю как автор «Декларации прав женщины и гражданки», написанной в противовес самому знаменитому в современной истории документу «Декларации прав человека и гражданина». Она была принята в первые дни Великой французской революции и заложила фундамент нынешней демократии.

Так что же не устроило Олимпию де Гуж в документе, который, отметая казалось бы все предрассудки своего времени, безоговорочно утверждал: «Все люди рождаются и остаются свободными и равными в правах»? Ее не устроило обращение “les hommes” (мужчины, люди), адресованное лишь к одной половине общества.
Многие француженки надеялись в тот момент, что законодатели признают и женщин правоспособными гражданками. Самые решительные из них для давления на законодателей даже создали специальную женскую организацию «Общество революционных республиканок». Эту организацию можно считать прототипом будущего движения за распространение на женщин права голоса, то есть права избирать и быть избранными в структуры власти – суффражизма (от англ. suffrage – голосование).

Но ни писательский дар Олимпии де Гуж, ни напор революционных республиканок не принесли в то время француженкам гражданских прав. Законодатели отказались увидеть в них полноценных гражданок. Женщины, наряду с детьми, умалишенными, имущественно несостоятельными лицами, попали в категорию неспособных отвечать за себя перед лицом закона. Женские организации были распущены, больше того, женщинам запретили собираться в группы в общественных местах. Так французская революция остудила пыл своих гражданок и задавила в зародыше первые ростки женской социальной активности, включая стремление к коллективным действиям с помощью женских объединений.

Вышедший в 1804 году Гражданский Кодекс Наполеона, который стал считаться эталоном буржуазной юрисдикции, подтвердил, что женщины не имеют гражданских прав и находятся либо под опекой своего отца, либо под опекой мужа.

Вслед за Кодексом Наполеона все новое буржуазное законодательство жестко фиксирует традиционное разделение мужской и женской ролей. Мужчинам по-прежнему принадлежит весь внешний мир и главенство в доме. Женщинам – мир домашний, воспитание детей и обязанность подчиняться мужу. Этот порядок – вершина патриархата. Он признан не только обычаем, но и формальным правом. Торжество мужской власти усилено еще и тем обстоятельством, что в этот момент происходит отделение сферы частной жизни от жизни общественной – публичной сферы. Закон начинает защищать частную жизнь от вмешательства извне, чего не знали прошлые века, когда вождь или монарх имели право посягать на все, что находилось на подвластной им территории. Мужчина, хозяин дома становится полновластным господином на своей территории. Здесь он получает возможность распрямиться в полный рост и превратиться из подданного во властелина - самостоятельного гражданина. Он приобретает навыки гражданства за счет подавления «другого». Таким «другим» была его жена, по закону обязанная культивировать его авторитет в семье, преклоняться перед ним, покорно сносить его деспотизм.



6. Женское движение как субъект коллективного действия

Начиная с 30-х годов ХIХ века женское движение начинает набирать второе дыхание. На этот раз импульс к его развитию дает промышленная революция, которая буквально взрывает традиционный уклад жизни в Западной Европе. Модернизация этого уклада сопровождается развитием крупной промышленности, ростом городов, разорением мелких сельских хозяйств. А вместе с этим – разрушением прежнего уклада семейной жизни, кризисом отношений между мужчиной и женщиной. Два обстоятельства оказали сокрушительное воздействие на традиционные семейные отношения – массовое вовлечение женщин в общественное производство и постепенное установление контроля над рождаемостью.

Новое крупное промышленное производство все шире использует дешевую женскую рабочую силу. Под воздействием промышленной революции массовый женский труд в общественном производстве превращается в факт социальной жизни. И факт далеко не однозначный. С одной стороны, он создавал возможность изменить традиционную иерархию мужской и женской ролей, выстроить разделение труда между мужчинами и женщинами не на принципе взаимодополняемости, а на принципе взаимозаменяемости. А с другой – оборачивался сверхперегрузками, сверхэксплуатаций женщин. Ведь с них никто не снимал обычных домашних обязанностей, материнских забот и хлопот. При этом по действовавшим законам поначалу женщина не могла даже распоряжаться своим заработком – он принадлежал ее мужу. Женщин не принимали в профсоюзы и иные общественные организации, защищавшие права наемных работников и т. Так возникали новые основания для совместных коллективных выступлений женщин, для создания женских организаций, призванных отстаивать интересы и права женщин.

С их помощью женщины могли предъявить свой счет обществу, которое вынудило их выйти за рамки семейного очага и начать работать. Со временем в рамках женского движения сложились первые требования к государству - снять с женщин часть их традиционных обязанностей и взять на себя заботу о детях, о больных и престарелых. Отсюда сформировалось представление о необходимости расширения функций государства, о его превращении в социальное государство, призванное заботиться об общем благе, о слабых и неимущих, об инвалидах и пенсионерах.

Коллективными усилиями женщины добивались равной оплаты за равный с мужчинами труд, требовали доступа к тем профессиям, к которым их стремились не подпустить и т.д. Работавшие женщины начинали осознавать, что у них есть свои особые социальные, гражданские, политические интересы и что их необходимо отстаивать. Освоение сфер гражданской и партийно-политической жизни, защита прав женщин на труд, его достойную оплату, на образование, на социальные гарантии по защите материнства и детства, больных, инвалидов, лиц пожилого возраста – все это осознавалось как задачи женского движения.

Его становление и укрепление идет с середине ХIХ века. К началу ХХ века женское движение превращается в массовое, многосоставное. В его русле активно действуют суфражистки, добивающиеся распространения на женщин норм всеобщего избирательного права; социалистки, озабоченные признанием права женщин на труд, на его справедливую оплату, на участие наравне с мужчинами в профсоюзных организациях; радикальные феминистки, пропагандирующие идеи сознательного материнства и контроля над рождаемостью. А наряду с ними – женские благотворительные общества всех видов и типов, включая христианские женские организации.



7. Марксисты и «женский вопрос»

Для того чтобы встать на ноги и окрепнуть, женское движение испытывало острую нужду в идейном подспорье, в некоем теоретическом обосновании, которое помогло бы ему противостоять гнету традиционной морали и добиваться перемен в буржуазном законодательстве. Задача была сложной, т.к. основная масса идеологов – философов, историков, социологов была совершенно убеждена в гражданской неполноценности и несостоятельности женщин. И консерваторы, и либералы хором твердили о природном или «естественном» назначении каждого из полов. Лишь крайние чудаки решались оспорить эти догмы. Один из них, социальный философ Шарль Фурье в своем труде «Теория четырех движений», который появился как результат размышления автора над событиями Великой французской революции, писал: «Расширение прав женщин есть главный принцип социального прогресса»17 . Другой великий утопист Анри де Сен-Симон, умирая, оставил в наследство своим ученикам загадочную мысль: «Мужчина и женщина – вот полноценный социальный индивид»18. Оба они разрабатывали идеальные проекты гармоничной, счастливо и справедливо устроенной социальной жизни, основой которой, по их замыслу, должно было стать гендерное равноправие.

Особую роль в обосновании общественной значимости движения за женское равноправие сыграли в ту пору марксисты. Они определили весь комплекс требований, сформулированных этим движением, как «женский вопрос» и предложили на него свой ответ.

Основные подходы к женскому вопросу изложены в знаменитой работе Фридриха Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства»19. Карл Маркс разделял концепцию книги, она была совместно продуманной и как бы продолжала традиции Ш.Фурье и А. Де Сен-Симона. Но в отличие от своих предшественников Маркс и Энгельс писали не столько об индивиде, будь то женщина или мужчина, который должен быть наделен всеми гражданскими правами и свободами, сколько о массах – массах тружеников. К ним они и обращались, объясняя, что идея «естественного назначения» пола по существу маскирует особого рода «производственные отношения» - отношения воспроизводства человеческого рода. Вся загадка этих отношений связана не с «таинством» пола, а с тем, что они являются одновременно и природными, биологическими, и социальными. А еще - это отношения социального неравенства, вытекающего из неравного и несправедливого разделения труда, при котором жена и дети фактически являются рабами мужа и отца. Поэтому любая форма традиционной семьи автоматически воспроизводит отношения господства/подчинения.

Основатели марксизма доказывали, что промышленная революция нанесла непоправимый удар по такой семье. Наемный женский труд, каким бы тяжелым он не был, создает экономические предпосылки для независимости и самостоятельности работающих женщин. А это разрушает основы старой семьи и традиционных семейных отношений, обрекавших женщин на подневольное существование. В этом – позитивный смысл наемного женского труда.

Кроме того, подчеркивали классики марксизма, положение женщин -наемных тружениц есть положение классовое. Они принадлежат к классу пролетариев. Поэтому задача их освобождения от социального неравенства совпадает с задачей освобождения пролетариата. Уничтожение любых форм эксплуатации и угнетения – общая цель пролетариев и женщин. Только в обществе, свободном от эксплуатации и угнетения возможны равноправные отношения между мужчинами и женщинами.

Таков в самых общих чертах марксистский подход к проблемам женского равноправия. Он соответствовал своему времени и его очевидностям. Проблема была в одном. Этот подход марксисты считали единственно верным, а потому решительно размежевывались со всеми остальными поборниками женского равноправия. Особенно досталось от них суффражисткам, добивавшимся признания политических прав женщин. Марксисты считали, что требования суффражисток по-своему легитимизируют буржуазную политическую систему. А потому приклеили и к этим требованиям, и к самому «классическому», либеральному феминизму ярлык «буржуазный». И повели с суффражистками, как с представительницами буржуазной системы, ожесточенную борьбу. Вплоть до 60-х годов ХХ века эта борьба раскалывала женское движение, ослабляя его и нанося ему непоправимый урон.

следующая страница >>