Герберт Спенсер. Опыты научные, политические и философские - umotnas.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Герберт Спенсер. Индукция Социологии 1 72.46kb.
Реферат по социологии на тему Герберт Спенсер основоположник натурализма... 1 167.89kb.
Политическая социализация: социально-политические основы исследования 3 734.6kb.
Онтологическим партизаном 8 2888.14kb.
К вопросу об осмыслении феномена евразийского культурного пространства 1 87.38kb.
Исторический роман во Франции 1 75.58kb.
Божье существование д-р Томас Веспетал 1 210.08kb.
Программа дисциплины "Современные политические системы и политические... 3 405.34kb.
Монография Воронеж 2005 ббк 87. 3 П 580 Попов Б. М. Опыты яснопонимания... 3 553.39kb.
Институционализация меньшинств в поле публичной политики 2 402.69kb.
Образы прошлого в структуре политической культуры россии 2 681.12kb.
Герберт Спенсер. Индукция Социологии 1 72.46kb.
Викторина для любознательных: «Занимательная биология» 1 9.92kb.

Герберт Спенсер. Опыты научные, политические и философские - страница №1/1

Герберт Спенсер

Герберт Спенсер. Опыты научные, политические и философские

(Herbert Spenser) - один из величайших английских мыслителей.

Спенсер родился в 1820 г. (27 апр.) в Дерби. Его отец был учителем. Влияние

его на сына было благотворно в том отношении, что он с ранних лет пробуждал

в ребенке самодеятельность и независимость мысли. Предполагалось, что сын

пойдет по стопам отца и сделается педагогом. И действительно, когда по

получении среднего образования Спенсера возник вопрос о выборе профессии,

Герберт по желанию отца поступает на место учителя (в 1837) и обнаруживает

дарование педагога, но вскоре представляется случай занять место, более

подходящее к его наклонностям.


В Спенсере интерес к математике и

естествознанию преобладал над интересом к гуманитарным наукам - каковы

история и филология в том виде фактических несистематизированных данных, в

каком они преподавались в то время в английских школах. Наряду с

синтетическим складом ума у Спенсера замечаются дарования практика и

техника, он рано овладел методами точных наук, и потому, когда вскоре после

начала его педагогической карьеры ему представилось место инженера при

постройке Лондон-Бирмингемской железной дороги, он оставил учительскую

карьеру и сделался инженером - чертил карты, набрасывал планы, изобрел

особенный инструмент для измерения скоростей локомотивов - "велосиметр" и т.

п. Эта черта - технический и практический склад ума Спенсера - отличает его

от большинства философов предшествующих эпох и сближает его с основателем

позитивизма, Огюстом Контом, и новокантианцем Ренувье, которые - оба ученики

Ecole Polytechnique - никогда не проходили университетского курса

гуманитарных наук.
Инженерная

деятельность Спенсера продолжалась с большими перерывами до 1846 г. В

течение этого периода в нем постепенно пробуждается все больший и больший

интерес к политическим вопросам. На пробуждение самостоятельности Спенсера в

сфере политической мысли оказал в ранней юности влияние его дядя Томас,

священник англиканской церкви, который, в противоположность остальным членам

спенсеровской семьи строго консервативного склада, принимал участие в

демократическом движении чартистов и в агитации против хлебных законов.


С

1846 г. Спенсер оставляет деятельность инженера и становится публицистом: в

1848 г. он выступает в "Economist'e" со статьями по политическим и

экономическим вопросам. К 1848 г. относится его первое большое сочинение:

"Social Statics". В избранном кругу читателей это сочинение нашло себе

большое сочувствие и содействовало сближению Спенсера с Гексли, Льюисом и

Джордж Элиот, а также с Миллем, Дж. Тиндалем и Карлейлем. Период с 1848 по

1858г. представляет ту эпоху в жизни Спенсера, когда в нем стало созревать и

складываться в определенные формы его многостороннее философское

миросозерцание.


В состав этого миросозерцания входили: эмпиризм

предшествующих английских мыслителей, главным образом Юма и Милля, критицизм

Канта, преломленный сквозь призму учения Гамильтона (представителя

английской школы "здравого смысла"), натурфилософия Шеллинга (за вычетом ее

телеологического элемента) и позитивизм Канта. Но основная "idee pivotale"

всей системы, объединившая все эти разнородные элементы в одно

систематическое целое, была идея развития.


Спенсер: «ОПЫТЫ НАУЧНЫЕ, ПОЛИТИЧЕСКИЕ И ФИЛОСОФСКИЕ»

ПРОГРЕСС, ЕГО ЗАКОН И ПРИЧИНА


Обыкновенное понятие о прогрессе несколько изменчиво и неопределенно.

Иногда под прогрессом разумеют немного более простого возрастания, как в тех

случаях, когда дело идет о народе, по отношению к его численности и

пространству, занимаемому им. Иногда оно относится к количеству материальных

продуктов, как в тех случаях, когда речь идет об успехах земледелия и

промышленности. Иногда его видят в улучшении качества этих продуктов, а

иногда в новых или усовершенствованных способах, посредствам которых они

производятся.


Далее, говоря о нравственном или умственном прогрессе, мы

относимся к состоянию той личности или того народа, в котором он

проявляется; рассуждая же о прогрессе в науке или искусстве, мы имеем в виду

известные отвлеченные результаты человеческой мысли и человеческих действий.


Обиходное понятие о прогрессе не только более или менее смутно, но и в

значительной степени ошибочно. Оно обнимает не столько действительный

прогресс, сколько сопровождающие его обстоятельства, не столько сущность

его, сколько его тень. Умственный прогресс, замечаемый в ребенке,

вырастающем до зрелого человека, или в диком, вырастающем до философа,

обыкновенно видят в большем числе познанных фактов и понятых законов; между

тем действительный прогресс заключается в тех внутренних изменениях,

выражением которых служат увеличивающиеся познания.


Социальный прогресс

видят в производстве большего количества и большего разнообразия предметов,

служащих для удовлетворения человеческих потребностей, в большем ограждении

личности и собственности, в расширении свободы действий; между тем как

правильно понимаемый социальный прогресс заключается в тех изменениях

строения социального организма, которые обусловливают эти последствия.


Обиходное понятие о прогрессе есть понятие телеологическое. Все явления

рассматриваются с точки зрения человеческого счастья. Только те изменения

считаются прогрессом, которые прямо или косвенно стремятся к возвышению

человеческого счастья; и считаются они прогрессом только потому, что

способствуют этому счастью.
Но чтобы правильно понять прогресс, мы должны

исследовать сущность этих изменений, рассматривая их независимо от наших

интересов.

Например, перестав смотреть на последовательные геологические изменения

Земли как на такие, которые сделали ее годною для человеческого обитания, и

поэтому видеть в них геологический прогресс, мы должны стараться определить

характер, общий этим изменениям, закон, которому все они подчинены. Так же

нужно поступать и во всех других случаях. Оставляя в стороне побочные

обстоятельства и благодетельные последствия прогресса, спросим себя, что он

такое сам по себе.

Относительно прогресса, представляемого развитием каждого

индивидуального организма, вопрос разрешен немецкими учеными. Исследования

Вольфа, Гете, фон Бэра утвердили ту истину, что ряд изменений, через которые

проходит семя, развиваясь до дерева, или яйцо - до животного, состоит в

переходе от однородности строения к его разнородности.
В первоначальном состоянии каждый зародыш состоит из вещества, совершенно однообразного как по ткани, так и по химическому своему составу. Первый шаг есть появление

различия между двумя частями этого вещества, или, как физиологи называют,

"дифференцирование" {Русские физиологи употребляют обыкновенно выражения:

разделение, дробление, размножение посредством деления. Но читатель увидит

ниже, что ни одно из этих слов не имеет достаточно широкого смысла для тех

разнообразных значений, в которых употребляет Спенсер слово

дифференцирование; поэтому в нашем издании будет везде сохранено выражение

подлинника (Прим. пер.)}.


Каждая из этих дифференцировавшихся частей

немедленно сама проявляет различия в своих частях, и мало-помалу эти

второстепенные дифференцирования становятся столь же определенными, как и

первоначальные. Этот процесс повторяется беспрерывно и одновременно во всех

частях развивающегося зародыша, и бесконечные дифференцирования производят

наконец то сложное сочетание тканей и органов, которое образует зрелое

животное или растение. Это история каждого из организмов. Бесспорно доказано

уже, что органический процесс состоит в постепенном переходе от однородного

к разнородному.
Здесь мы намерены прежде всего показать, что закон органического

прогресса есть закон всякого прогресса. Касается ли дело развития Земли или

развития жизни на ее поверхности, развития общества, государственного

управления, промышленности, торговли, языка, литературы, науки или

искусства, - всюду происходит то же самое развитие простого в сложное через

ряд дифференцирований. Начиная от первых сколько-нибудь заметных изменений и

до последних результатов цивилизации мы находим, что превращение однородного

в разнородное есть именно то явление, в котором заключается сущность

прогресса.
С целью показать, что если гипотеза туманных масс основательна, то

генезис Солнечной системы представляет наглядное доказательство этого

закона, допустим, что вещество, из которого состоят Солнце и планеты,

находилось некогда в рассеянном виде и что вследствие тяготения атомов

произошла постепенная концентрация. По этой гипотезе, Солнечная система, при

зарождении своем, существовала как среда, пространство которой было

неограниченно и которая была почти однородна по плотности, температуре и

прочим физическим свойствам.


Различие плотности и температуры внутренних и

внешних частей массы явилось первым толчком к уплотнению массы. В то же

время внутри массы возникло вращательное движение, быстрота которого

изменялась соразмерно удалению от центра. Эти дифференцирования возрастали в

числе и степени до тех пор, пока не развилась известная нам организованная

группа Солнца, планет и спутников, группа, представляющая многочисленные

различия как в строении, так и в действиях своих членов. Так, между Солнцем

и планетами есть огромное различие в объеме и весе; есть второстепенное

различие одной планеты от другой или планет от спутников. Есть столь же

резкое различие между Солнцем - телом, почти неподвижным (относительно

планет Солнечной системы), и планетами, вращающимися вокруг него с большой

быстротой, и второстепенное различие в быстроте и периодах вращения разных

планет, и в простых и двойных возмущениях их спутников, двигающихся в одно и

то же время вокруг напутствуемого ими тела и вокруг Солнца.


Далее,

существует большая разница между Солнцем и планетами в отношении

температуры; и есть основание предполагать, что планеты и спутники их

разнятся между собой как в степени собственной теплоты, так и той, которую

они получают от Солнца. Если, в добавок ко всем этим разнообразным

различиям, мы примем еще в соображение, что планеты и спутники разнятся и во

взаимных расстояниях между собою, и в расстояниях от главного тела, в

наклонении их орбит и осей, во времени вращения вокруг оси, в удельном весе

и в физическом строении, - мы увидим, какую высокую степень разнородности

представляет Солнечная система сравнительно с той, почти совершенно

однородной туманной массой, из которой, как предполагают, возникла эта

система.
От этого гипотетического пояснения, которое и должно приниматься только

сообразно истинной его ценности, обратимся к более положительному

свидетельству. В настоящее время геологами и физиогеографами принято, что

Земля представляла вначале массу расплавленного вещества. Если это было

действительно так, то вещество это было первоначально однородно в своем

составе и, в силу движения разгоряченной жидкости, должно было быть

сравнительно однородно и в отношении температуры; оно должно быть окружено

атмосферой, состоявшей частью из элементов воздуха и воды, а частью из

разных других элементов, превращающихся в газы при высокой температуре.


Медленное охлаждение, путем лучеиспускания, до сих пор еще постоянно

продолжающееся в размерах, которые невозможно определить, и притом хотя

первоначально несравненно более быстрое, нежели теперь, но все-таки

требовавшее огромного времени для того, чтобы произвести какую-нибудь

решительную перемену, - это охлаждение должно было иметь окончательным

результатом отвердение той части, которая наиболее способна была отделять

теплоту, - именно поверхности. В тонкой коре, образовавшейся таким образом,

представляется нам первое заметное дифференцирование. Дальнейшее охлаждение

и зависящее от него утолщение коры, сопровождаемое осаждением всех способных

к уплотнению элементов, содержащихся в атмосфере, должны были наконец

произвести и сгущение воды, существовавшей сначала в виде пара. Из этого

возникло второе существенное дифференцирование, и так как сгущение должно

было произойти на самых холодных частях поверхности, именно около полюсов,

то таким образом должно было образоваться первое географическое различие в

частях Земли.
К этим доказательствам возрастающей разнородности, которые

хотя и основаны на известных законах материи, но все-таки могут считаться

более или менее гипотетическими, геология прибавляет длинный ряд таких,

которые были установлены индуктивным путем. Исследования ее показывают, что

Земля становилась все более и более разнородной по мере умножения слоев,

образующих ее кору, далее, что она становилась все разнороднее и

относительно состава этих слоев, из которых последние, образовавшиеся из

обломков старых слоев, сделались чрезвычайно сложными через смешение

содержавшихся в них материалов и, наконец, что эту разнородность значительно

усиливало действие все еще раскаленного ядра Земли на ее поверхность, отчего

и произошло не только громадное разнообразие плутонических гор, но и

наклонение осаждавшихся слоев под разными углами, образование разрывов,

металлических жил и бесконечные неправильности и уклонения
Геологи говорят

еще, что размеры возвышений на поверхности Земли изменялись, что древнейшие

горные системы наименее высоки и что Анды и Гималаи суть возвышения

новейшие, между тем, по всем вероятностям, и на дне океана происходили

соответственные изменения. Результатом этих беспрерывных дифференцирований

оказывается, что на поверхности Земли нет двух сколько-нибудь значительных

пространств, одинаковых между собою в очертании, в геологическом строении

или в химическом составе, и что характеристические свойства Земли изменяются

почти на каждой миле. Кроме того, не должно забывать, что одновременно с

этим происходило и постепенное дифференцирование климата. По мере того как

Земля охлаждалась и кора ее твердела, возникали значительные изменения в

температуре между более или менее открытыми Солнцу частями ее поверхности.

Мало-помалу, соразмерно успехам охлаждения, различия эти выдавались все

сильнее, пока не произошли резкие контрасты между странами вечных льдов и

снегов, странами, в которых зима и лето царствуют попеременно в периоды,

изменяющиеся сообразно широте, и, наконец, странами, где лето следует за

летом при едва заметных изменениях.
В то же самое время последовательные

возвышения и осаждения различных частей земной коры, способствовавшие

настоящему неправильному распределению суши и воды, имели тоже следствием

различные изменения климата, сверх тех, которые зависят от широты места,

того же рода дальнейшие изменения, порождаемые возрастающими различиями в

возвышениях, соединили наконец в иных местах арктический, умеренный и

тропический климат на расстоянии нескольких миль. Общий же результат всех

этих изменений - тот, что не только каждый обширный край имеет свои

метеорологические условия, но что даже каждая отдельная местность в крае

отличается более или менее от других, как относительно этих условий, так и

относительно своего строения, очертания и почвы. Итак, степень разнородности

между нашей, настоящей Землей, с ее разнообразной поверхностью, явления

которой еще не изведаны ни географами, ни геологами, ни минералогами, ни

метеорологами, и расплавленным ядром, из которого она выработалась,



достаточно поразительна.