«Мировой опыт в оценке морских экосистемных услуг и возможность его применения в России» - umotnas.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Особенности взаимодействия сердечно-сосудистой и дыхательной систем... 1 387.71kb.
Программа Второго Международного форума «MedSoft-2006» 1 61.15kb.
В. М., Унлмипс методы индивидуальной защиты судна от захвата его... 1 153.49kb.
Доклад «Обзор ситуации и опыт антикризисных действий в гмк» 1 242.57kb.
Ассоциация юристов инициировала пилотный проект по развитию медиации... 1 43.62kb.
Мировой опыт функционирования наблюдательных и попечительских советов... 1 119.58kb.
Присутствие Банка во всех секторах рынка банковских услуг делают... 1 172.05kb.
Возможность применения флотации в водозаборно-очистных узлах 1 31.35kb.
Опыт Генри 1 49.78kb.
Контрольная работа по предмету "История экономических теорий России"... 1 133.5kb.
Глобализация рынка транспортных услуг и транспортно-логистических... 1 298.1kb.
Конференция «Формирование сети федеральных университетов: ключевые... 1 95.01kb.
Викторина для любознательных: «Занимательная биология» 1 9.92kb.

«Мировой опыт в оценке морских экосистемных услуг и возможность его применения в - страница №4/5

2.3 Прочие исследования

2.3.1 Экосистемные услуги в норвежской части Баренцева моря


Баренцево море – одна из наиболее продуктивных морских зон мира. Оно содержит большие запасы рыбы, различные донные сообщества, является местом обитания и подспорьем для морских млекопитающих и птиц. Баренцево море в настоящий момент является относительно нетронутым районом Мирового океана, оно подвержено антропогенному влиянию в гораздо меньшей степени, чем, например, южные морские области Норвегии. Как отмечает эксперт норвежской Комиссии по экосистемным услугам К. Магнуссен, важнейшей проблемой в дискуссии об оценке и управлении экосистемными услугами в Баренцевом море, в частности в районе Лофотенских островов, является вопрос о том, стоит ли разрешать строительство буровых платформ для добычи нефти и газа в этом районе, и, если разрешать, то в каком масштабе59. Район Лофотенских островов, включающий три самые северные губернии Норвегии, играет важнейшую роль в предоставлении услуг для коммерческого и рекреационного рыболовства.

В дискуссии о бурении скважин необходимо учитывать широкий контекст, включающий ценность морских экосистем с социально-экономической точки зрения. Сюда нужно также включить прогнозируемые эффекты от изменений в поставках этих услуг, которые обязательно наступят в случае реализации проектов по добыче нефти и газа на шельфе Баренцева моря.



Коммерческое рыболовство и продукция аквакультуры являются наиболее важными экосистемными услугами этого района моря, и в 2009 г. в трех прибрежных губерниях было добыто 1,17 млн. тонн рыбы60. Общая ценность коммерческого улова рыбы достигла порядка 7 млн. норвежских крон в год (приблизительно 0,9 млрд. евро), в то время как ценность продуктов аквакультуры в регионе составила более 6 млрд. крон в год (приблизительно 0,75 млрд. евро) . Эти расчеты базировались на доступной информации, поступающей с рынка.

Для определения рекреационной ценности рыболовства авторами был выработан иной подход. В качестве единицы ценности применяется ценность времени, проведенного за ловлей рыбы. В оригинальном исследовании, откуда был взяты данные о ценности рыболовства, было проведено исследование с помощью метода субъективной оценки стоимости. Респондентам был задан следующий вопрос: «Принимая во внимание ваш опыт ловли рыбы на этой реке в течение последних 12 месяцев, сколько вы готовы заплатить сверх ваших текущих расходов за эту рекреационную активность?»61. Позже, значения, полученные в ходе опроса респондентов в 2001 г., были адаптированы с соответствующими изменениями к новым условиям, и ценность услуги на 2009 г. составила 270-800 млн. крон в год (около 35-100 млн. евро).

Работа в оценке экосистемных услуг Баренцева моря в районе Лофотенских островов находится на начальных этапах и поэтому предлагает весьма ограниченный набор оценок. Неохваченными остаются, к примеру, такие регулирующие услуги, как связывание СО2, переработка отходов, биологическое регулирование. Весьма высока потенциальная ценность ресурсов зоны для биоразведки, особенно в свете того, что микроорганизмы, обитающие в полярной зоне, выживают в экстремальных условиях, превышающих известные значения физиологической переносимости, таких как низкая температура и высокая соленость62.

Ввиду малого масштаба исследования, его приложение в оценке затрат и выгод бурения скважин было весьма ограниченным. В середине января 2013 WWF России направил письмо в Министерство иностранных дел РФ, выразив озабоченность проанонсированными норвежской стороной в конце 2012 года проектами открыть поисковые работы  в юго-восточной части норвежского сектора Баренцева моря63. Однако норвежский парламент проголосовал за открытие этого района для буровых работ в водах, которые до лета 2011 года входили в спорную норвежско-российскую зону и у Лофотенских островов64.  Эти районы Баренцева моря имеют большое значение для воспроизводства водных биоресурсов, поэтому представители российской стороны и норвежском Агентстве по вопросам климата и охраны окружающей среды выражают протесты. И, как следствие, были инициированы новые проекты, среди которых проект «Арктические игры», в котором участвуют специалисты из Норвегии, Швеции и России (РЭШ). Среди задач проекта – оценка экосистемных услуг в этом районе и их привязка к проектам бурения на шельфе Северного Ледовитого океана.


2.3.2 Фармацевтический потенциал морского биоразнообразия


При осуществлении экономической оценки морских экосистемных услуг исследователи, как правило, обращают больше внимания на выяснение ценности обеспечивающих услуг, рекреационного потенциала и защиты от природных бедствий для прибрежных экосистем. Для открытого океана характерны исследования ценности климатического регулирования, круговорота питательных веществ и переработки отходов. Помимо этих довольно хорошо изученных услуг, морские организмы также являются богатым источником материалов для биоразведки. Морские природные вещества (далее МПВ) – это химические соединения, выделенные из морских микроорганизмов, фитопланктона, водорослей, губок, кишечнополостных, моллюсков и т.д. Многие из этих соединений действуют в качестве химического оружия против других организмов и способны выступать в качестве ингибиторов физиологических процессов. Колоссальное генетическое и биохимическое разнообразие морских микроорганизмов наверняка станет источником новых химических соединений и новых эффективных лекарств65.

В своем исследовании П.М. Эрвин и его коллеги попытались оценить ценность морских организмов для отрасли фармацевтики, выпускающей лекарства против рака66. Для расчетов авторы выработали формулу, которая включала следующие компоненты:



  • потенциал для использования в качестве МПВ, рассчитанный для отдельных таксономических типов

  • процент МПВ, успешно прошедших клинические испытания и попавших на рынок лекарств

  • чистая приведенная стоимость нового лекарства против рака

Оценивалась потенциальная полезность видов и возможность их применения в будущем для фармацевтических целей, поэтому можно утверждать, что рассчитывалась их ценность отложенной альтернативы. Итоговые значения оценок варьируются в пределах 563 млн. до 5,69 млрд. долл. США в зависимости от биофизических оценок лекарственного потенциала и различных величин ставки дисконтирования.

2.3.4 Экосистемные услуги Варненского залива


Черное море в течение долгого времени является местом для выброса сточных вод окружающих его стран, что привело к радикальным изменениям его экосистемы. Перенасыщение питательными веществами приводит к эвтрофикации или «цветению» воды, вызванному массовым ростом водорослей67.

В своем исследовании68 Т. Тейлор и А. Лонго попытались выяснить ценность, которую местные жители придают изменениям в качестве прибрежной воды в Варненском заливе у берегов Болгарии, который подвергается периодическому цветению. Исследование фокусируется на отрицательном эффекте, который оказывает цветение на рекреационную ценность залива. Исследование проводилось с помощью опросов, а в качестве метода оценки было выбрано моделирование выбора потребителей. В ходе подобного опроса респондентам предлагаются на выбор несколько ситуаций с различными значениями двух и более атрибутов оцениваемого блага. В составленном авторами опросе было 28 вариантов ситуаций с различными значениями следующих четырех параметров:



  • глубина видимости в море

  • длина периода «цветения» моря

  • плотность расположения людей на пляже

  • размер налога

Размер одноразового налога зависел от трех остальных параметров. Самый высокий налог сопровождал ситуацию с максимальной глубиной видимости, кратчайшим сроком цветения и наименьшей плотностью расположения людей на пляже. И самый низкий налог, соответственно, был в ситуации с противоположными значениями параметров.

Респонденты выразили готовность платить за сокращение длительности периода цветения и сокращение плотности расположения людей на пляже. Также выяснилось, что больше всего люди готовы платить за полное очищение моря от цветущих водорослей – 9,73 евро в год. Умножив это значение на количество населения Варны, авторы рассчитали, что местные жители готовы заплатить за устранение цветения в заливе и, тем самым за улучшение рекреационных услуг, 1,3 млн. евро.



3. Возможности применения оценки морских экосистемных услуг в России

3.1 Возможности применения в России


Россия омывается 13 морями, принадлежащими трем океанам. Западное побережье Камчатки и Курильских островов омывается непосредственно Тихим океаном. Общая площадь территориальных вод и исключительной экономической зоны составляет около 7 млн. км.2. Площадь континентального шельфа, находящегося под юрисдикцией Российской Федерации – около 5 млн. км.2, что составляет около 1/5 Мирового океана. Это один из самых больших океанических массивов, находящихся под контролем одной страны. Большинство морей России принадлежит к зоне западных ветров и полярной зоне, и исключение составляют лишь полузакрытые моря – Балтийское и Черное и закрытое Азовское море.

Моря России имеют ряд уникальных особенностей:



  • Баренцево, Берингово и Охотское моря относятся к наиболее продуктивным морям в мире, а продуктивность Западно-Камчатского шельфа - наивысшая в мире и составляет около 20 т/км2.

  • В дальневосточных морях России сосредоточены запасы промысловых видов, имеющих мировое значение: минтай, тихоокеанские лососи, камчатский краб.

  • В арктических и тихоокеанских водах сохранились значительно большие (по сравнению с Северной Атлантикой) запасы трески.

  • В российских морях - самое высокое в мире разнообразие лососевых рыб.

  • В российских морях открыты уникальные экосистемы: реликтовая экосистема озера Могильного, реликтовые экосистемы бурых водорослей в Арктике, мелководные гидротермальные сообщества в заливах Курильских островов69.

На настоящий момент в России пока не проводилось крупномасштабных систематических исследований по оценке экосистемных услуг, предоставляемых морями. Пожалуй, одним из очень немногих примеров исследований на локальном уровне стала работа сотрудников ФГУП Тихоокеанский Научно-Исследовательский Рыбохозяйственный Центр, которые выполнили оценку потенциальной стоимость экосистемных услуг залива Петра Великого (Японское море). Потенциальная стоимость биоресурсов (в ценах на 2009 г.) составила 869494 тыс. долл. США70. И, конечно же, речь не идет об оценке экосистемных услуг в масштабе всей страны: то, что возможно в Великобритании, вряд ли возможно в России в силу несопоставимых размеров территории.

Существуют различные проекты, которые аккумулируют информацию об оценочных исследованиях морских экосистемных услуг. Среди них Marine Ecosystem Services Partnership (MESP)71 – виртуальный центр для сбора и предоставления информации об использовании человеком морских экосистем во всем мире. Всего на сегодняшний день в базе MESP находится около 2 тыс. статей, посвященных оценке морских экосистемных услуг.


Рис. 1. Карта исследований по оценке морских экосистемных ресурсов MESP72.

marinevaluations
На данной карте цветом отмечены регионы, для которых есть хотя бы одно исследование по оценке одного и более типов экосистемных услуг. На карте явно видно, что ни одного исследования по российским морям в базе данных нет. Похожая ситуация наблюдается и с базой данных по оценке морских экосистемных услуг проекта TEEB, представлено ниже.
Рис. 2. Карта исследований по оценке экосистемных ресурсов TEEB73.

teeb valuations

И хотя обе базы, включают статьи только на английском языке, отсутствие хотя бы одного исследования, посвященного оценке российских морей, учитывая размер их территории и значимость в мировом масштабе, является проблемой, требующей решения.

Оценка услуг в России осложняется тем, что полярные зоны, к которым относится часть российских морей, мало исследованы. Общая площадь морских вод в пределах юрисдикции Российской Федерации в Арктике (без учета Берингова моря) составляет 3,8 млн. км2 и включает внутренние морские воды (к которым относится Белое море и ряд внутренних заливов), территориальное море в пределах 12-мильной зоны и исключительную экономическую зону74. Услуги, предоставляемые арктическими морями, не имеют денежного выражения стоимости в силу их отсутствия на рынке торгуемых товаров и услуг. К такого рода услугам, например, относятся защита береговых линий, культурные услуги, круговорот питательных веществ, потенциал для биоразведки. Нехватка информации всегда сопровождает процесс оценки экосистемных услуг, но в случае с арктическими регионами эта нехватка гораздо более существенна75.

Сегодня необходимость детальной и аккуратной информации особенно остра, поскольку ситуация быстро меняется под воздействием изменения климата. Постепенная утрата льдов вызвала фундаментальные физические и биологические перемены в Арктическом регионе, и этот тренд, похоже, будет продолжаться еще много лет. Так, например, с уменьшением площади льдов северные морские пути становятся более привлекательными для транспортировки, а участки для добычи на шельфе – более доступными. В свете открытия этих и других возможностей для использования доселе нетронутых ресурсов Арктики, необходимо провести хотя бы приблизительную оценку экосистемных услуг арктических морей. Это в первую очередь нужно для того, чтобы определить наиболее выгодные и вместе с тем безопасные сценарии для использования открывающихся возможностей76.

Более ответственное отношение к северным морям очень важно ввиду обеднения ресурсной базы в Баренцевом море из-за чрезмерного вылова рыбы в течение многих лет. В советский период, во время наиболее бурное развитие океанического рыболовства в 1950-1990 гг. привело к коллапсу запасов важных промысловых культур77.

Самые крупные объемы рыболовства наряду с Баренцевым морем, приходятся на Берингово и Охотское моря. Берингово море одно обеспечивает более 50% ежегодной добычи рыбы в США и около 30% в России. Оно имеет мировое средообразующее, экономическое и культурное значение, а также является важнейшей составляющей в жизни проживающих на его берегах коренных народов78. Охотское море является самым биологически продуктивным из 13 морей, омывающих берега Российской Федерации, и обеспечивает более 40% всех отечественных уловов рыбы, моллюсков и ракообразных. Охотское море и его водные биологические ресурсы являются основой для рыбохозяйственной и рекреационной деятельности, традиционного природопользования коренных малочисленных народов79.

Общей тенденцией, как для российского, так и для мирового рыболовства является изменение структуры вылова – то есть переход к промыслу мелких, ранее практически неиспользуемых видов. Это связано с тем, что наиболее ценные виды, составляющие верхние трофические уровни, подверглись чрезмерному вылову. Во всех зонах промышленное рыболовство, зачастую осуществляемое разрушительными методами (траловый и дрифтерный лов), – основная угроза биоразнообразию и экосистемам, которая может разрушить трофические цепи и генофонд промысловой рыбы.80

Значительное негативное воздействие на состояние морской среды могут оказывать добыча полезных ископаемых и транспортировка нефти в морской акватории. Экономическая оценка всей полноты морских экосистемных услуг также становится важной в контексте разработки и осуществления проектов по освоению шельфа с целью добычи нефти и газа. «С точки зрения рыночной экономики, большое число участников рынка и конкуренция между ними – это благо. Неэффективные участники вытесняются с поля. Если взять, например, конкуренции за пространство в рамках данной БМЭ [большой морской экосистемы] (Баренцево, Северное море и т.д.) между рыбной отраслью и нефтегазовой, то, имея очевидно меньшую прибыль, рыболовство будет вытеснено. Однако вместе с рыболовством будут «вытеснены», попросту уничтожены, водные биологические ресурсы, которые являются не просто объектом рыболовства, но и элементом биологического разнообразия, без которого существование БМЭ, а вместе с ней и нефтегазовой отрасли, будет поставлено под вопрос. Поэтому необходимо искать компромисс между рыночной эффективностью и сохранением биологического разнообразия»81.

Для России есть еще одно важное обстоятельство, которое может послужить толчком к исследованиям в этом направлении. Очевидно, что на сегодняшний день многие регионы России, в том числе и морские территории, выступают в качестве своего рода глобальных экологических доноров, играя важнейшую роль в сохранении глобальных экономических общественных благ. «Логика здесь достаточно очевидная: страна вносит огромный вклад в стабилизацию биосферы, регулирование климата, сохранение биоразнообразия за счет своих огромных территорий, не затронутых хозяйственной деятельностью, гигантских лесов, болот и пр., что позволяет ей быть экологическим донором планеты. При этом Россия несет большие издержки на поддержание природного потенциала и глобальных экологических услуг. Поэтому она вправе претендовать на экологические компенсации со стороны мирового сообщества»82.

Это один из примеров современной глобальной дилеммы в решении вопроса о сохранении окружающей среды. Для сохранения природных ресурсов развивающимся странам приходится ограничивать многие виды хозяйственной деятельности, что влечет за собой социальные и экономические потери, задерживает экономический рост. И зачастую структура экономики этих стран такова, что реально конкурировать на мировых рынках они могут лишь в сырьевом секторе за счет интенсивной эксплуатации природных богатств и, соответственно, ухудшения состояния экосистем. Поэтому механизм компенсаций странам-донорам издержек, связанных с сохранением и предоставлением экосистемных услуг, смог бы выполнять функции поддержки экономически слабых стран, обладающих значительным природным потенциалом. Однако подобное развитие событий в ближайшем будущем весьма маловероятно, поскольку это потребует от многих стран добровольных трат, которые они вряд ли готовы нести, и не существует органа, которые их законодательно обязал бы их это сделать. И, тем не менее, это не значит то, что экономическая оценка экосистемных услуг для России не нужна, поскольку выгоды оценки могут проявляться и на региональном и локальном уровнях.



<< предыдущая страница   следующая страница >>