Глобальные социотехнологические цивилизации - umotnas.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Глобальные социотехнологические цивилизации - страница №1/1



Эдуард КИРЮХОВ к.э.н., доцент

МГУ им. М.В.Ломоносова,

Научный руководитель Международного

центра фундаментальных исследований

инновационного развития общества


ГЛОБАЛЬНЫЕ СОЦИОТЕХНОЛОГИЧЕСКИЕ ЦИВИЛИЗАЦИИ

Вся история познания Природы (Великой

естественной лаборатории) – это одновременно

история научно-технического прогресса и адекватных

ему мировых социальных цивилизаций.
Эдуард КИРЮХОВ
Человеческое общество — сложная, динамично развивающаяся биотехносоциальная система. В ней органически переплетаются в противоречивом взаимодействии: природные, технико-технологические, организационно-управленческие, экономические, политические, правовые, духовно-культурные структуры, отношения.

Для наглядности представим органическую структуру общества в виде схемы:




Рис. 1. Структурное многообразие составных частей

общественной системы


Какие науки изучают составные компоненты общества как биотехносоциальной системы?

Производительные силы общества – труд, предметы труда, средства труда, науку, технику - изучают естественные, инженерно-технические, организационно-управленческие науки.

Общественные отношения - природные, организационно-управленческие, социальные - изучают соответственно естественные, организационно-управленческие, социальные научные дисциплины.

Предмет социологии как науки об обществе составляют социальные отношения (=социум). Понятия «общество» и «социум», «общественные отношения» и «социальные отношения» для этимологов, журналистов-переводчиков - это идентичные, одним миром мазанные понятия, ибо «общество» с лат.- societas. Для ученых-обществоведов «социум» и «общество» - это не тождественные понятия. «Социум» это часть целостной общественной системы (сие хорошо просматривается на Рис. 1). «Часть» и «целое» нельзя приравнивать друг к другу. Содержание понятия «социум» составляют: экономические, политические, правовые, духовно-культурные отношения. То есть «социум» - это система всех социальных (в широком понимании) отношений общества. Природные, организационно-управленческие отношения имеют место в общностях животных и человеческом обществе. Социальные же отношения, институты в животном мире не существуют. «Социальность» - это разделительная грань, водораздел между общностью животных и человеческой общностью1

Таким образом, предмет социологии как научной дисциплины составляют социальные отношения (экономические, политические, юридические, духовно-культурные), в соответствии с которыми выстраиваются действия, поведение, взаимодействие людей в обществе2.

Итак, ясное представление об органической структуре общества как биотехносоциальной системы позволяет:


  • понять, что общество как биотехносоциальная система является объектом изучения естественных, организационно-управленческих и социальных наук;

  • отчетливо обозначить предметное поле социальных наук, включая и социологию;

  • избавиться от господствующего в головах ученых (и не ученых тоже!) ложного представления, согласно которому «общество» и «социум», «общественные» и «социальные» отношения – суть одно и то же, тождественные понятия;

  • исключить, наблюдаемую в фундаментальной и прикладной социологии, подмену друг другом естественных (биопсихологических), технико-организационных, социальных отношений в обществе.


Социальные отношения — это объективные принципы, правила, законы, которым необходимо следовать всем членам общества в процессе производства материальных и духовных благ. Другими словами, — это социальная структура, социальная форма общества. Еще по-другому, — это социум, то есть вся система социальных отношений общества в широком понимании: экономических, политических, правовых, духовно-культурных. Наконец, социальную систему отношений общества можно отождествить с социальной цивилизацией. Все это — взаимозаменяемые, идентичные понятия. Это — синонимы.

Вся история познания Природы — это одновременно и история развития НТП и адекватных ему социальных структур, форм, цивилизаций общества. Человечество знает многое о технико-технологических, организационно-управленческих, социальных цивилизациях прошлого и настоящего. Однако, человечество исключительно расплывчато и противоречиво осознает грядущие цивилизации.

Мировая история человечества – это единый исторический процесс. В соответствии с цивилизационной типологией всемирный исторический процесс можно представить как процесс последовательной смены друг другом трех мировых (глобальных) общественных цивилизаций3, различающихся между собой, прежде всего, «типом техники». Тип техники - ручной, машинно-индустриальный, кибернетический (на информационно-электронной основе) – объективно детерминирует адекватные глобальные социальные цивилизации, соответственно – традиционную, индустриальную, постиндустриальную. Схематически исторический процесс последовательной смены глобальных социальных цивилизаций друг другом выглядит следующим образом:




Рис. 2. Мировые социотехнологические цивилизации.
Именно в такой логико-исторической последовательности сменяют друг друга мировые социальные цивилизации человеческого общества. Сегодня человечество делает первые шаги в новую, постиндустриальную социальную цивилизацию. Объективным двигателем этого процесса является НТП (НТР).

Каждая из трех мировых (глобальных) социальных цивилизаций4 (на высшей ступени зрелости) характеризуется основными признаками:





ТРАДИЦИОННАЯ

СОЦИАЛЬНАЯ

ЦИВИЛИЗАЦИЯ

  • примитивная общественная собственность на средства производства и предметы потребления;

  • натурально-замкнутая экономика;

  • техника ручного типа;

  • социально однородное общество (все нищие, но социально все равны)




ИНДУСТРИАЛЬНАЯ

СОЦИАЛЬНАЯ

ЦИВИЛИЗАЦИЯ

  • частная собственность на средства производства;

  • рыночная экономика, направляемая «невидимой рукой»;

  • техника машинно-индустриального типа;

  • социально неоднородное общество.



ПОСТИНДУСТРИАЛЬНАЯ

СОЦИАЛЬНАЯ

ЦИВИЛИЗАЦИЯ

  • общественная собственность на средства производства;

  • информационно-электронная экономика, направляемая из единого общественно-кибернетического центра;

  • техника кибернетического типа;

  • социально однородное неделимое мировое сообщество.

Научную периодизацию, типологию мировой истории можно осуществлять и по другим критериям (признакам, основаниям).

Согласно эволюционистской и прогрессистской точке зрения К.Маркса, «общественные формации» - это исторические «ступени» развития человеческого общества, от менее совершенной к более совершенной. Сообразно с экономическим критерием – «способом производства» - Карл Маркс разделил мировой исторический процесс на пять типов общественных формаций: первобытную, рабовладельческую, феодальную, капиталистическую и коммунистическую. По Марксу, пять «способов производства» объективно обусловливают пять общественных формаций. Между тем, К.Маркс ввел в научный оборот фундаментальной экономической теории шестой «способ производства», так называемый, - «азиатский способ производства». Однако, об адекватной этому «способу производства» «общественной формации» классик ничего не сказал. Это, на наш взгляд, вносит серьезные методологические и теоретические затруднения в понимание формационной типологии всемирного исторического процесса. (Непонятно: (1) почему на основе ручного типа техники исторически развивались три типа общественных формаций – первобытная, рабовладельческая и феодальная; (2) почему на техническом базисе ручного типа - при цивилизационной типологии мировой истории - развиваются не три глобальные социальные цивилизации, а только одна – традиционная!).

Цивилизационный и формационный подходы в изучении всемирной истории не следует противопоставлять друг другу как «верный» и «ошибочный» методологические подходы. Оба они имеют право на существование в научной типологии мирового исторического процесса. Правильнее будет говорить об их совмещении (сочетании), а не о предвзятой критике того или другого.

На рубеже ХIХ – ХХ ст. ст. в недрах мировой индустриальной социальной цивилизации возникают технико-технологические и социальные (в широком понимании) «элементы» грядущего постиндустриального общества. На «стыке» двух глобальных социальных цивилизаций (в переходный период) происходит «смешение», «переплетение» технико-технологических и социальных структур общества. Именно в условиях перехода от одной цивилизации (индустриальной) к другой (постиндустриальной) возникает смешанное общество со смешанной, социально ориентированной, регулируемой государством экономикой. Государство в этот исторический период активно вмешивается во все без исключения сферы жизни общества: научно-техническую, организационно-управленческую, экономическую, политическую, правовую, духовно-культурную и т.д.

Почему, по каким причинам это «вмешательство» происходит?

Подоплеку возникновения этого феномена следует искать в смешанной экономике, которая возникает при переходе общества от индустриальной социальной цивилизации к постиндустриальной.5

Новый тип экономики, идущий на смену рыночной экономике, появляется на свет Божий не сразу, единым духом. Исторически во времени «элементы» новой экономики зарождаются в материнском лоне предшествующей индустриальной социальной цивилизации. В переходный период от индустриальной к постиндустриальной цивилизации «элементы» нарождающейся новой экономики «переплетаются» с «элементами» старой саморегулируемой рыночной экономики. Такое «переплетение» экономических «элементов» в переходный период от одной глобальной цивилизации к другой получает название – «смешанной экономики».

Смешанная экономика представляет собой «переплетение», «смешение», прежде всего, двух противоположных начал: стихийного (бессознательного, иррационального) и сознательного (разумного, рационального). Перспектива развития смешанной экономики связана с научно-техническим прогрессом (НТП), современной научно-технической революцией (НТР), обусловливающих объективное становление, возникновение принципиально нового типа экономики – сознательно организованной рациональной экономики постиндустриальной цивилизации.6 Решающим признаком грядущей экономики – является сознательное (рациональное) начало, носителем которого, в исторической перспективе будет общественно-кибернетический центр «Социальной лаборатории» будущего. На подступах созидания этого центра, начиная со смешанной экономики переходного периода, носителем сознательного начала выступает политический Центр – политическое Государство. Никакой другой социальный институт, кроме государства, не может воплотить сознательное начало во все сферы жизнедеятельности общества.

Противоположностью сознательного начала рациональной экономики является стихийное начало свободной (от государственного вмешательства) рыночной экономики. На ранних стадиях развития индустриальная цивилизация была «свободна» от государственного вмешательства в ее экономику. Стихийное бессознательное начало, носителем которого является «невидимая рука», безраздельно господствовало в рыночной экономике. На поздних стадиях жизни индустриальной социальной цивилизации положение дел кардинально меняется: стихийный рынок свободной конкуренции постоянно урезывается, его господствующее положение постепенно замещает новый тип экономики – сознательно организованная рациональная экономика. Государство, олицетворяя сознательное начало, активно регулирует экономическую сферу жизни смешанного общества: программирует, планирует (индикативно!), прогнозирует экономическое поведение хозяйствующих субъектов. Главным инструментом этого регулирования является государственная экономическая политика.

Исторически постепенно стихийно-рыночное «свободное предпринимательство» уступает свои господствующие позиции смешанной экономике, сознательно регулируемой государством.

Теоретическая доктрина о невмешательстве государства в рыночную экономику была повергнута институционализмом. Критикуя концепцию автоматического саморегулирования рыночной экономики, институционалисты первыми обратили внимание на необходимость государственного вмешательства в экономическую жизнь общества. Ранние институционалисты первыми подготовили идейную почу, на которой сформировался «Новый Курс» Франклина Рузвельта. Институционализм явился прямым предвестником кейнсианства.7

Дальнейшая эволюция институционализма привела к возникновению в его рамках отдельных направлений: институционально-социологического (Ф. Перу), концепций трансформации капитализма (Г. Минз, А. Берли), неоинституционализма (Дж. Гелбрейт и др.)

Вслед за институционалистами концепцию активного вмешательства государства в сферу экономики ( на макроуровне) развивал Джон Мейнард Кейнс («Общая теория занятости, процента и денег», 1936 г.). Позднее это направление энергично разрабатывали: Э. Хансен, Дж. Хикс, В.Леонтьев, П. Самуэльсон, Р .Харрод, Е. Домар, У. Ростоу и др.

Необходимость активного вмешательства государства в высококонцентрированную монополизированную экономику индустриального общества была блестяще продемонстрирована в период преодоления мирового экономического кризиса 1929-1933 гг.

Государственное вмешательство в экономику, программы «Нового Курса» Франклина Рузвельта вырвали экономику США из Великой Депрессии. США в 30-е годы сделали безвозвратный поворот от эпохи свободной рыночной конкуренции, «свободного предпринимательства» к действительно смешанной экономике, сознательно регулируемой государством.

Благодаря активному вмешательству государства в экономику успешно вышли из мирового экономического кризиса Германия, Франция, Англия и др.

В послевоенные годы восстала из руин и пепла Япония. И вскоре весь мир заговорил о японском «экономическом чуде». Правящие круги Японии своевременно осознали, что экономические задачи не могли быть успешно осуществлены, если все предоставить стихии рынка, без целенаправленного воздействия государства. «Японцам удалось найти удачное эффективное сочетание организующей роли государственного регулирования с преимуществом рыночной экономики. На различных этапах послевоенного развития Японии соотношение этих двух компонентов было разным. Но именно их сочетание в пропорции, соответствующей каждому конкретному периоду развития, позволило проводить наиболее оптимальную эффективную экономическую политику.»

В 60-е годы США взяли курс на ускорение экономического роста с помощью рычагов государственного регулирования. Государственная собственность США, например, в 1968 г. оценивалась почти в 590 млрд.долл., что составляло 23% национального богатства страны. Во Франции, ФРГ, Англии государственные предприятия обеспечивали в тот период времени 15-20% промышленного производства. В те же годы их государственная собственность в энергетике и транспорте составляла примерно 100%. Смешанная экономика, регулируемая государством, набирала силу. Правительства этих стран, не вмешиваясь «во внутренние дела» предприятий, активно регулировали посредством государственной политики экономику на макроуровне.

В 80-е годы республиканская администрация Рональда Рейгана в США стала на путь ограничения государственного вмешательства в экономику. «Рейганомика» обеспечивала благоприятные условия для частной инициативы.

Во времена «эры Тэтчер» была проведена значительная денационализация предприятий государственного сектора Англии. Более 2/3 предприятий этого сектора перешло в частные руки (индивидуальных и коллективных предпринимателей).

В октябре 1982 г. Г. Коль выдвинул программу дерегулирования экономики с тем, чтобы освободить ее «от ненужной опеки и бюрократизма» со стороны государства. Предусматривалась и приватизация государственных предприятий.

Однако временные «отливы» государственного регулирования смешанной экономики в пользу «свободного предпринимательства» не отменяют объективной общемировой тенденции к усилению вмешательства государства в экономическую сферу.

. В наши дни представители обоих направлений – «экономического либерализма» и кейнсианства – ведут ожесточенные споры: что лучше для высокоразвитого индустриального общества – сознательное вмешательство государства в экономику, или стихийная свободная (от государственного вмешательства!) рыночная конкуренция. Идеологи экономического либерализма по-прежнему утверждают, что свободный рынок «саморегулирует» себя и автоматически обеспечивает «равновесие» экономики без всякого государственного вмешательства.

Кейнсианцы, возражая оппонентам, считают, что в период господства высококонцентрированного монополизированного индустриального производства, финансово-промышленных групп, стихийный рынок свободной конкуренции не справляется с грандиозной монополистической экономикой, требуется сознательное регулирование смешанной экономики со стороны государственных и иных институциональных образований.

Фридрих Август Хайек (один из лидеров «неоконсерватизма» и «экономического либерализма») активно разрабатывал теорию «свободного предпринимательства», выступал против всякого вмешательства государства в экономику. В 1947 г. Ф.Хайек при участии М. Фридмена и Р. Стиглера создал международную ассоциацию «неолибералов».

Милтон Фридмен (американский экономист) также выступает за свободную (от государственного вмешательства) рыночную экономику. Государственному регулированию оставляет лишь сферу денежного обращения. Стремясь опровергнуть концепции институционалистов, Фридмен подчеркивает, что только полная свобода выбора в действиях экономических субъектов ведет к максимизации полезности (блага) в обществе. Милтон Фридмен был в свое время идейным вдохновителем «тетчеризма» и «рейганомики», автором практических программ по «демонтажу» системы государственного экономического регулирования в Великобритании, Израиле, Чили, США.

М.Фридмен является одним из идеологов «монетаризма» - основного течения современного «неоконсерватизма». Главной особенностью «монетаризма» является то, что основные проблемы современного рыночного хозяйства рассматриваются в нем через призму денежного обращения. Важное значение в методологии «монетаризма» придается разграничению экономики на реальный и денежный секторы. Реальный сектор – это сектор, в котором действуют исключительно рыночные силы, отождествляется с производством и продажей товаров и услуг. Его характеризуют уровни и динамика инвестиций, занятости, цен и т.д. Денежный (финансовый) сектор является сферой деятельности государства. «Монетаристы» считают необходимым сделать денежный сектор нейтральным по отношению к реальному, дать рыночному механизму благоприятные условия функционирования, снабдить товарные рынки нужным количеством денег.

Российская монетарная политика – это проводимые правительством через Центральный банк (ЦБ) практические меры в области денежного обращения и кредита, направленные на обеспечение устойчивого, эффективного функционирования смешанной экономики. Цель монетарной политики – помощь экономике в достижении такого уровня производства, который обеспечивает полную занятость и отсутствие инфляции. Содержанием монетарной политики является изменение количества денег в экономике. Наиболее простой путь увеличения денежной массы – это денежная эмиссия, но она неизбежно ведет к инфляции, поэтому используются иные методы регулирования денежной массы: операции на открытом рынке, дисконтная политика, изменение уровня банковских резервов и др.

Операции на открытом рынке проводит Банк России, он продает государственные ценные бумаги на открытом рынке, выплачивая по ним высокий процент, привлекает средства инвесторов для покрытия бюджетного дефицита. В результате количество денег в экономике сокращается, они сосредоточиваются у государства.

Банк России осуществляет контроль за ставкой процента (дисконта) в экономике через установление ставки рефинансирования ЦБ. Ставка рефинансирования – это процентная ставка, по которой Центральный Банк продает кредиты коммерческим банкам, которые затем продают их своим клиентам – инвесторам, осуществляющим на банковские кредиты инвестирование средств в развитие производства, финансовые операции и т.д. Чем выше ставка рефинансирования ЦБ, тем более дорогими становятся кредиты, тем меньше их приобретают коммерческие банки. В результате темпы прироста денежной массы в экономике снижаются .

Изменение уровня резервов осуществляется Банком России через законодательное установление их доли в банковских кредитах. Резервы коммерческих банков хранятся в Центральном Банке. Чем более высокую норму резервирования устанавливает Правительство и Банк России, тем больше денег должны хранить банки в качестве резервов, что ограничивает их возможности по выдаче кредитов. Результатом такой политики резервов является снижение количества денег в экономике. В другом случае, когда снижается норма резервирования, у банков появляются дополнительные средства для выдачи кредитов, а общая денежная масса растет, способствуя повышению деловой активности.

Отдельные представители отечественного «экономического либерализма» также опровергают необходимость широкого вмешательства государства в экономическую жизнь России. Их тезис: «чем меньше государство будет вмешиваться в экономику, тем лучше будет для России», на наш взгляд, по меньшей мере, несвоевременный. Эта идеология была уместна в прошлые столетия, когда рыночная экономика безраздельно господствовала во всем индустриальном мире. Сегодня экономика Запада – это смешанная экономика эффективно регулируемая государством. Смешанная экономика – это уже не старая рыночная экономика и еще не новая сознательно организованная (рациональная) экономика.8

Самоустранение российского государства от экономической жизни страны привело к трудно поправимым ошибкам. Отечественные «либералы» не понимая сути смешанной экономики, регулируемой государством, в очередной раз загнали экономику индустриальной России в тупик. Для индустриальной России идеология экономического либерализма изначально была лишена перспективы, хороших видов на будущее.

Сегодня в России экономический либерализм теряет свои позиции. Власть имущие все больше осознают мысль о том, что государство должно регулировать смешанную, а не рыночную экономику.

В условиях перехода человечества от индустриальной к постиндустриальной цивилизации остроактуальными становятся теоретические и практические проблемы: государственное регулирование инновационной деятельности, государственное регулирование рынка ценных бумаг, государственное регулирование инвестиционной деятельности, венчурное инвестирование, развитие частно-государственного партнерства и мн. др.

Международный центр фундаментальных исследований инновационного развития общества (МЦФИИРО), Кирюхов Э.П.

Данный материал и/или его часть (части) не могут быть использованы никаким способом третьими лицами без письменного разрешения правообладателей, за исключением прочтения и/или упоминания, цитирования с обязательной ссылкой на правообладателей.




1 Природные (=естественные, =физиологические, =биопсихологические) и технико-организационные отношения выступают на стороне производительных сил и не входят в состав предмета социальных наук – социологии, политической экономии, политологии, юриспруденции, культурологии и др. Вместе с тем, производительные силы, включающие в себя и технико-организационные отношения, постоянно «присутствуют» (имеют место) в научно-теоретических социальных исследованиях для того, чтобы было понятно, что социальные отношения (в широком понимании) не висят в воздухе, не оторваны от материально-вещественной основы общества, а напротив, объективно детерминированы ею, в первую очередь – техникой, научно-техническим прогрессом (НТП). Без материально-вещественных носителей социальных форм, как и без собственно социальных отношений, невозможно разобраться в органической структуре общества. Конкретно-исторический тип производительных сил и выступающие на их стороне технико-организационные отношения являются материально-вещественными носителями соответствующих социальных отношений в обществе. «Потребительные стоимости образуют вещественное содержание богатства, какова ни была бы его общественная форма. При той форме общества, которая подлежит нашему рассмотрению, они являются в то же время носителями меновой стоимости» (см.: К.Маркс. «Капитал»). «Потребительные стоимости (или благо, полезность – К.Э.П) товаров составляют предмет особой дисциплины – товароведения» (см.: там же). (Товароведение изучает полезные свойства продуктов труда,классификацию, стандартизацию, закономерности формирования ассортимента продуктов и его структуру. Товароведение – область прикладных естественных наук. Меновая стоимость – суть социальный феномен -экономическое отношение - рыночной экономики. Меновая стоимость входит в предмет одной из социальных дисциплин - политической экономии; потребительные стоимости (благо, полезность) не входят в предмет ни политической экономии, ни социологии, ни других социальных наук).

2 Методологический вопрос о предмете социологии как научной дисциплины, начиная с классиков, - О.Конта, Г.Спенсера, Г.Зиммеля, Э.Дюркгейма, Макса Вебера, П.Сорокина, Т.Парсонса и др. – до сих пор не решен должным образом. Между тем крупномасштабные социальные теоретические социальные исследования непрерывно наращиваются во всем мире, включая и Россию. Над этим следует серьезно задуматься!

На мой взгляд, методологические затруднения социологов всех рангов (классиков и рядовых!)в решении вопроса о предмете социологии обусловлены недостаточным пониманием органической структуры человеческого общества как биотехносоциальной системы. Никто из социологов-теоретиков этой проблемой никогда серьезно не занимался, не занимается и сегодня.



3 Принципиально важно различать в фундаментальной социологии глобальные и локальные общественные цивилизации. Проблему цивилизационного подхода в изучении мировой истории разрабатывали: Льюис Морган (« Древнее общество»), Данилевский Н.Я. («Россия и Европа»),

Освальд Шпенглер («Закат Европы»), Питирим Сорокин («Человек. Цивилизация. Общество»), Кондратьев Н. («Большие циклы конъюнктуры»), Арнольд Тойнби (12-ти томный трактат «Постижение истории»), Элвин Тоффлер («Шок будущего», «Третья волна») , Ф. Бродель («Материальная цивилизация, экономика и капитализм»), Ф.Фукуяма («Конец истории»), С. Хантингтон («Столкновение цивилизаций») и др.



Почти все без исключения вышеупомянутые авторы исповедовали цивилизационный подход к истории, однако предметом их исследования были в основном локальные цивилизации. По Шпенглеру, единой общечеловеческой культуры нет и быть не может, развитие человечества происходит в рамках локальных культур (цивилизаций), которых автор выделяет восемь и указывает на зарождающуюся русскую. По мнению Шпенглера, Россию ждет необыкновенный взлет: должна завершиться предистория и начаться ранняя история. Английский историк, философ и социолог Арнольд Тойнби изучая всемирную историю, сначала насчитал около ста самостоятельных цивилизаций, затем он последовательно сократил их число до 36, потом до 21 и, наконец, - до 13. Совершенно очевидно, А.Тойнби в своем многотомном труде «Постижение истории» ведет разговор о локальных цивилизациях. Вопрос о критерии (основании) типологии мировой истории в связи с глобальными цивилизациями у А.Тойнби, О.Шпенглера практически не стоял, как и у их предшественников-теоретиков, занимающихся данной проблематикой. (Критерием выделения типов локальных цивилизаций у Шпенглера являлись религия и политика).В то время как фундаментальная социология – это абстрактно-теоретическая наука об обществе и ей важно иметь дело, в первую очередь, с мировыми (глобальными) общественными цивилизациями. Локальные цивилизации изучают так называемые страноведческие научные дисциплины. Страновединием занимаются, кстати, многие ученые-обществоведы (см.: Л.И.Семеникова «Цивилизации в истории человечества», М.,1998; А.Боннар «Греческая цивилизация», М.,1996; И.Н.Ионов «Российская цивилизация», М., 2000 и мн.др.).


4 Человечеству известны три типа техники: ручная, машинная, кибернетическая (на основе микроэлектроники). Этой технико-технологической триаде объективно соответствует социоцивилизационная триада (см. Рис. 1).Поскольку человечеству сегодня неизвестны четвертый, пятый и т.д. типы техники (они просто не существуют в реальной действительности!), постольку не может быть и речи о четырех, пяти и более адекватных глобальных социальных цивилизациях.

5 В истории человечества уже имел место прецедент возникновения и развития «смешанной экономики». При переходе от традиционной к индустриальной социальной цивилизации «элементы» натурально-замкнутой экономики «переплетались», «смешивались» с «элементами» набиравшей силу в своем развитии рыночной экономики. В границах переходного периода от аграрной к индустриальной цивилизации правомерно говорить также: о смешанной социальной цивилизации, смешанном обществе, смешанной технико-технологической структуре общества.

6 Сознательно организованная (рациональная) экономика, идущая на смену стихийной (иррациональной) рыночной экономике, не появляется в обществе сразу, вдруг. Исторически во времени абсолютно зрелой рациональной экономике в течение всего переходного периода от индустриальной к постиндустриальной цивилизации предшествует, имеет место смешанная экономика, регулируемая государством. Возникнув в результате переходного периода от одной цивилизации к другой, сознательно организованная (рациональная) экономика проходит в своем развитии стадии: детства, юности, зрелости. Абсолютно зрелая рациональная экономика предполагает абсолютно зрелую «Социальную лабораторию» Будущего, материально-технической основой которой будет автоматизированное, полностью интегрированное на базе микроэлектроники производство с гибкими, универсальными, экологически чистыми, безлюдными технологиями, управляемое из единого общественно-кибернетического центра.

7Ни институционалисты, ни кейнсианцы не занимались научно-теоретическим обоснованием вопроса об объективной необходимости государственного вмешательства в экономику, поскольку не связывали решение этого вопроса с существованием в реальной капиталистической действительности так называемой «смешанной экономики». Тем не менее они стояли на верном пути понимания вопроса об активной необходимости активного вмешательстве государства в экономическую сферу жизнедеятельности общества.

8 В США новую сознательно организованную (рациональную) экономику некоторые ученые называют «информационно-электронной» (см.: Дж. Нейсбит «Мегатренды». – М.: ООО «Издательство АСТ», ЗАО «Ермак», 2003). Это понятие дано с технической стороны понимания материального производства. К сожалению, социологи и экономисты не дали определения «информационно-электронной» экономике с точки зрения социальных наук.