Краснова О. В., Лидере а г. Социальная психология старения: Учеб пособие для студ высш учеб заведений - umotnas.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Дпп педагогическая психология (Неволина И. Я.) 1 21.99kb.
Гилье Н. История философии: Учеб пособие для студ высш учеб заведений... 32 11410.45kb.
Высшее профессиональное образование 10 5816.74kb.
Обучение детей с нарушениями интеллектуального развития: (Олигофренопедагогика) 8 4031.99kb.
Глава I теоретические основы методики развития речи 15 5488.03kb.
Учебник для студ высш учеб заведений / А. А. Горелов. 3-е изд, стер. 1 129.52kb.
Педагогика и психология 1 56.88kb.
Литература Введение в системный анализ : Учеб пособие для студ агроном... 1 43.03kb.
Учебник для студ сред проф учеб заведений \ Н. М. Платонова, Г. 1 242.82kb.
Рецензент: кандидат технических наук, доцент, начальник отдела информационного... 4 2542.64kb.
Социальная психология личности в вопросах и ответах: Учеб пособие/... 1 72.26kb.
Основные отрасли психологической науки 1 50.27kb.
Викторина для любознательных: «Занимательная биология» 1 9.92kb.

Краснова О. В., Лидере а г. Социальная психология старения: Учеб пособие для студ - страница №1/9

Тема 10. Проблема социализации пожилыхлюдей

Вопросы для обсуждения

Литературные источники

Социальное самочувствие и психосоциальные проблемы современных пожилых людей

С.С.Чернякова. Психосоциальные проблемы людей пожилого и старого возраста// Психология зрелости и старения. - 2005. - № 3. -С.78-87. Т.З.Козлова. Динамический стереотип пенсионеров - один из факторов неприятия ими новых реформ// Психология зрелости и старения. - 2005. - № 2. -С.16-25.

Г.В.Массон. Понимание реального мира современным пожилым человеком // Психология зрелости и старения. - 2007. - № 2. -С. 100-113. Н.Г.Ковалева, Б.Г.Тукумцев. Образ жизни как фактор адаптации к жизни на пенсии // Психология зрелости и старения. - 2004. - № 2. -С.34-53. Краснова О.В., Лидере А Г. Социальная психология старения: Учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений. - М.: Издательский центр «Академия», 2002. - 288 с.



Факторы социальной адаптации личности в позднем возрасте

Краснова О.В., Лидере А. Г. Социальная психология старения: Учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений. - М.: Издательский центр «Академия», 2002. - 288 с.

Особенности социальной адаптации пожилых людей

1


Е.В.Тесленко. Проблема социализации и социально-психологической адаптации пожилых людей // Психология зрелости и старения. - 2011. - № 3. -С.50-60.

М.Здоровцова. Ценностные ориентации как фактор успешности социально-психологической адаптации пожилых людей // Психология зрелости и старения. - 2005. - N2 4. -С.49-55.

О.В.Краснова. Исследование социальной интеграции пожилых людей // Психология зрелости и старения. - 2009. - № 1. -С.26-63. О. В. Краснова, Т. Д. Марцинковская. Особенности социально- психологической адаптации в позднем возрасте // Психология старости и старения: Хрестоматия: Учеб. пособие для студ. психол. фак. высш. учеб. заведений / Сост. О.В.Краснова, А.Г.Лидере. — М.: Издательский центр «Академия», 2003. — 416 с.


Пожилой человек в трудной жизненной ситуации

Доклад: «Феномен беспомощного поведения как разновидность социального поведения в пожилом возрасте»



Е.А.Дорьева. Ресурсы совладающего поведения пожилых людей // Психология зрелости и старения. - 2011. - № 4. -C.115-118.

B.А. Шатохина. Стратегии адаптации пожилого человека в сложной жизненной ситуации // Психология зрелости и старения. - 2010. • № 1. -

C.90-96,

А.Х.Газизов. Психодиагностические возможности изучения мотива беспомощного поведения и мотива уклонения от оказания помощи // Психология зрелости и старения. - 2007. - № 1. -С.100-110.



Социальная активность и социальная интеграция пожилых людей:

• Волонтерство

• Политическая активность

• Профессиональная деятельность

• Творческая самореализация, хобби

• Общение

Дискуссия: «Пожилые - политический балласт или активная социально-политическая прослойка?»


О.В.Краснова. Социальная активность людей позднего возраста как непрерывность социализации // Психология зрелости и старения. - 2005. - № 1. -С.87-99.

АА.Ларионова-Кречетова. Профессиональное становление в контексте возрастного развития // Психология зрелости и старения. - 2004. - № 4. - j С.33-38. j О.В.Краснова. Исследование социальной интеграции пожилых людей // | Психология зрелости и старения. - 2009. - № 1. -C.26-63. j Н.Г.Ковалева, Б.Г.Тукумцев. Образ жизни как фактор адаптации к жизни j на пенсии // Психология зрелости и старения. - 2004. - № 2. -C.34-53. ! Краснова О.В., Лидере А.Г. Социальная психология старения: Учеб. j пособие для студ. высш. учеб. заведений. - М.: Издательский центр j «Академия», 2002. - 288 с. j М. Греллер. Старение и работа: человеческий и экономический | потенциал// Психология старости и старения: Хрестоматия: Учеб. пособие j для студ. психол. фак. высш. учеб. заведений / Сост. О.В.Краснова, j А.Г.Лидере. — М.: Издательский центр «Академия», 2003. — 416 с. j



1 Повышение уровня социально-психологической : адаптации пожилых людей

Краснова О.В., Лидере А.Г. Социальная психология старения: Учеб. j пособие для студ. высш. учеб. заведений. - М.: Издательский центр j «Академия», 2002. - 288 с.


Краснова О.В., Лидерс А.Г.

К 782 Социальная психология старения: Учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений. – М.: Издательский центр «Академия», 2002. – 288 с.

3.4. Проблема социализации и социально-психологической адаптации пожилых людей

3.4.1. Определение социализации и факторы социальной адаптации личности в позднем возрасте


Психологические изменения, которые происходят в процессе старения, ставят в качестве первоочередной задачи исследование их динамики и особенностей социального поведения пожилых. Одним из ведущих механизмов, обеспечивающих целостность личности и предсказуемость ее деятельности, является социальная адаптация.

Анализ общих закономерностей социальной адаптации пожилых людей требует строгого определения этого понятия и соотнесения его с близким ему понятием социализации. Большинство отечественных психологов сходятся во мнении, что социализация (от лат. socialisобщественный) – более обширный процесс, чем адаптация [Андреева, 1988]. Социальную адаптацию признают одним из механизмов социализации. Во-первых, она позволяет личности (группе) активно включиться в различные структурные элементы социальной среды путем стандартизации повторяющихся ситуаций, что дает возможность личности (группе) успешно функционировать в условиях динамичного социального окружения. Во-вторых, она дает индивиду возможность принимать социальные роли в процессе адаптации. Социализацию и социальную адаптацию многие авторы рассматривают как процессы близкие, взаимозависимые, взаимообусловленные, но не тождественные.

В отличие от социально-психологической адаптации, в процессе социализации подчеркивается ее активный и индивидуальный характер. Иначе говоря, социализация – процесс складывания личности, ее индивидуализации, становления человека как общественного существа, возникновения психологического, субъективного мира личности, который проходит через усвоение (принятие) индивидом социального опыта. Социализацию определяют как онтогенетический процесс, под которым понимается усвоение индивидом социального опыта, причем мировоззрение, взгляды, убеждения в новой адаптивной ситуации формируются благодаря интерио; ризации этого опыта. «Этот момент преобразования социального опыта фиксирует не просто пассивное его принятие, но предполагает активность в применении такого преобразованного опыта, т. е. в известной "отдаче", когда результатом ее является не просто "прибавка" к уже существующему социальному опыту, но его воспроизводство, т. е. продвижение его на новую ступень» [Андреева, 1988. – С. 334]. Таким образом, чаще всего социализацию определяют как процесс и результат усвоения и активного воспроизводства индивидом социального опыта, осуществляемого в общении и деятельности. Отечественные психологи в содержании процесса социализации выделяют три сферы: деятельность, общение, самосознание. Анализ каждой из этих сфер затруднен тем, что проблема стадий социализации носит дискуссионный характер. Как отмечает Г. М. Андреева, по поводу «распространения» социализации на периоды детства, отрочества и юности у ученых нет расхождений. Однако относительно дальнейших этапов идет оживленная дискуссия.

В то же время не возникает ни малейших сомнений в том, что проблема социализации пожилых людей не только существует, но и более значима для этого возрастного периода по сравнению с предыдущим. Иногда авторы говорят о том, что проблема пожилого возраста в настоящее время – это проблема современной формы цивилизации, в которой не существует адекватных социально-организованных форм социализации пожилых людей, адаптации к старости. Успешная социализация пожилых людей – одно из основных условий поддержания высокого качества их жизни. Психологическая составляющая стиля жизни является одной из наиболее острых и на сегодняшний день мало исследованных проблем, связанных с пожилыми людьми. Достаточно много говорится об экономических и медицинских проблемах, с которыми сталкиваются люди позднего возраста. Но уровень медицинского обслуживания и материального обеспечения не соотносится прямо с уровнем психологического комфорта и оптимальным для человека стилем жизни. Сложность состоит в том, что если экономические и медицинские вопросы могут решаться централизованно и стандартно для всех людей определенной возрастной группы, то проблемы психологические должны решаться индивидуально, на основе личностных качеств пожилого человека и социальной ситуации.

Опросы, проводимые учеными, социологами и чиновниками, отвечающими за работу с пожилыми людьми, показали, что среди наиболее важных проблем, связанных с повышением уровня собственной жизни, пожилые люди отмечают одиночество, состояние здоровья и экономические проблемы. Таким образом, несмотря на актуальность качества медицинского обслуживания и доходов, практически всех пожилых людей мучают психологические проблемы: нарушение привычного образа жизни, отсутствие внимания со стороны общества и близких, одиночество.

По-разному проходит процесс адаптации к старости у мужчин и женщин. Это объясняется различиями в стиле жизни представителей обоих полов: более сильной самоидентификацией мужчин с профессиональными социальными ролями, а женщин – с семейно-домашними. При этом замечено, что если женщина свою ценность и жизненные успехи связывает с такими социальными ролями, где акцент делался на красоту, привлекательность (роковая женщина), то осознание старения воспринимается зачастую как поражение и конец всей жизненной карьеры. В то же время в случаях, когда женщина ассоциирует себя прежде всего с ролями «матери», «жены», то процесс адаптации к старости происходит менее болезненно.

Говоря о пожилых людях, необходимо помнить о том, что в этом возрастном периоде выделяют две группы – от 60 до 75 лет и старше 75 лет. Эти группы неодинаковы по своему психологическому и медицинскому состоянию. Для пожилых людей, входящих в первую группу, характерно сохранение достаточно высокого уровня активности мотивационных составляющих; наиболее значимыми проблемами для них являются нарушение социально-психологической адаптации и связанный с этим психологический дискомфорт. Для представителей второй группы на первый план выходят медицинские проблемы, связанные с ухудшением здоровья, слабостью и часто необходимостью постоянного ухода.

Методологическая неопределенность понятия адаптация требует его более подробного описания. Тот смысл, в котором термин адаптация используется в современной психологии, восходит к общеупотребительному латинскому adaptio – приспособление. Однако предложенные различными психологическими школами определения адаптации отличаются друг от друга.

С точки зрения социальной психологии, помимо биологической адаптации у человека вырабатывается адаптация, основанная, прежде всего, на перестройке социальных отношений между людьми:

социально-политических, морально-психологических, экономических и демографических. Такого рода приспособление можно назвать социальной адаптацией, так как в данном случае мы говорим о приспособлении к социальной среде. Иными словами, в основе социальной адаптации лежит соотношение индивида и социальной среды. При этом социальная адаптация определяется как индивидуально-групповой процесс. Его функциональное назначение – отражение межличностных связей и отношений в процессе жизнедеятельности людей с позиции самосохранения как личности, так и среды; установление соответствия между потребностями (ценностные ориентиры) личности и возможностями среды.

Говоря о социальной адаптации применительно к пожилым людям, М.Д.Александрова дает следующее определение: «Под социальной адаптацией понимается то, как старые люди, получившие новые качества в силу возраста, приспосабливаются к обществу и как общество приспосабливает старых людей к себе. Некоторые авторы называют старость "возрастом плохой адаптации", которая происходит вследствие различных соматических и психических изменений личности, а также в связи с переменами в семейной жизни и окружающей обстановке» [Александрова, 1974. – С. 31]. Н.В.Панина [Панина, 1980], изучая проблемы адаптации пожилых людей к статусу пенсионера при помощи личностно-ролевого подхода, предположила, что социальная адаптация пожилых заключается в освоении ими ролей, соответствующих статусу пенсионера. При этом адаптация представляется двумя компонентами: социальным – ролями, соотносящимися с данным статусом (нормативные модели поведения), и личностным – деятельностью индивида по выполнению этих ролей. Роли, соотносящиеся с данным статусом (нормативные модели поведения), зависят от конвенциональных ожиданий, т.е. нормы и требования, предъявляемые к индивидам, достигшим границ определенного возраста, изменяются в зависимости от ожиданий окружающих. Изменяются не только нормативные параметры ролей, но и сам круг определенных ролей, соотносящихся с данным возрастом и социальным статусом. На уровень конвенциональных ожиданий, предъявляемых к роли в социальной микросреде, оказывают влияние общекультурные нормы и ценности, характерные для конкретной общественной системы, а также нормы и требования малых социальных групп (коллектива, семьи, групп общения). В период, когда статус индивида стабилен, ожидания в большинстве случаев приведены в соответствие с результатами деятельности – индивид находится в состоянии психосоциального баланса – адаптивности. При изменении статуса может наблюдаться дезадаптация.

Рассматривая процесс подготовки индивидов к усвоению или оставлению ролей, нужно иметь в виду, что принятие на каждом этапе жизненного пути новых и оставление старых ролей, равно как и адаптация к изменению их содержания и соотношения, требуют от индивида соответствующей подготовки, т. е. социализации. «Подготовка к выходу на пенсию – столь же необходимый элемент социализации в старости, как профессиональная ориентация в юности» [Кон, 1988. – С. 83]. При этом ролевую определенность можно рассматривать только в качестве фактора адаптации, поскольку ее значение для успешности ориентации в социальном пространстве довольно велико. Таким образом, ролевая адаптация является только одной из составляющих социальной адаптации личности. Важное событие в жизни индивида – выход на пенсию и переход в возрастную группу пожилых – ставит перед личностью новые задачи. В случае успешного решения этих задач личность будет адаптирована к новой социальной ситуации, т. е. к пенсионному периоду жизни. На этом этапе жизненного пути индивид принимает новые и оставляет старые роли. При этом изменяются их содержание и соотношение (например, к старости ролевой диапазон сужается). Адаптация к такому изменению представляет собой задачу развития в этот период жизни. Таким образом, уровень ролевой адаптации (соответствия ролей пожилых ожиданиям общества) служит одним из критериев социальной адаптации.

Другими факторами, определяющими социальную адаптацию, являются ценностные нормы, эталоны, традиции общества в целом и пожилых людей в нем, так как адаптация не может быть исследована вне связи с функционированием общественных отношений в целом, вне объективных социальных процессов. Успешность адаптации в новых условиях прямо связана с успешностью (скоростью, объемом, «точностью») овладения стереотипами новой группы [Агеев, 1987]. При этом процессы групповой идентификации и усвоение групповых стереотипов идут параллельно и обусловливают один другой, т.е. стереотипы начинают усваиваться в том случае, если человек идентифицирует себя с группой, в полной мере осознает себя ее членом.

Отношения между поколениями, по данным многих авторов, обусловлены несовпадением ценностей: иные, чем раньше, социально-экономические условия, иной возраст, различные подходы к восприятию или «потреблению» материальных и культурных ценностей, накопленных человечеством, иная направленность в самооценке, самопознании, саморазвитии. Поэтому уровень сближения ценностных ориентации общества и пожилого человека, усвоение им групповых норм, стереотипов и эталонов является еще одним критерием оптимальной социальной адаптации. Пожилой человек может успешно выполнять социальные роли пенсионера, дедушки и др., усвоить групповые нормы, но при этом не будет адаптирован, так как он, например, идентифицирует себя с человеком зрелого возраста, способным полноценно трудиться, а не с немощным пенсионером.

Таким образом, успешность адаптации зависит от степеней статусной и ролевой определенности, которые прямо пропорциональны уровню социальной идентичности, т. е. степени отождествления человеком себя с определенными культурной, национальной, социальной и возрастной группами. Социальная идентичность соотносится с объективно существующими социальными позициями. Она представляет собой результат атрибуции, вхождения и помещения в социальную позицию; выражается через участие в социальных группах и институтах. Поэтому следующим критерием социальной адаптации пожилых людей является целостность самовосприятия, т. е. отождествление себя с людьми определенной социальной группы, обладающими определенными характеристиками.

Значительный вклад в когнитивную теорию адаптации к старению внесли результаты лонгитюдных исследований, проводившихся на факультете психологии Боннского университета и в Институте геронтологии Гейдельбергского университета [Анциферова, 1994]. Данные этих исследований подтверждают основные положения когнитивной теории:

поведение человека зависит не столько от объективной ситуации, сколько от ее субъективной оценки;

оценка ситуации связана с ведущими мотивами личности;адаптация человека к старению достигается тогда, когда устанавливается равновесие между когнитивными и мотивационными системами его личности.

Положения этой теории поддержаны отечественными авторами. Согласно их исследованиям, частые в старости социальные утраты, такие как смерть супруга, выход на пенсию, вынужденное сужение круга социальных контактов, ситуации семейных конфликтов, необходимость изменения привычного уклада жизни и т.д., должны оцениваться с точки зрения их значимости для индивида; чем выше их субъективная значимость, тем больше влияние этих факторов на психическое состояние и адаптацию к старости [Тибилова, 1991].

Поскольку целевой функцией процесса социальной адаптации служит самосохранение «общества – семьи – личности» в их взаимосвязи и развитии, адаптация пожилых людей представляется сложным образованием, состоит из многих составляющих и ее критериями являются:

на уровне общества – степень сближения ценностных ориентации различных половозрастных групп общества и степень совпадения авто- и гетеростереотипов пожилых;

на уровне группы – степень ролевой адаптации, степень позитивности социальной идентичности, степень инкорпоризации (замыкания пожилых на своем непосредственном окружении);

на уровне личности – приспособление к самому процессу старения и степень позитивности личностной идентичности [Краснова, 1996].

Активная адаптация – процесс, направленный на сохранение личности и предполагающий ее качественные изменения, может быть средством сохранения и изменения человека в новых условиях. Реализацию своих целей в пожилом возрасте часто рассматривают как специфический вид адаптационного процесса, обеспечивающий активное взаимодействие субъекта со средой. Поэтому сущность адаптации можно представить в контексте анализа жизнедеятельности пожилого человека. Социальная ситуация развития во время периода старения изменяет в известной мере жизненные стереотипы, требует адаптации к новым условиям. Пожилые люди вынуждены приспосабливаться не только к новым ситуациям и внешним условиям, но и адаптироваться к физическим, физиологическим, психологическим и социальным изменениям в себе.

Исследования процесса психологической адаптации пожилых людей проводились в русле не только социальной, но и возрастной психологии, например в системе исследований адаптацион-но-регуляторной теории старения, разработанной и утвердившейся в отечественной геронтологии [Фролъкис, 1982]. В первую очередь это относится к положению о том, что одновременно с процессами возрастной деструкции и дезорганизации в старости происходит развитие и укрепление адаптационно-регулятивных процессов, направленных на выживание, повышение жизнеспособности, увеличение продолжительности жизни. Применительно к психическому старению это выражается в формировании в старости новой активной жизненной позиции, отражающей переоценку прошлых ценностей, пересмотр прошлых установок, выработку определенного отношения к собственному старению. При благоприятных формах психического старения образ жизни полностью приспособлен к изменившимся в старости внешним и внутренним условиям. В случае неблагоприятного, болезненного психического старения вопросы адаптации пожилых людей становятся клиническими проблемами.

3.4.2. Кризис позднего возраста


В отечественной возрастной психологии, к сожалению, отсутствует общепризнанное определение и понимание ведущей деятельности позднего (пожилого) возраста и определение основных личностных новообразований этого возраста (Лидере, 2000). Поэтому, несмотря на вариативность так называемых «здоровых типов старости», в каждом из которых основным содержанием жизнедеятельности пожилого человека становится разная, на первый взгляд, деятельность (общественная работа, деятельность внутри семьи, художественная самодеятельность, путешествия и пр.), ведущей для пожилого возраста является особая внутренняя деятельность, направленная на принятие своего жизненного пути. Пожилой человек не только работает над смыслами своей текущей жизни (жизнь не бессмысленна, я не могу продолжать трудиться, но у меня есть возможности реализовать себя в других сферах жизнедеятельности), но и неизбежно осмысливает свою жизнь как целое. Плодотворная, здоровая старость связана с принятием своего жизненного пути. Болезненная (в релевантном смысле слова) старость – с непринятием. Кризис пожилого возраста есть кризис отказа от жизненной экспансии.

Рассмотрение процесса старения только с точки зрения вынужденного приспособления к изменившимся социальным условиям, ролям или физиологическим изменениям слишком узко определяет социальную адаптацию пожилых людей, не учитывает или недооценивает их собственную активность и жизненную позицию. Как в теоретических исследованиях, так и в практической работе с пожилыми людьми недостаточно осознается тот факт, что возраст 60 -65 лет – это прежде всего период возрастного кризиса [Краснова, Марцинковская, 1998]. Негативный и наиболее эмоциональный этап этого кризиса как раз и связан с изменением социального статуса людей, выходящих на пенсию, следовательно, с изменением их внутренней позиции. Изменяются и привычный стиль жизни, круг общения, распорядок дня, права и обязанности человека. Все это может привести к нарушению личностной идентичности, переоценке цельности своей жизни, которая делится на период до пенсии (когда я был всем нужен) и после пенсии (когда я никому не нужен). В этом плане ухудшение эмоционального состояния связано не с трудным материальным положением, а с изменением статусного места в обществе и семье. Негативная внутренняя позиция, т.е. переживание своей ненужности, снижение социальных и личностных притязаний часто приводят к «внесоциальности» или даже «асоциальности», так как пожилой человек старается привлечь к себе внимание окружающих часто весьма неадекватными, в том числе и агрессивными способами.

Важнейшей характеристикой кризиса позднего возраста является стремление к осмыслению жизни, подведению итогов своей деятельности. Люди, переживающие этот кризис, начинают задумываться о смысле прожитых лет. Э. Эриксон, введший термин «идентичность», писал о том, что этот возрастной период характеризуется разделением двух тенденцией: цельность личности – отчаяние. Иными словами, осознание цели и смысла своей жизни помогает человеку воспринять ее как единую, состоящую из ряда этапов личностного роста и становления. В противном случае жизнь кажется прожитой зря, состоящей из отдельных, мало связанных между собой периодов. Поэтому, отчаяние становится альтернативой цельности и осмысленности жизни.

Таким образом, в возрасте около 60 лет каждый человек осмысливает прожитые годы, ищет свою индивидуальность и значимость

своей жизни. С точки зрения эмоциональной насыщенности, не имеет значения, проходит ли этот процесс на сознательном уровне, либо осознается неполностью, открываясь человеку скорее в плане самоощущений, а не самосознания. В этом смысле кризис пожилого возраста аналогичен подростковому, так как и в том, и в другом случае на уровне рефлексии, бессознательно идет процесс осмысления своей жизни и своей «самости», т. е. сравнение своей духовной жизни, своего вклада в общее дело жизни и вклада других людей. Однако в отличие от подросткового, кризис пожилого возраста протекает более эмоционально и часто заканчивается трагически. Подросток осмысляет жизненную перспективу, цель рефлексии – формирование своей жизни и профессиональной деятельности в будущем, исправление допущенных ошибок. В пожилом же возрасте этот анализ связан с ретроспективной оценкой себя и своей жизни. Поиск смысла жизни, особенно вывод о том, что она прожита не так или зря, должен осознаваться человеком как данность, с которой ему часто бывает трудно примириться. Именно это делает этот кризис таким значимым для последующих лет жизни, придает ему такой эмоциональный накал. Профессиональные психологи могли бы помочь пожилым людям пережить этот кризис, придать смысл их жизни и показать перспективу дальнейшего жизненного пути.

3.4.3. Особенности психического развития в позднем возрасте


Рассматривая особенности психологического кризиса пожилого возраста, необходимо прежде всего отметить, что несмотря на многочисленные интерпретации его сути, практически все ученые (Э.Эриксон, Б.Г.Ананьев, В.Франкл, П.Блонский и др.) считают, что он связан с самооценкой прожитой жизни. Это осмысление, подведение итогов прожитой жизни и, в определенной степени, попытка в оставшееся время что-то изменить или компенсировать. Таким образом, кризис пожилого возраста с психологической точки зрения является таким же смыслообразующим, как и подростково-юношеский кризис, но гораздо более аффективно насыщенным и в чем-то более драматичным.

При анализе содержания данного смыслообразующего кризиса становятся более понятными и те изменения в психическом развитии, которые происходят в это время. Прежде всего необходимо вспомнить о том, какие вообще механизмы развития на сегодняшний день открыты психологией. Это девять ведущих механизмов, частично связанных между собой или дополняющих друг друга: идентификация, конформизм, уход, отчуждение, агрессия, компенсация, интериоризация, эмоциональное опосредование и эм-патия.

Если в ранние годы жизни на первый план выходят интериоризация (прежде всего культуры, знаний, правил и норм того общества, в котором живет ребенок), идентификация с окружающими и эмоциональное опосредование, то в пожилом возрасте эти механизмы уже почти не имеют прежнего значения. Новые знания формируются с большим трудом, их тяжело наполнить эмоциональными переживаниями, чтобы сформировались новые мотивы. Поэтому у людей пожилого возраста плохо формируются новые ролевые отношения, они трудно привыкают к новым ценностям и новым представлениям о себе и других.

Этим объясняется и тот факт, что все происходящее в мире, как правило, сопоставляется со старым опытом и ассимилируется в его рамках. При этом любые изменения вызывают негативную реакцию, а потому и новое воспринимается как чужое, как «отклонение от доброго старого времени».

Уменьшается и значение идентификации, так как группа общения (друзья, семья) уже создана и в пожилом возрасте уже почти не пересматривается. Это связано не только с приверженностью к старому опыту, о чем говорилось выше, но и с объективными ограничениями – оставшегося времени жизни, сил, энергии, круга общения, который сформирован и у сверстников. Существенно затруднена, а точнее – почти невозможна, и социальная идентификация, т. е. выбор новой социальной или национальной группы,"к которой себя относит человек. Поэтому так сложна адаптация к новой среде (социальной, культурной, даже экологической) в этом возрасте. Таким образом, уменьшение роли прежних механизмов частично объясняет, почему сами пожилые люди часто сравнивают процесс старения с восхождением на гору, при котором подъем становится все круче, спутников, как и физических сил, – все меньше, но в то же время уменьшается и число жизненных ценностей, которые остаются значимыми.

На первый план выходит механизм компенсации, прежде всего компенсации своих потерь – сил, здоровья, статуса, группы поддержки. Можно сделать вывод о том, что для нормального старения очень важно развивать у людей пожилого возраста именно этот механизм психической жизни. В то же время должен доминировать прежде всего адекватный и полный вид компенсации, т. е. этот механизм должен функционировать так, чтобы пожилой человек не уходил в мнимую компенсацию (обычно в свою болезнь), преувеличивая свои болезни и немощи, чтобы привлечь к себе внимание, вызвать интерес и жалость, а то и добиться более ощутимых материальных привилегий. С этой точки зрения становится понятной важность обучения новым видам деятельности, развитие креативности, появление нового хобби и любых форм творчества, так как с их помощью развивается полная компенсация. В то же время ригидность, трудности переключения, возрастающие в этом возрасте, препятствуют развитию нормальной компенсации. Препятствием является и сужение круга общения, загруженность других членов семьи, окружающих, что также не позволяет полностью реализовать этот механизм.

Как правило, отсутствие компенсации является одной из самых распространенных причин тех отклонений, которые возникают в зрелом возрасте и приводят к включению других, более негативных механизмов психической жизни, прежде всего ухода, отчуждения и агрессии. Все эти механизмы, как правило, присутствуют у любого человека и проявляются в определенных, адекватных для их деятельности, ситуациях, например уход от общения с неприятным человеком, агрессия в ответ на оскорбление и т.д.

Говоря об отклонениях, мы подразумеваем доминирование какого-либо одного из этих механизмов, который начинает проявляться во всех, даже неадекватных для него, ситуациях. Так, появляются нежелание новых контактов, даже боязнь их, стремление отгородиться от всех, в том числе и от близких людей, эмоциональная холодность, порой враждебность к ним. Такой уход от общения часто сочетается с постоянными упреками в адрес других и уверенностью в том, что пожилому человеку что-то недодали, что в ответ на его самоотверженную заботу и любовь заплатили черной неблагодарностью. С этим связаны обидчивость, конфликтность, желание настоять на своем и в малом и в большом. Отчуждение, уход и агрессия, часто проявляющаяся уже как деструктив-ность (например, участие в демонстрациях, митингах), являются важным показателем эмоциональной и личностной нестабильности, которые привели к фиксации на одном из непродуктивных механизмов психического функционирования [Марцинковская, 1999].

Возможно сочетание агрессии с конформизмом, причем планы этих сочетаний чрезвычайно многообразны – от конформного принятия новых правил частной жизни и агрессии на уровне макрообщения до использования и принятия новых социальных ценностей и агрессии по отношению к близким людям. Конформизм может сочетаться и с эмпатией, когда пожилой человек старается привлечь и завоевать расположение окружающих заботой, лаской и вниманием к ним. Чаще всего этот механизм проявляется в частной жизни и работает, как правило, в благополучных семьях, где установлен достаточно тесный эмоциональный контакт между разными поколениями.

Исследование механизмов психической жизни в позднем возрасте только начинается в полной мере. Однако уже первые работы показывают, что этот путь позволит не только лучше понять причины отклонений, но и помочь в их коррекции, ускорить и оптимизировать адаптацию пожилых людей к новому возрастному периоду, а также хотя бы частично преодолеть те негативные факторы, которые связаны с отрицательной оценкой своего жизненного пути.


3.4.4. Общение пожилых людей как сфера социализации


По сей день существует негативный стереотип одиноких пожилых людей, оказавшихся на старости лет не у дел и проживающих свои дни в уединении. Однако некоторые американские исследователи не согласны с такой однозначной трактовкой старости. Более того, они полагают, что одиночество – проблема главным образом молодых. Действительно, до 80% пожилых людей отмечают, что никогда не чувствуют себя одинокими. Американские ученые пришли к выводу, что хотя пожилые люди в большей степени предрасположены жить одиноко, они не чувствуют себя одинокими [Бик-сон и др., 1989].

По мнению других зарубежных исследователей, самой серьезной проблемой для пожилых является проблема вовлеченности в общение. Главная задача этих людей – выжить и сохранить чувство собственного достоинства. Однако в ряде случаев – при болезни, упадке сил – выживание зависит от посторонней помощи. Служба социальной и психологической помощи позволяет пожилым людям осознать свою независимость и избавляет от замкнутости и одиночества путем вовлечения в общение.

Одиночество устойчиво ассоциируется с ощущением неблагополучия. Это обстоятельство можно было бы интерпретировать как тесную связь между удовлетворенностью, получаемой в сфере социальных связей, и общим благополучием, т. е. ощущением эмоционального комфорта. Однако одиночество является источником отрицательного эмоционального состояния.

Если у человека остается неудовлетворенной потребность в многочисленных дружеских связях, он испытывает тревогу и озабоченность. Страдая от отсутствия прочных близких взаимоотношений, он с большей вероятностью окажется склонным к депрессии. Обычно даже имея друзей, он страдает от одиночества. Такие люди недостаточно откровенны с другими и неспособны к полному самораскрытию. Интересно, что независимо от пола, т.е. и мужчинам, и женщинам, разговоры с женщинами помогают сглаживать чувство одиночества. Подобные беседы считаются более приятными, душевными, откровенными и в целом более значимыми, чем разговоры с мужчинами. Замечено, что подопечные службы социальной помощи также предпочитают в качестве социальных работников именно женщин.

Одиноким людям присуща нехватка навыков общения и в других аспектах: они меньше интересуются окружающими их людьми, задают меньше вопросов, в меньшей степени склонны поощрять и подбадривать собеседника, проявлять в меньшей степени благожелательность и доверие. Они часто неспособны к экстраверсии и положительным невербальным проявлениям при помощи интонации, мимики.

Неоднократно отмечалось, в том числе и отечественными исследователями, что у пожилых возрастает роль общения в жизни. Более того, можно считать, что общение играет ведущую роль в пожилом возрасте. Общение есть первый вид деятельности, которым овладевает человек в онтогенезе, и считается, что именно это достаточно рельефно показывает значение общения в человеческой жизни как условия успешного осуществления всех других видов деятельности.

Более молодые члены общества часто отказываются следовать советам пожилых, тем более не всегда понимают их переживания. Поиски выхода из этого круга вызывают у пожилых людей стремление общаться со сверстниками. Обращает на себя внимание именно актуальность контактов со сверстниками, а не с членами своей семьи. При этом помощь и понимание многие пожилые люди стремятся найти тоже у сверстников, а не у родных. Это связано и с экономическим положением молодых, которые часто не могут взять на себя полностью содержание престарелых родителей, а также с тем, что, как и в подростковом возрасте, другое поколение плохо понимает их. Таким образом, преодолеть возникающие проблемы, найти способ адекватной социально-психологической адаптации к той ситуации, в которой они находятся, пожилые люди могут скорее в общении со сверстниками, которые сталкиваются с теми же проблемами, имеют примерно такие же жизненный опыт и стереотипы восприятия. При этом, безусловно, необходимо учитывать тот факт, что группа пожилых людей неоднородна по социальному составу, жизненному опыту, стереотипам и оценочным эталонам, а потому общение необходимо налаживать среди людей со сходным социальным статусом, общими ценностными ориентациями и установками.

Необходимость создавать для пожилых людей специальные условия, налаживать их круг общения связана и с тем, что в этом возрасте в силу естественных условий (болезни, смерти друзей, переезды) сужается круг людей, с которыми человек общался в течение жизни. Поэтому расширение и углубление общения становится непременным условием социализации в этом возрасте. Сложность формирования новых личностных контактов усугубляется тем, что многие пожилые люди испытывают коммуникативные трудности. Фундаментальные исследования Общей высшей школы Касселя «Особенности геронтопсихиатрического ухода» [Кемпер, 1996] показывают, что в большинстве случаев пожилые люди страдают от нарушений в сфере коммуникации и от конфликтов, относящихся к этой области. Две трети пожилых, обратившихся за помощью в психиатрическую амбулаторию института, говорили о проблемах контактов.

Отечественные авторы отмечают, что при внешней контактности пожилые люди далеко не всегда психологически готовы завязывать новые знакомства, не всегда и не у всех есть прямая потребность в контактах. Многие из них приспособились к одиночеству, удовлетворяясь поверхностными формами общения. Взаимодействие пожилых людей между собой имеет специфику. Так, они часто испытывают разочарования в знакомствах, подмечая мельчайшие детали поведения других, которые, например, не соответствуют их идеализированному эталону. Пожилые люди боятся быть непонятыми, страшатся разочарований и эмоциональных потрясений, они предполагают неудачи в общении, а в результате избегают его, хотя и страдают от его недостатка.

В исследовании аспектов общения пожилых людей, проживающих в доме ветеранов [Яковлев и др., 1996], установлено, что несмотря на организацию совместного досуга и расширение круга общения, нерешенными оказались важные проблемы: зачастую слишком формальное общение между соседями, нехватка взаимного внимания и поддержки, «зацикленность» на собственном самочувствии.

Общение пожилых людей можно рассматривать не только как социализирующий фактор, но и как фактор социальной и социально-психологической реабилитации. В этом смысле он приобретает характер не столько естественно существующего момента в жизни пожилых людей, сколько искусственно организуемого, специально выстраиваемого обществом для пожилых людей. Например, достаточно широко используемые в социальной работе с пожилыми группы взаимо- и самопомощи, клубы пожилых и пр.

3.4.5. Повышение уровня социально-психологической адаптации пожилых людей


Как для мужчин, так и для женщин важной является психологическая подготовка к позднему периоду жизни. Одним из базисных элементов ее может быть просто согласие на «собственную старость», осознание того, что это такой же этап жизни, как и другие, содержащие присущие этому возрасту проблемы и радости.

Исследования показывают, что существует несколько способов компенсации эмоционального напряжения, в котором находятся пожилые люди, повышения уровня их социально-психологической адаптации. Это общение с природой, увлечение искусством (как в плане творчества, так и в плане восприятия), появление новой значимой деятельности, новых интересов, перспективы дальнейшей жизни (это особенно важно для людей старше 70 лет).

Эмпирические данные свидетельствуют о том, что общение с природой, домашними животными (кошками, собаками и др.), уход за комнатными цветами, садом и огородом существенно снижают уровень напряженности, компенсируют недостаток общения пожилого человека. У людей, много времени проводящих на природе, менее выражен страх одиночества, ниже уровень агрессии и практически не наблюдается депрессивного состояния.

Не менее значимое воздействие оказывает и увлечение искусством. Пожилые люди, которые часто ходят в театр, консерваторию, посещают музеи и выставочные залы, психически намного устойчивей и в меньшей степени подвержены депрессиям, чем их сверстники, которые равнодушны к искусству. По мнению многих авторов, эти интересы, входя в структуру личности, образуют устойчивую мотивацию, которая не изменяется с кризисом и не подвержена динамике в зависимости от статуса, круга общения и других возрастных факторов. Такое поведение становится тем стилем жизни, который придает устойчивость адаптационному процессу в целом.

Самостоятельное творчество, независимо от его уровня, так же как и любое другое увлечение (хобби), становится таким же смыс-лообразующйм мотивом, который, возглавляя иерархию мотивов личности, помогает придать смысл другим стремлениям и потребностям пожилого человека.

Погруженность в собственную или чужую творческую деятельность способствует социально-психологическому поведению пожилых в связи с тем, что увеличивает креативность, инновационные стремления, которых часто недостает пожилым людям в силу их возрастных особенностей. Это необходимо пожилым для реализации их социальной активности, для адекватного разрешения непредвиденных, неопределенных ситуаций, из которых нельзя выйти на основе стереотипного поведения. В то же время весь предпенсионный и начало пенсионного периода фактически и являются той новой и неопределенной ситуацией, которая требует проявления творчества, неадаптивной стратегии поведения, прогрессивного развития личности, а эти качества присущи даже для пожилого возраста при общении с искусством.

Специальное обучение позволяет сформировать необходимые для новых занятий навыки и умения даже в преклонном возрасте. Исследования принципиального вопроса о том, происходит ли в зрелом возрасте усвоение нового опыта, позволяет дать на него положительный ответ. Признание трудовой стадии социализации логически следует из признания ведущего значения трудовой деятельности для развития личности. В современном обществе трудовая деятельность выполняет несколько функций. Она не только обеспечивает человеку средства существования, дает определенный статус, но и реализует социальную активность индивида. На уровне личности она рассматривается как способность к сознательному выявлению и утверждению своего места в системе общественных отношений и самореализации. Социальная активность есть мера социальной деятельности, и ее целью является реализация интересов общества, личности как члена данной социальной общности. Для любого человека трудовая деятельность служит условием и показателем его полноценности, интересной жизни, творческой активности, поэтому работа необходима пожилым, у которых круг личных интересов значительно сужается.

Можно считать, что сфера деятельности играет такую же важную роль в социализации личности взрослого и пожилого человека, как в юности. Включение трудовой стадии развития личности в орбиту проблем социализации приобретает особое значение в современных условиях в связи с идеей непрерывного образования, в том числе взрослых и пожилых людей. Концепция непрерывного образования основана на признании учения как нормальной и необходимой деятельности человека во все периоды его жизни. Она подразумевает возможность и необходимость для человека любого возраста обновлять, дополнять и применять ранее приобретенные знания и умения, постоянно расширять свой кругозор, повышать культуру, развивать способности, получать новые специальности и совершенствоваться в них. Несмотря на то что концепция непрерывного образования признается социальной необходимостью, в разработке психологии взрослых людей и дальнейшего образования пожилых существуют значительные пробелы.

Концепция обучаемости взрослых получила экспериментальное выражение в ряде работ, связанных с изучением общих тенденций возрастного развития, особенностями созревания и взаимодействия различных интеллектуальных функций. Однако несмотря на это, пока крайне мало известно о закойомерностях эволюции взрослой, зрелой личности, не изучена взаимосвязь обучения и психологического развития взрослых людей, еще меньше мы знаем об обучаемости пожилых.

Благодаря накоплению знаний о структурах развития психофизиологических функций взрослого человека современные представления основаны на признании безграничности личностного становления человека, на развитии как основном способе существования. Согласно этой точке зрения, развитие любой функции (физиологической, психофизиологической, психической) идет непрерывно от рождения до старости, причем разные стороны этих функций изменяются с разной степенью интенсивности. Если это так, то единая научная теория индивидуально-психического развития не может быть построена без специальной разработки ее фундаментального раздела – психологии зрелости и старения.

Наиболее полно проблема обучаемости в связи с интеллектуальным развитием разработана по отношению к детскому возрасту, а психология обучения во взрослом и пожилом возрастах представляет собой мало изученную область. Применение лонгитюдного метода позволило установить, что умственное развитие взрослых, происходящее под влиянием обучения, заключается в усвоении содержания учебного материала и связано с глубинными изменениями интеллектуальных функций и механизмов их взаимодействия. Под влиянием обучения происходит повышение уровня развития отдельных сторон психических функций и изменяется их структура, что приводит к изменениям в характере межфункциональных связей. Этот факт подтверждает теорию Б. Г. Ананьева о том, что обучение активизирует все корреляционные плеяды психических функций, т. е. механизм роста этих функций и интеллекта в целом. Таким образом, обучение ускоряет процесс умственного развития взрослого человека, выступая необходимым условием активизации скрытых резервов интеллектуальной деятельности взрослого человека в период зрелости.

Анализ социальной ситуации, в которой пожилые люди начинают учиться, проведенный немецкими психологами в начале 1990-х годов, показал, что это происходит в случаях переживания одиночества, феминизации общества, увеличения процентного количества пожилых людей. Выделено пять мотивов учения: возможность освоить новую деятельность, послепрофессиональная деятельность как обретение нового жизненного смысла, исполнение юношеской мечты, возможность новых контактов, самотерапия.

Как отмечают психологи, интерес к игровой (спорт, коллекционирование, живопись) и особенно учебной деятельности не ослабевает с возрастом. Просто пожилые люди отвыкают от этих форм деятельности. Поэтому некоторые психогеронтологи предлагают в качестве средства интенсификации жизни старых людей привлечение их к учению и игре. Не менее важен и тот факт, что такая учебная или продуктивная деятельность происходит в группе единомышленников, а потому формирует адекватный, пусть даже и не очень широкий, но устойчивый круг общения.

Наконец, как уже отмечалось выше, для психологической адаптации людей пожилого и старого возраста очень важна временная перспектива. Эмпирически установлено, что с возрастом стремление к будущему уменьшается, но если деятельность личности ограничивается только решением задач сегодняшнего дня, то ее психологическая организация обедняется, так как по своим творческим возможностям человек может решать более сложные проблемы. Прогрессивное развитие личности как способ существования обеспечивается проявлением активности в разрешении противоречий между изменяющимися условиями бытия и реальными возможностями удовлетворения потребностей и интересов. Поэтому, хотя пожилым людям более свойственна ориентация на прошлое, при планировании определенной деятельности возможна и ориентация на будущее. При этом длительная перспектива, как правило, не имеет такого эффекта, как краткосрочная, примерно от полугода до полутора лет. Такая перспектива позволяет пожилому человеку строить определенные планы, снимает депрессию и страх смерти, помогает преодолеть болезни, так как дает уверенность в завтрашнем дне и открывает в нем пути для достижения реальных целей.

Рассмотренные нами проблемы социально-психологической адаптации и социализации пожилых людей показывают, что в их решении много противоречивых позиций. Некоторые факторы, влияющие на психологическую устойчивость и активность пожилых людей, описаны нами выше. Однако нужно признать, что для того чтобы интерпретировать поздний период жизни человека как период развития личности, необходимо проводить целенаправленные исследования особенностей самоидентификации, анализ образа «Я» и степени его цельности, адекватности и осознанности у людей пожилого возраста, изменения типа активности пожилого человека. Исследование роли творчества, разных стилей жизни, общения в процессе социализации, влияния этих факторов на степень фруст-рированности и психического напряжения в пожилом возрасте совместно с анализом степени влияния социальных изменений на целостность личности поможет решению этой проблемы.

Кроме того, правомерно ставить вопрос о широком научном обосновании и практическом внедрении идеи постоянного (непрерывного) образования применительно к пожилым людям. Знание основных закономерностей будет способствовать социально-психологической адаптации людей в позднем периоде жизни, поможет организовать с ними профилактическую и коррекционную работу, которая даст эффективные результаты.


следующая страница >>