Литературно – историческая гостиная «Болшевский Парнас. Наш край в истории изобразительного искусства России» - umotnas.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Процесс изучения спецкурса направлен на формирование следующих 1 289.77kb.
Дисциплина спо (Парикмахерское искусство) «История изобразительного... 1 22.88kb.
Историческая гостиная «Адмирал Ушаков – небесный покровитель военных... 1 117.25kb.
Статья «Развитие творческих способностей учащихся на уроках изобразительного... 1 147.91kb.
К уроку изобразительного искусства в 1 классе Учитель изобразительного... 1 89.51kb.
Программа для детских художественных школ и художественных отделений... 1 75.22kb.
Урок изобразительного искусства в 5 классе 1 46.46kb.
Художественный рынок Санкт-Петербурга Петрограда Ленинграда, его... 3 651.99kb.
Книга «Наш балет» первый опыт написания истории балета в России с... 1 219.12kb.
Литературно-историческая композиция «Пусть грянет Русь военною грозой... 1 62.97kb.
«Петербург Ф. М. Достоевского» (по роману «Преступление и наказание») 1 73.05kb.
Сценарий классного часа «Отцы и дети» 1 133.85kb.
Викторина для любознательных: «Занимательная биология» 1 9.92kb.

Литературно – историческая гостиная «Болшевский Парнас. Наш край в истории изобразительного - страница №1/1

Литературно – историческая гостиная

«Болшевский Парнас. Наш край в истории изобразительного искусства России».
Цели:

-познакомить учащихся с богатым культурно-историческим наследием Болшевского края;

-познакомить с жизнью и творчеством великих русских деятелей искусства Серебряного века;

-создать условия, способствующие нравственному воспитанию учащихся.


Задачи:

1)образовательные: привлечь обучающихся к дальнейшему самостоятельному изучению истории родного края; 2) развивающие: развивать умение выступать с сообщением;

3) воспитательные: воспитание чувства гордости за свою Родину и народ, воспитание чувства патриотизма и любви к Родине, к родному краю;

4) формирование у учащихся духовно-личностных ориентиров смысла жизни



Содержание.
Звучит песня «Русский вальс»
1 вед. Встреча в нашей литературно-исторической гостиной посвящена искусству Серебряного века. Тема: «Наш край в истории изобразительного искусства России».

В конце 19 века Болшево славилось как дачное место. Прекрасная природа и живительный воздух влекли сюда многих людей литературы и искусства. Закаты на Клязьме, терпкий аромат сосновых опушек пленяли и вдохновляли Станиславского и Чехова, Брюсова и Третьякова, Поленова и Коровина. Для кого-то из них пребывание здесь определило целую полосу творчества, для кого-то стало хотя и недолгим, но памятным эпизодом, а для кого-то (случилось и такое) –преддверием трагедии.

Эпиграфом к нашей литературно-исторической гостиной мы сделали слова: «Спешите делать добро! Не спешите забывать!»
2 вед. Немногим более 100 лет назад в сельце Куракино неподалеку от фабрики купца Сапожникова (ныне фабрика «Передовая текстильщица») в старинном парке над Клязьмой стоял большой, бревенчатый, оштукатуренный дом с мезонином, с тремя открытыми террасами и дюжиной окон по фасаду, обращенных к реке. Ступени большого открытого балкона с противоположной стороны дома вели в парк с липовыми аллеями, плакучими березами, могучими соснами, лужайками и множеством кустов сирени, жимолости, жасмина, шиповника.

Это красивое имение, принадлежавшее Сапожниковым, с весны 1880 г. снимала семья Павла Михайловича Третьякова. Каждое лето в начале мая Павел Михайлович, Вера Николаевна и четверо дочерей – Вера, Саша, Люба и Маша выезжали на дачу и жили там до середины октября. Так было и при жизни родителей. И после их смерти. Почти до революции, в общей сложности около 40 лет. Много лет спустя старшая дочь Третьяковых, Вера Павловна Зилоти, ставшая женой замечательного русского пианиста, любимого ученика композитора Листа, Александра Ильича Зилоти, живя за рубежом, очень лирично и художественновоспроизвела свои впечатления от куракинской природы.


Звучит музыка П. И. Чайковского «Времена года».
3 вед. «В Куракине все благоухало и звучало. Первые ночи, бывало, и не спишь, слушаешь с замиранием сердца, как трещат соловьи в кустах акации или в кустах сирени под нашими высокими окнами, всегда открытыми в тихую погоду. Ландыши под липами и березами, лютики, фиалки и кувшинчики на маленьком заливе нашей милой речки Клязьмы...кукушка за рекой, перепела на лугах после заката солнца. Позже летом пестрые ковры цветов расстилаются на лугах, гудение мириад пчел на липовом цвету по всем аллеям в парке. А потом золотая осень с синим небом и горящими закатами, прогулками за шоссе, в молодой лес, из которого приносили полные корзины белых грибов-боровиков, подосиновиков, березовиков, а то и рыжиков, и опенок. Нет ничего дороже , ласковее душе и московскому сердцу подмосковной скромной, милой природы. Ходишь и хвалишь Бога».
4 вед. Ф. Сологуб.

Гимны Родине.

О Русь! В тоске изнемогая

Тебе слагаю гимны я.

Милее нет на свете края,

О родина моя!

Твоих равнин немые дали

Полны томительной печали,

Тоскою дышат небеса,

Среди болот, в бессильи хилом,

Цветком поникшим и унылым

Восходит бледная краса.
Твои суровые просторы

Томят тоскующие взоры

И души, полные тоской.

Но и в отчаянье есть сладость.

Тебе, отчизна, стон и радость,

И безнадежность, и покой.

Милее нет на свете края,

О Русь, о Родина моя.

Тебе, в тоске изнемогая,

Слагаю гимны я.


Куракино в качестве летнего отдыха было выбрано из-за болезни одной из дочерей, а также потому, что для подрастающих детей здесь было подходящее общество сверстников. Рядом находилась Любимовка (имение купца Алексеева, отца прославленного режиссера, основателя Художественного театра Константина Станиславского).
5 вед. У старших братьев Алексеевых, Володи и Кости, было много друзей: молодые люди из соседних имений, студенты-медики.

Бывали дочери Третьяковых и в Абрамцеве у двоюродного брата своей матери Саввы Ивановича Мамонтова, где было также много молодежи. Мамонтов был обаятельный человек и обладал необыкновенным чутьем ко всему художественному; он умел угадывать «настоящее» в искусстве и этим привлекал к себе действительно настоящие таланты.

Но Павла Михайловича, человека строгих правил, беспокоило «дурное», как он считал, влияние актеров и потому своим девочкам не разрешал участвовать в спектаклях, но дружбу с любимовской и абрамцевской молодежью поощрял.

Живя в Куракине, Павел Михайлович не прекращал свою работу в Москве и не менял своего распорядка. Он вставал в 6 часов утра, до завтрака купался, прогуливался по парку и потом уезжал в Москву. По вечерам стриг сухие ветки на кустарниках, гулял по аллеям парка, читал или слушал музыку. Если по возвращении из Москвы заставал в гостях кого-либо из друзей, всегда был рад. За столом обычно велись разговоры о картинах, выставках, об опере, постановках Малого театра, балете. Своими в Московском доме Третьяковых были художники Перов, Репин, братья Васнецовы, Ге, Поленов, Суриков, Верещагин, Крамской, братья Маковские, а также Чайковский, братья Рубинштейны, Григорович. Многие из них побывали и в Куракине.


6 вед. В середине 80-х годов в Мытищах поселился Суриков с семьей, чтобы писать странников, шедших на богомолье мимо его дома в Троице-Сергиеву лавру. В то время художник работал над картиной «Боярыня Морозова». Когда смеркалось, он часто, по его же выражению, пешком отмахивал верст десять и неожиданно появлялся в Куракине. «Пили чай на балконе, -вспоминает Вера Павловна Зилоти, - живо, интересно беседовали, потом переходили в дом, где в гостиной засаживали меня за фортепиано, Василий Иванович всегда тихо и звучно просил: «Баха, Баха, пожалуйста».
Звучит музыка Баха.
Бывал и Репин, так как снимал дачу по Ярославской дороге близ Абрамцева.

В Куракине 22 августа 1890 года Павел Михайлович и Вера Николаевна отмечали серебряную свадьбу. Павел Михайлович тщательно составлял список гостей, их набралось до 150 человек. Среди них было много художников.

Третьяков с готовностью помогал своим друзьям. Когда заболел Василий Григорьевич Перов, Третьяковы ранней весной 1882 года перевезли его с женой в Куракино в надежде, что чистый воздух и весеннее тепло излечат его. Но Василий Григорьевич умирал от туберкулеза и ничто не могло спасти его.
1 вед. Лето 1898 года было последним, которое Павел Михайлович и Вера Николаевна провели в Куракине. Павел Михайлович заболел внезапно. Но как только чувствовал себя лучше, развивал бурную деятельность. Неожиданную болезнь жены – нарушение мозгового кровообращения с последующим параличом рук и ног – он тяжело переживал. И только дела, связанные с галереей, отвлекали его от грустных дум. Но все больше он стал жаловаться на усталость. В последних числах ноября он слег. 4 декабря Павел Михайлович умер. Через четыре месяца не стало и Веры Николаевны. После смерти родителей в доме продолжала жить дочь Александра Павловна Боткина со своими дочерьми Тасей и Шурой. Из всех сестер Александра Павловна была единственной, кто не уехал из России. Всю жизнь она проработала в Третьяковской галерее и оставила ценнейшее исследование «Павел Михайлович Третьяков в жизни и искусстве». Незадолго до своей смерти книгу воспоминаний «В доме Третьякова» написала и старшая дочь Вера Павловна Зилоти.

После революции усадебный дом переделали, надстроили второй кирпичный этаж. В нем поселились работники бывшей фабрики Сапожникова. Местные жители называли дом «Боткинским» по имени его последних обитателей, а о пребывании здесь семьи Третьякова как-то забыли. В 1980-х годах дом был снесен.


2 вед. В 30-е годы 20 века не раз приезжала в Болшевский Дом кинематографистов вместе со своим мужем, известным кинорежиссером Львом Владимировичем Кулешовым актриса, «звезда» немого кино Александра Сергеевна Хохлова – та самая Шурочка Боткина , внучка двух выдающихся людей России – Павла Михайловича Третьякова и знаменитого доктора Сергея Петровича Боткина.

А сегодня уже никто из потомков Третьяковых и Боткиных не найдет тех мест, так как дом снесен, исчез и парк. И ничто не расскажет о том, сколько выдающихся людей России перебывало здесь.

В морально-нравственном отношении мы многое теряем от того, что небрежно обращаемся с исторической памятью.

А теперь поговорим об истории создания Третьяковской галереи.

Датой основания Третьяковской галереи принято считать 1856 год. Тогда молодой Павел Михайлович Третьяков приобрел первые работысовременных ему русских художников. К началу 1860-х годов коллекция Третьякова насчитывала несколько десятков картин не только современников, но и художников предшествующих десятилетий.
3 вед. В конце 1860-х годов Третьяков сблизился с большой группой художников-реалистов, впоследствии образовавших Товарищество передвижных художественных выставок . Он стал главным покупателем картин передвижников. Впоследствии Репин скажет: «Третьяков вынес один на своих плечах вопрос существования целой русской школы живописи». Художники нередко шли навстречу собирателю: они не продавали своих картин, пока их не посмотрит и не выскажет своего мнения Третьяков.

Третьяков не останавливался при всей своей расчетливости даже перед очень крупными тратами, если того требовали интересы дела. Третьяков покупал картины, несмотря на шум критики и недовольство цензуры, как это было , например, с «Сельским крестным ходом на Пасхе» Перова или «Иваном Грозным и его сыном Иваном» Репина.

Покупал, если даже не все в картине отвечало его собственным взглядам. Но соответствовало духу времени, как этобыло с картиной Репина «Крестный ход в Курской губернии».

Покупал, если против выступали очень сильные и уважаемые авторитеты, вроде Л. Н. Толстого (религиозная жизнь В. М. Васнецова).

Первоначально все, что приобреталось Третьяковым, размещалось в комнатах его жилого дома в Лаврушинском переулке тихого Замоскворечья.

В 1892 году Третьяков подарил свой музей городу Москве.

В 1899-1900 годах опустевший жилой дом Третьякова, к которому примыкала Галерея, был перестроен и приспособлен для нужд Галереи. В 1901-1902 годах весь комплекс был объединен новым фасадом, построенным по проекту художника Васнецова. В начале 20 века Третьяковская галерея становится одним из крупнейших музеев не только России, но и Европы.
4 вед. В конце 80-х годов 19 века Жуковка стала знаменита уже тем, что там были написаны многие картины известных художников:

-Коровин. «Аллея в Жуковке», 1988;

-Поленов. Река Клязьма. Жуковка,1988;

-Поленов. Дали. Вид с балкона. Жуковка,1988.

Речь идет о том самом имении на Городище, где поселился в 1837 году помещик Жуков. Это тот самый дом, в котором обитало его многочисленное семейство, последними представителями которого были Набоковы.

Три месяца с1887 по 1889 годы на этой даче проживала семья художника Поленова.

Дом был большой двухэтажный, стоял на берегу Клязьмы. А метрах в ста от него на мысу, на 25-метровой высоте над рекой находилась беседка – ажурное сооружение 8-гранной формы. Беседку прозвали «Поленовской». Василий Дмитриевич проводил в ней много времени за мольбертом, так как отсюда открывалось обширное пространство долины Клязьмы: заливной луг, болота, далекие леса.

Василию Дмитриевичу Поленову к тому времени исполнилось 40 с небольшим лет. В эти годы он трудился над картинами «Христос и грешница» и «На Генисаретском озере».

Посещавшие Жуковку Остроухов и Левитан писали пейзажи.

Серов, которому в 1887 году исполнилось только 22 года, заканчивал знаменитый портрет «Девочка с персиками». Начатый в Абрамцево. Здесь же ,в Жуковке, Серов заканчивал и другой портрет «Девушка, освешенная солнцем».


5 вед. В семье Поленовых провел лето 1887-1888 годов Коровин. Замечательным памятником тех лет остался групповой портрет художника «За чайным столом». В нем он изобразил среди гостей Наталью Васильевну, жену Поленова, за самоваром, ее сестру, художницу Марию Васильевну Якунчикову и самого Василия Дмитриевича.

В другой, написанной здесь же, картине под названием «В лодке», женскую фигуру Коровин написал с Якунчиковой, а мужскую- с Поленова.

Сестра Поленова, Елена Дмитриевна Поленова, пишет Елизавете Григорьевне мамонтовой: «К нам приехал Нестеров... прожил у нас два дня и произвел на нас очень хорошее впечатление. Написал два этюда. Оба оставил хозяевам в подарок за гостеприимство».

Нестеров обдумывал в Жуковке свои произведения «Пустынник» и «Видение отроку Варфоломею», датированные 1889 годом.

Когда спустя полвека, в 1938 году, Михаил Васильевич Нестеров вновь посетил Болшево, он подарил своему другу Дурылину этюд к картине «Видение отроку Варфоломею» с дарственной надписью. В болшевском доме Сергея Николаевича Дурылина Нестеров бывал вплоть до 1942 года. До сих пор в одной из мемориальных комнат висит подаренный Нестеровым этюд, а в глубине сада стоит «Нестеровская скамья».
6 вед. Той же осенью Константин Алексеевич Коровин написал тюд «У лампы», где изобразил читающего у лампы в один из вечеров Поленова.

И как ни печально звучит воспоминание Константина Алексеевича Коровина о последних минутах жизни Поленова, в нем есть что-то светлое: «Три года назад я получил письмо здесь, в Париже, что умер Василий Дмитриевич Поленов. Письмо было от его жены, Натальи Васильевны. Она трогательно написала, что Василий Дмитриевич умирал от старости, был в полном сознании. «ЗА два дня до смерти он сказал мне,- писала жена,- достань мне этюд Константина, речку в Жуковке. И повесь передо мной на стене. Я буду смотреть. А если умру, напиши ему в Париж поклон, скажи, что увидимся, может быть опять на этой речке».

И трогательно, и грустно. Поленов, умирая, мысленно был в милой его сердцу Жуковке на Клязьме.
1 вед. Закончить нашу беседу о великих представителях искусства Серебряного века мы хотели бы словами ровесника 20 века поэта Владимира Диксона, умершего в изгнании под Парижем.

Это вечное слово-«Россия»

Словно ангельский свет для меня,

Словно совести зовы простые,

Словно вихри снегов и огня.

Глаз не видит, и уши не слышат,

Запечатаны болью уста:

Там – Россия страдает и ищет,



Ищет Божьего Сына- Христа.
Звучит песня «Россия»