Алексей карелин - umotnas.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Алексей карелин - страница №1/1




АЛЕКСЕЙ КАРЕЛИН

WWW.PIIT.BOOM.RU
Я в десять лет Карелиным был тоже,

И мой с тех пор не изменился взгляд…

Я в двадцать лет был чуточку моложе,

От возраста, которым нынче взят.


А в тридцать лет, я был намного старше,

И размышлял как старец полудревний.

И ради звёзд давил скопленья терний.

И шёл по жизни, будто я на марше…

Мне скоро сорок, и я понял только,

Что ничего не смыслю в этой жизни,

И что, пожалуй, мне еще в ней жить,
Лишь для того, чтобы пустив в ней корни

Я, как и мой, давно ушедший предок

Продолжил этой хрупкой штуки нить…
И всё, как надо, только мысли эти

Мой будоражат мозг и щекотят:

Каким я буду там, на белом свете,

Когда мне стукнет ровно пятьдесят?


N*I*R*V*A*N*A


I
Когда на тебя ложится тьма

душным одеялом ночи,

Когда глаза свои дома

гасят, и звёздная ночь короче

желания успеть. Неотвратимо

ты выходишь на финишную прямую.

Туда, где не до женщин и интима,

И это не постижимо уму и,

Расчётливости, которой дана отсрочка

ещё и еще в этом беге…

W

W

W



Точка.

Пауза.


И вот, я на Виртуальной Омеге.
II
Здесь иное течение времени,

И не люди, а только их блики.

И ты, среди виртуальной темени

Слышишь отделённые крики

Того, кто тебе невыносимо дорог,

И идёшь, наугад, в гаданье…

И, среди миллиарда норок,

Ищешь своё желанье…

Того, родного комочка,
ещё и еще в этом беге…

W

W



W

Точка.


Пауза.

Любовь – на Виртуальной Омеге…


III
И, плевать на расстояния

В комнату заходит тихо…

мечта, похожая на манию,

И одиночество не лихо,

а досадное недоразумение…

ты вырываешь себя из буден

Тебя ведёт мышь, как проведение,

Здесь ты в желаниях не подсуден,

Здесь главное душа, а не её оболочка.

Ты напряжён, слипаются веки…

W

W



W

Точка.


Пауза.

Истинный я – на Виртуальной Омеге.

IV
И вот, из этой прострации

Звуков плачущего модема

Зарождаются цивилизации

Решается теорема

Соединения любви и машины

Нереальные параллели…

Кто мы женщины и мужчины?

И мужчины и женщины те ли?...

Нам всем дана отсрочка….

Ночь. Сладко спит дочка…

За окном зима и всё в снеге…

W

W



W…

Точка.


N*I*R*V*A*N*A

Виртуальной Омеги.

* * *
Один. Один. Опять один.

Живу один и сплю один.

Один я ем, один хожу,

Один смеюсь, один тужу,

И даже в тысячной толпе

Один всегда, как в скорлупе.


А где-то там она одна

Стоит всё время у окна.

Одна глядит на шум машин,

Одна на труб чадящий дым.

Одна она как та струна,

Одна, как и в ночи луна…


… Два одиночества в ночи,

Как подобрать нам двум ключи?

О, Господи, я, если б смог

Стать рядом с ней не одинок!

Узнать её бы адресок,

Я к ней одной со всех бы ног

Бежал, бежал, бежал, Бежал…

О! Одиночества кинжал…


А на небе ковш,

А на сердце дрожь,

А под сердцем нож

Без тебя, мой друг!

Я люблю и что ж?

Ненавижу ложь!

А у лжи сто кож,

У любви сто мук!


«На других непохож, -

Скажешь мне, - Ну и что ж?

Надоела мне сплошь

Эта серость вокруг!

И любой ты мне гож!

Ты один в меня вхож!

Твои волосы рожь!

Твоё сердце мой стук!»


Я отвечу – умножь

Эту боль, эту ложь,

И тогда ты поймёшь

Ту на сердце петлю…

Без тебя, будто вошь…

Будто брошенный грош…

Это всё подытожь

И прими – Я ЛЮБЛЮ!!!



БЫЛАЯ БЛИЗОСТЬ
Однажды перезрелая лисица

Решила стариной тряхнуть.

(когда желанье загорится,

ему всегда проложишь путь!)

Итак, пред зеркалом предстала,

Себя глазами обвела…

Прихорошилась. Из бокала

Глоток игристого вина

Для храбрости она испила,

И, вспомнив номер, позвонила.

- Алло! Мухтарчик! Это я!

Ты не забыл меня? Когда-то

В любви мне клялся, не тая

Желал меня! Я виновата,

Что изменяла, но опять

Хочу я испытать былое!

Приди ж ко мне ночною мглою,

Чтоб мог меня в порыве взять!

Я вся твоя! Тебя желаю!

Я так соскучилась по лаю!!!

Мой пёсик! Всё во мне горит!

Хочу и жду тебя на ложе!

- Найди кого-то помоложе,

А я, прости, тобою сыт.

Мгновенья мне с тобой гадки'!

Кума, да и не те годки,

Чтоб за распушенным хвостом,

Я ночью покидал свой дом!

Я верный пес, но презирая,

Не выношу измен и ложь…

Так жалко и гроша для рая,

Коль рай не ставила и в грош!

Баллада об утерянной перчатке

Зима. Утеряна перчатка.

Упала на февральский снег,

Она лежала. Было зябко,

Её часов закончен бег.

Шли люди, наступали ноги,

Вот кто-то норовил поднять,

Но, приценившийся, в итоге,

Бросал на снег… опять… опять…

Она ж надеялась на чудо:

Хозяйская рука найдёт,

И заберёт её отсюда,

Отчистит грязь, растопит лёд…

Родная, тёплая ладошка

Опять, как прежде будет греть,

Лишь нужно полежать немножко,

Лишь часик нужно потерпеть.

Хозяйка хватится пропажи,

Сюда за нею прибежит…

Её найдёт, и может даже

Придаст ей надлежащий вид…

Так думала она, украдкой,

Заиндевевшая, смотря,

По сторонам.… И мёртвой хваткой

Её мороз брал февраля…

А между тем уже смеркалось,

И вечер небо звёзд зажёг,

Несчастная в комочек сжалась,

Запорошил её снежок…

И вот, наверно умирая,

Она представила себе,

Как без неё её вторая

Перчатка? Было же их две!

Две неразлучных половинки,

Как в отражении портрет,

И льдинки, будто бы слезинки

Из глаз лились, которых нет…

А между тем, увы, пропажу

сочли – «Потерянно добро»…

И, пару раз вздохнувши даже,

Подружку - с мусором в ведро…

…………………………………..

…………………………………..

Была утеряна перчатка.

Упала на февральский снег,

Она лежала. Было зябко,

Её не отыскать во век…

Но утром дворник убирая,

Её замёршую нашла,

И в мусорном бачке другая

Нашлась, ведь к счастью не игла!

И вот, передвигая урны,

Перчатки целый день метут,

Так трудятся, что даже дурно

И дырка там, и дырка тут…
Но в целом им плевать на это,

Что преданы в руках гореть…

И нет из этого секрета:

Они вдвоём и могут греть!!!

НОЖНИЦЫ
Про два кольца,

Про два конца

И гвоздик…

Читаю дочке,

Вывожу загадку…

Она, доверившись,

Надеясь на ответ

Гадает…


Невпопад….

Смотрю в тетрадку…

И вижу там всё то,

Чего там нет…

Две линии,

Они, пересекаясь,

Образовали крест,

Соединил


Их гвоздик,

Дал возможность

Слиться в паре…

И вот он – я,

И вот она – жена,

И два кольца,

И два конца,

И гвоздик,

Которому

Читаю я загадку,

Который

Два в Одно



Объединил.

НАДЕЖДА
Она шептала! Господи, спаси!

В глаза смотрела золотой иконе,

И, как лишь поступают на Руси,

В надежде, замерла в земном поклоне.
Она молилась! Страстно. Тяжело.

Слова не подбирала, а бросала…

И, кажется, лампадное тепло,

Её в пути надежду согревало.


И спутались молитвы и мольбы,

И слёзы расплывали взгляд на Бога!

Она молилась, и для злой судьбы,

Она просила, самое немного…


Она молила только одного,

Того единого, что женщине жизнь дало,

И на сосках грудное молоко,

Ненужное младенцу, умирало.


И вынесли врачи ей приговор…

Муж и свекровь, смерившись, постарели.

И лишь она, безумный, жадный взор,

С иконы не сводила у постели…


Она молилась! Страстно! Тяжело!

В глаза смотрела золотой иконе…

И ощутила вдруг она тепло

Расслабились вдруг влажные ладони.


Она заснула, набираясь сил.

Младенец потянулся ручкой к маме…

И Божий ангел их двоих хранил

Своими белоснежными крылами.

Опустошаюсь,

Не прикасаюсь к перу,

Думаю,

что лето промчалось как скорый,



что, обладая определённой суммою,

я мог бы прожечь его иначе. Норы

опять откопаны для зимней спячки,

благоустроенные уютные клеточки,

а мне так хочется морской качки,

не ушанки, а белоснежной кепочки…

и чтобы за окном плюс, а не минус,

и чтобы можно запросто босиком к морю,

и чтобы не косинус, а синус,

и чтобы не менее чем на пять звёзд. Вторю

как «Отче наш…» я ежеминутно:

«О. Господи, пошли мне терпенье и денег,

улететь туда, где от блаженства уже мутно

туда, где пальмы смотрят на морской берег…

чтобы я снова ходил среди поджарых ДОЙЧЛЕ,

держал бы руки, как они Наполеоном,

и чванно, как бы засыпая, молча

я бы не замечал женщин.»………………

…………………………………В оном

стремлении колоссальное приобретение –

отдыхать от всего, и даже от собственного биения…

СНЕЖИНКА
Тяжело проснувшись, он встает с топчана и подходит к термометру. Глаза с трудом различают электронные цифры. Кажется минус двадцать. Он отодвигает жалюзи и смотрит на унылую картину падающего хлопьями снега и думает о том, что ему необходимо выйти на улицу. Тёплые ватные штаны, грубый шерстяной свитер, валенки на босу ногу, пуховик и шапка ушанка. Всё, он готов. Осталось прихватить два пластиковых ведра. В одном тапочки, в другом полотенце.

Снег, снег, снег. Он, как назойливые белые мухи, лезет в глаза, в рот, мешает дышать. Ноги с трудом двигаются по снежной целине там, где вчера еще так звонко хрустела утоптанная им же тропинка.

Наконец он у цели. Колонка замерзла, и матовые сосульки из её крана свисают как сталагмиты. Он пинает и разбивает эту красоту, расчищает валенками сугроб, снимает с ведер крышки, кладет на них тапочки и полотенце.

Затем он терпеливо и сосредоточенно смотрит, как тонкой струйкой набирается ведро, попадающие в него снежинки тают, успев пройти по водовороту и исчезая навсегда.

Наполненные ведра ждут, и он начинает раздеваться. Самое сложное снять валенки и одеть тапочки, остальное слетает моментально и вот он ощущает всем телом как сотни снежинок тают на нем.

«Господи, помоги! Прости мои грехи тяжкие и дай силы! Во имя Отца, Сына и Святого Духа!»

Он заносит над собой первое ведро и опрокидывает. Колючая масса обрушивается и, стекая, уходит в нег. Второе ведро он уже не чувствует. Затем долго и тщательно вытирается, втирая в себя новые и новые снежинки. Тело жаждет этого холода, ему становиться хорошо, и он, разбежавшись, падает в обжигающий сугроб. Затем, прихватив пригоршню снега, втирает его в грудь и в лицо. Красное, пульсирующее тело ожило. Он возвращается к одежде и еще раз вытирается уже успевшим замерзнуть и закостенеть полотенцем. Затем свитер, шапка, штаны, валенки и пуховик отделяют его от этого огненного блаженства до глубокого вечера, когда он заставит себя снова взять ведра.

Обратный путь занимает меньше времени и падающий на лицо снег уже не кажется таким враждебным. Он слизывает с губ таящую снежинку и думает. Сколько же раз ему суждено Богом облиться, пока он так же не растает, и не уйдет в водоворот вечности.




ПРОСТО БАНЯ
Баня в жизни русского человека, это больше чем баня, это судьба! Космос, полнейшая прострация от иной остальной жизни! Остров надежды и соломинка утопающего, пещера для вымирающего мамонта, куда можно уйти, укрыться, забыться и послать всё к чертовой бабушке!

Нет, я сейчас не виду речь о той исконной русской баньке, что стоит почти у каждого на даче, и куда ходят всей семьей, и парятся постепенно, долго! Иногда даже (я знаю и о таком) до сих пор по-чёрному, когда густой и едкий дым осаждает всё и вся, и нужно быть чрезвычайно осторожным, чтобы не испачкаться!

Нет! Друзья мои! Нет! Я хочу вам рассказать об иной бане. О той обыкновенной городской бане, которую, почему-то, либо незаслуженно стесняются, либо стараются стыдливо умолчать, что ходят именно туда, а не в эту маленькую и душную сауну в служебной пристройке для внутреннего пользования. В эдакую лжебаньку с электрическими тэнами и с залётными потными девками, которых расплодилось сейчас, как саранчи. Куда обычно ходят не для того чтобы отвести душу, а «банально повеселиться» с вытекающими от сюда всевозможными вялотекущими инфекциями всех мастей и калибров.

Я Вам хочу рассказать о той бане, куда я хожу, сам и куда годами, раз, а то и два раза в неделю приходят такие же мужики страждущие не только по чистому телу, но и по душевному равновесию.

Правда, времена меняются, и вот уже и телевизор повесили над головами отдыхающих, и иногда забегают непонятные субъекты с целью банальной помывки, ну там командировочные или басурмане, спустившиеся с гор, лишь для того, чтобы привести в наш городок мандаринов да грецких орехов. Что ж, на это я, друзья мои, смотрю философски, на то она и городская баня, чтобы пришел человек, заплатил сто восемьдесят рублей и помылся, (сам был таков, сам грешен). Но это далеко не главное, это та назойливая муха, с которой лучше смериться сразу и не обращать никакого внимания, себе же дороже будет...

Итак, как правило, в воскресный день часов эдак в одиннадцать, когда ты уже можешь продрать глаза после куролесья предвыходной пятницы и бессонной, часиков до трёх, интернетовской ночи, не спеша, собираешь не хитрые свои пожитки: термос с душистым и приготовленный по бабушкиному рецепту чаем; спитой кофе для чистки кожи, который ты заваривал всю неделю, кажется лишь для этого торжественного момента; яблоки, которые, слава богу, теперь можно купить круглый год; разумеется, сандалии, банную шляпу, варежки, подпопник и главное – ковш!!! О! Это нечто! Подлинное произведение искусства! Двухколенный, раскладной с откидной ручкой, со стальным нержавеющим черпаком на полтора литра и держалом в рабочем состоянии на метр, обтянутым толстой коровьей кожей и испытанный в духовке у себя на кухне – залог того, что баня состоится при любой погоде!

Остается последний штрих – веник, который ты еще вчера с вечера замочил в ледяной воде, и теперь он пахнет так, как будто бы его только что срезали с плакучей березы, в последних числах июля.

Кажется, всё готово и можно собираться в путь.

Заветные всепогодные джинсы, вязаная шапочка, поеденный молью свитер, пуховик, видавшие виды кроссовки – вещи, в которые ты облачаешься, кажется, к делу не относятся, хотя они и хранятся исключительно для похода в баню, но это всего лишь прелюдия.

Итак, ты выходишь; садишься в городской автобус и под удивленные и смешливые взоры пассажиров, которые не без интереса смотрят на не поместившейся в рюкзак черпак банного ковша, весь таешь в предвкушении предстоящего, того заветного момента, о котором ты мечтал, начиная со вторника.

Но вот, не доезжая до остановки, ты громко, на весь салон, и, как бы объясняя окружающим, куда ты едешь и зачем такой ковш, торжественно просишь водителя: «У поворота на городскую баню, пожалуйста!»; или: « У баньки тормозни!»; или молчишь, потому, как водитель тебя знает, сам с тобой не раз парился и, остановив там, где нужно, смотрит на тебя глазами полными тоски и не взяв денег, желает тебе: «Легкого пара…!»

До бани еще метров сто. Восемьдесят. Шестьдесят. Ты с легкой завистью наблюдаешь за идущими на встречу, теми, кто уже напарился, и твои ноги непроизвольно ускоряют шаг. Тридцать. Десять. Неужели?!! Всё, ты у цели!!!

Тебя встречает всегда жизнерадостная тётка-кассир, и, принимая деньги, сообщает, что народа сегодня не очень-то и много. Ты её слушаешь краем уха, тебе так не терпится туда, где запах распаренных веников и пара, что, не выдержав, ты кидаешь ей через плечо, чтобы она передала билет банщику и спешишь по ступенькам наверх.

Народу действительно немного. Кто-то уже напарился до исступления и собирается уйти; кто-то, как и ты, только что пришел; а кто-то, кажется, здесь имеет постоянную прописку, потому как, в любое время, когда бы ты ни пришел, они всегда тут, они в завсегдатае, любители пара, пива и веселой компании.

Поздоровавшись со знакомыми за руку, (а знакомые – это почти все), и пожелав всем «Легкого пара!», ты, наконец-то разоблачаешься, надеваешь щегольскую банную шляпу, сандалии и, взяв свой легендарный ковш, заходишь в помывочную.

Тут главное отыскать свободный тазик, и занять гранитную лавку получше.

Затем ты окатываешь облюбованное местечко несколько раз кипятком, далее опускаешь свой заранее приготовленный веник в теплую воду, (температуру которой непременно проверяешь локтем), после чего завариваешь принесенные с собой сухие листья хрена кипятком и впервые заходишь в парную. Это настоящая разведка боем.

Очень редко бывает такое, чтобы парная оказалась пустой. Обычно в ней человека четыре, и два из них непременно парятся.

«Лёгкого пара!» - радостно и как пароль произносишь ты, взбираешься по крутому пологу во влажную и обжигающую температуру, занимаешь свободное местечко и дышишь!

Кто-то, вот-вот до тебя поддал «Пихтой». (Пихтовой настойкой, которую, очевидно купил в аптеке.) Но это не то, чувствуется привкус химии, и ты выходишь, чтобы вернуться в парную со своим ковшом и тазиком, в котором уже успел распариться и завариться хрен.

Ты открываешь топку. «Господи! Благослови! Помоги и дай нам хорошего пара!» - И перекрестившись, вводишь ковш в самую её глубину, так, чтобы можно было ухватиться только за краешек ручки. Буффффф…. Пшшшшш…. Буффффф… Тссссс…. Мгновение, и бодрящий хреновый лист заполняет уже собой всё пространство, вытесняя иное искусственное, насыщая воздух своей природной благостностью.

«В парной запах хрена, яко запах ладана в Храме» - любил говаривать мой духовник, и как же он был прав, потому как у неподготовленного человека сидящего в парилке с православным крестом, и, впервые ощутившего на себе эту вот благодать, нет-нет, да и слетит с губ грязное ругательство. Сквернослова тут же одернут и снисходительно добавят: «Это из тебя, браток, нечистый выходит!»…

Я же не унимаюсь и продолжаю поддавать еще и еще…. На верху слышны возгласы недовольства и оханья, нарекания меня злодеем, и, наконец, топот торопливых ног, хозяева которых, не выдержав испытание температурой, выскакивают из царства пара, чтобы с гиканьем и с разлетающимися брызгами нырнуть в леденящий душу бассейн.

Но вот топка закрыта, и можно вволю насладиться обжигающим очарованием русского пара. Тех, кто осмелился остаться, пар прибил к самому полу. Ты же, кажется, пытаешься достать потолка, так тебе хорошо.

Но вот и ты замираешь, потому что пар, пропитанный непередаваемым запахом хрена, отдаленно напоминающего собой нечто среднее между душистой корочкой свежеиспеченного деревенского хлеба и ядреного забродившего кваса, потихоньку начинает осаждаться.

Наконец ты ухаешь и выскакиваешь из парной, лишь для того, чтобы облиться непременно семью ушатами охлаждающей воды и вернуться назад, но уже с веником.

Пар уже осел на столько, что можно париться.

Приступаешь ты с ног, с самых ступней, то, поглаживая, то, похлестывая, а то и просто водя мягкой и лижущей тебя листвой березового целителя. Затем, поднимаясь, все выше и выше, начинаешь уже всерьез и со знанием дела обхлестывать свои бока, спину, живот и, наконец, шею.

Спустя час, изнеможенный, как труженик после ратного труда, ты уже сидишь около открытого окна в комнате отдыха с красными от лопнувших сосудиков глазами и «дымишься». «Дымишься» всем разгоряченным пурпурным телом от ступней до ушей, как правило, минут двадцать, а то и все тридцать, постепенно и незаметно остывая. Тебе так хорошо, что кажется, с этим вот исходящим из тебя паром уходят все твои проблемы и несчастья, и так тебе легко и хорошо дышится!

Спасительный чай утоляет, кажется, безграничную жажду и ты, распластанный и изнеможенный ловишь себя на том, как же это тонко подмечено, что «у русского народа даже в счастье непременно есть часть страдания, иначе счастье его для него неполно». О! Федор Михайлович!

Такие вот сокровенные мысли приходят к тебе после физической экзекуции над этим бренным телом, и ты воистину думаешь о том, что душа бессмертна; что парить ей и парить, преодолевая боль физического несовершенства, страдания и унижения!

И еще, наблюдая за такими же распластанными по лавкам мужикам, думаешь ещё о том, что русский действительно долго запрягает; что загнанный судьбой в эту обыкновенную городскую баньку наш мужик лучше и чище, нежели про него думают. Потому как болит сердце у него за судьбу России. И даже сквозь пьяный угар, напарившийся и доведший себя почти до исступления, говорит он с товарищем не о своей мизерной зарплате и о давно опостылевшей жене, но о Родине, которую ему нестерпимо жалко! Говорит за тем, чтобы хоть кому-то высказаться, напариться, увы напиться, чтобы забыться и уйти домой пьяным и счастливым оттого, что не один он таков, что есть еще остров надежды для души русской, соломинка утопающего; что после Храма, первая она на счету, обыкновенная городская баня, сто восемьдесят рублей и всё удовольствие!




ДОРОГОЙ МОЙ ДНЕВНИК
Как тяжело им было

Стареньким

Спешить за нами

Торопливыми,

Смешно переставляя валенки,

С последними собравшись силами,

Они возили нам оладушки,

Уважить, чтоб последней крошкою

В пальто

С немыслимым лукошкою,

И в вечность

Без оглядушки

Бабушки…

Алексей Карелин

« … Дорогой мой дневник! Давеча у меня с моей маменькой был скандал! Я шла с полным кувшином молока, и встретила у дороги соседского мальчика. Ему папа из города привёз малиновую рубаху и настоящие хромовые сапожки. Какой он стал хорошенький! Я побежала за ним, споткнулась, и разлила молоко,… Маменька за это меня так ругала, так ругала!..

… Дорогой мой дневник! У нас тиф. Вымерла половина деревни. Маменька лежит и не разрешает нам с тятей подходить к ней…

… Дорогой мой дневник! Третьего дня умерла моя маменька! Приехавшие из города солдаты, заставили нас выкопать общую яму, облили всех умерших керосином и подожгли. Я видела, как горела моя маменька!..

… Дорогой мой дневник! Мой тятя заново отстроил дом и привел в дом женщину. У неё умер её муж и все младшие, осталась только старшая девочка. Мачеха меня очень невзлюбила…

… Дорогой мой дневник! Говорят, что в Питере революция! Был царь, чтоб ему ни дна ни покрышки!...

… Дорогой мой дневник! К нам в деревню пришли колчаковцы. Они забрали единственную лошадь. На чём же мы будем пахать? Отец ушёл вслед за обозом, чтобы вернуть нашу кормилицу…

… Дорогой мой дневник! Вчера вернулся мой отец! Он совсем плох. Лошадь пала еще три месяца назад и он всё это время возвращался пешком. Здоровье его подорвано. Он очень хворает!..

… Дорогой мой дневник! Вчера хоронили тятеньку. Мачеха так и сказала, чтобы я убиралась из дому. Кормить меня не будет. Подружка завет меня батрачить к кулакам. Работы много, зато хоть с голоду не подохну…

… Дорогой мой дневник! В нашу деревню вошли красноармейцы. Мы с подружкой решили убежать в город…

… Дорогой мой дневник! Первый раз была в городской бане! Срам то, какой! Все девки и бабы голые! И их так много! У нас в деревне была банька. Но только для своих, а тут!..

… Дорогой мой дневник! Устроилась посудомойкой при железнодорожном училище. Мне выделили отдельную комнату! Какие это хоромы!..

… Дорогой мой дневник! Я познакомилась с красивым молодым мужичком, совсем случайно, на улице! Мы с моей подругой гуляли вдоль набережной, а он подкрался сзади и как закричит. Я со страху выронила корзину и рассыпала яблоки…

… Дорогой мой дневник! Я вышла замуж. Муж перебрался ко мне. Кажется, я скоро стану мамой…

… Дорогой мой дневник! Я родила девочку! Кареглазая, она так похожа на мужа! Молока у меня, хоть отбавляй!..

… Дорогой мой дневник! Меня бросил муж! Даже не сказал ничего. Просто однажды взял и не пришёл домой. Я сначала кинулась его искать, а потом посмотрела, вещей то его нет, да еще и моей красной кофточки и денег…

… Дорогой мой дневник! Отдала дочку Машу в ясли, и вышла на работу. Молоко приходиться сцеживать. Работы много, так, что часто оно прокисает. Грудь тянет, и она болит. Обидно до слёз…

… Дорогой мой дневник! Уже месяц, как идёт Финская война. На моего блудного мужа пришла похоронка, ведь мы так и не развелись. Теперь, по его смерти, буду получать пенсионные по утере кормильца. Чудно как-то! Надо же ему было погибнуть, чтобы он начал помогать своей семье!..

… Дорогой мой дневник! Я во второй раз вышла замуж. Какой хороший человек! Добрый и не пьёт! Мою Машеньку он полюбил, как родную. Железнодорожник. Машинист тепловоза. Почти, как лётчик, и форма такая красивая-красивая! Мы с ним познакомились случайно. Я вышла после своей смены вместо заболевшей официантки, и пролила на него суп…. Подумать только! Завтра мы ведем нашу Машеньку в первый класс. Мы с дочкой взяли фамилию мужа. Господи! Неужели жизнь налаживается!..

… Дорогой мой дневник! Молотов объявил, что началась война! Страшно–то как! За два дня после этого из магазинов исчезли все продукты, а у нас дома шаром покати! Мешок картошки, и всё. Мой Сеня ушёл добровольцем на фронт! Господи! Ведь я же беременна!..

… Дорогой мой дневник! Я вчера проспала! Выскочила на улицу почти голая! Одевалась по дороге. По дороге от меня шарахались люди! Бежать с животом почти пять остановок! Очень боялась, что будет выкидыш! Бог дал, успела, да еще на минуту раньше. Надо будет купить новый будильник. Посадят, как же я буду там!

… Дорогой мой дневник! На днях пришла помощь от союзников. Больше впечатлил сахар. Он чёрно-серый, и очень рыхлый. Мне досталось платье, вроде бы шёлковое. Оно было испачкано капелькой жира. Я решила прокипятить и оно село, да так, что только-только на Машеньку!

… Дорогой мой дневник! Пришла похоронка на Сеню…. Вот и опять я вдова…

… Дорогой мой дневник! Я родила мальчика. Назвала в честь его отца Семеном. Роды прошли удачно, но молока нет. Что делать не знаю! Хотя, может это и к лучшему. Вижу детей крайне редко. Работаю в две смены. Сеню придётся сдать в ясли на семидневку…

… Дорогой мой дневник! Сегодня устроили банный день. На барахолке на буханку хлеба, я обменяла приличный кусок хозяйственного мыла. Стала стирать,… а там, в серёдке деревянная болванка для веса…

… Дорогой мой дневник! В городе развернули огромный госпиталь. К нам в коммуналку подселили эвакуированных. Маша целыми днями проводит с ними время. Постоянно подбегает и просит: «Тётя еврейка! Тётя еврейка! Почитайте мне сказку! Ну, почитайте мне сказку!». Маша, с детской непосредственностью, решила стать доктором.

… Дорогой мой дневник! Ходили всем коллективом на суд. Судили мою подружку за то, что она пыталась вынести столовские объедки. Приговорили к десяти годам. Это настоящая беда! У неё же пять детей сиротами останутся….

… Дорогой мой дневник! Меня наградили медалью «За добросовестный труд»! Обыкновенной посудомойке! Жалко только, что некуда одеть. Сени уже три с половиной и он так похож на своего отца…

… Дорогой мой дневник! Война окончена! Радость то, какая! Наверно очень скоро отменят карточки!..

… Дорогой мой дневник! Карточки отменили! Ходим с детьми в магазины, как на выставку! На прилавках есть всё, только деньги подавай, а их то у нас и нет, даже пенсионные не спасают. Н жаловаться грех: самое страшное позади, а к голодать мы уже привыкли…

… Дорогой мой дневник! Познакомилась с мужчиной. Отдавала сапоги в набойку и разговорилась. Он всё время подкашливает, но в глазах какая то неразделенная тоска и глубина, и такой весь худющий-худющий.…

… Дорогой мой дневник! Степан сделал мне предложение. А ведь мне уже почти сорок пять. Да еще двое детей. И что он во мне нашел? Ни двора, ни кола, да еще вон, сколько незамужних молоденьких девчат! Конечно же, я согласилась: тянуть одной двоих очень тяжело. И, вот еще что, он оказывается только что с Калымы после десятилетнего срока. Посадили, как он сказал, за халатность. У него из продовольственного обоза украли мешок капусты.

… Дорогой мой дневник! Решили строиться. За Степаном чудом остался дом его покойной матери, почти, что в центре города. Кроме нас, там еще живет две семьи, но мы решили пристроить флигелёк. Маша, которой уже тринадцатый и семилетний Семён, во всю помогают отчиму в этом. Я же опять беременна и уже скоро должна родить. Работаю там же, в столовой при железнодорожном училище.

… Дорогой мой дневник! Я родила еще одну девочку. Назвали её Светой. Всё бы хорошо, но Степан очень болен чахоткой. Туберкулёз прогрессирует, и муж перебрался жить во флигель. Целыми днями на заказ делает столы и стулья, безотказная душа, поможет всем. Руки, конечно, у него золотые.

… Дорогой мой дневник! Я опять беременна. Чувствую, что это мой последний ребёнок. Ходить на работу очень тяжело. Получается. Что между родами не будет и года…

… Дорогой мой дневник! Теперь у меня две девочки и два мальчика. Маша со Светой, и Сеня с Сашей. Так получилось, что у них, почти у всех, разные отцы. Но это ничего. Самое главное, что у них одна мать, которая их очень любит, и которая ни кому и никогда не даст их в обиду.

… Дорогой мой дневник! Умер Сталин. Мы все плачем. И муж, и я, и дети, даже двухлетний Саша и тот говорит, что у него в животе сердце колет.

… Дорогой мой дневник! Прости, давно не писала. Дети уже почти взрослые. Старшей Марии уже девятнадцать, и она учится на стоматолога; Семену четырнадцать, и он поступил в наш же железнодорожный техникум, хочет идти по стопам своего отца. Младшим, погодкам Свете и Шурику по шесть и пять. Скоро опять надо будет собираться с ними в школу. На днях они у меня учудили такое! Решили покататься на городском автобусе. Водитель их не заметил, и они уехали в посёлок Китово. Что тут было. И где их только мы не искали. Наконец, под вечер, они бегут живые и здоровенькие к нам к дому и кричат: «Папа! Мама! Мы в Китае были! Представляете! Мы были в Китае!». Отец бросил ремень расхохотался до слёз, раскашлялся и только отмахнулся.

… Дорогой мой дневник! Вчера меня покинул Степан. Тихо так. Я поднялась к нему, а он уже холодный. И стало мне несказанно грустно и нестерпимо больно. Вот и времечко то моё бабье закончилось! Жила всю жизнь за мужьями, а что такое женское счастье, так и не раскусила! Видать, бывает и такое!..

… Дорогой мой дневник! Старшая Мария вышла замуж, и уже беременна. Подумать только, скоро я стану бабушкой! Младшему Шурику уже двенадцать и они постоянно сорятся с братом из-за их отцов. Старший Сеня постоянно твердит ему, что мой, мол, отец погиб за Родину, а твой на Колыме отсиживался!… Что делать с ними, ума не приложу! Быстрее бы старшего в армию забрали, а то эта отсрочка до добра не доведёт.

… Дорогой мой дневник! Мне дали четырёхкомнатную квартиру! Хоромы. Дети счастливы! Семён вот-вот должен отслужить, так что встречать его будем здесь…

… Дорогой мой дневник! Сколько же это лет прошло? Мои детки все уже давно выросли, все женаты и замужем, у каждого уже тоже свои дети и свои проблемы…. Нашу четырехкомнатную квартиру я давно разменяла. Мне досталась однокомнатная на окраине города. Кто-то скажет, что после восьмидесяти, жить одной нельзя – сложно, но я не жалуюсь. Чтобы не было так грустно, постоянно пускаю к себе квартирантов, девчата молодые, да и прибавка к пенсии. Одно жаль. Живем в одном городе, а вижу детей с каждым годом всё реже и реже. Мне говорят добрые люди, что сама виновата. Жила бы с кем-нибудь из детей, а внуков к себе бы пустила. Но я так не хочу. У каждого должен быть свой угол, зачем я им, старая…

…Дорогой мой дневник! Ты не поверишь, месяц назад я стала прабабушкой, правда об этом я узнала только сегодня. Знаешь сам, молодым всё некогда, у них дела. Правнучку назвали Акулина. Надо же, как всё изменилось! Опять стали называть прежними, церковными именами. Не знаю, к лучшему ли это? Лучше бы они Бога боялись…

… Дорогой мой дневник! Я стала брюзгой. Всем не довольна. Ничего меня не устраивает. Сама себе не рада. Невыносимая усталость и слабость. Неужели же, прожив такую длинную жизнь, я оказалась сама, по собственной воле в полном одиночестве. Нет, я не жалуюсь. Я сама захотела этого, но иногда так хочется быть слабой…



… Дорогой мой дневник! Вчера опять видела этот сон. Моя мама во всём белом улыбается мне и зовёт к себе. Я пытаюсь, но не могу подойти к ней, что-то удерживает меня. Я смотрю себе на ноги и вижу, что на моих ногах чугунные ботинки. Я развязываю их, пытаюсь освободиться. Но мне это никак не удается. Тогда моя мамочка говорит: «А ты, деточка, подумай о хорошем, сними камень с сердца!». И я лихорадочно начинаю вспоминать всё то хорошее, что у меня было.

Господи, помоги! Думаю я. Перед глазами проносятся годы, события, люди, и я понимаю, что хорошего то в моей жизни почти не было. Наконец, я пытаюсь сосредоточиться на моих детях, вспоминаю самые сокровенные мои минуточки счастья. Мамочка моя успокаивает меня, гладит меня по голове, и я вспоминаю, как я пролила молоко, и как она меня очень ругала за это. На мои глаза наворачиваются слёзы, и мне становится так хорошо, так легко, я несказанно хочу к маме. Путы мои спадают сами по себе, и я беру её за руку, и вот я тоже, как и она в белых одеждах, и мы летим над облаками, и как мне хорошо вместе с ней!»…